Призраки прошлого

Глава 2. Лучший друг

На кухне Мишка налил мне чай и весь превратился в слух. Я подробно, хоть и сбивчиво, рассказала о бракованной, а потом перепутанной фате, занятой Насте и моей инициативе поехать за город к невесте.

- Она стояла там у окна, в моем платье, Миш! Можешь себе представить?

- Какая модель? - уточнил он.

- Шарлиз, - ответила я автоматически.

Хотя это не имело никакого значения. Но Мише было важно. Он довольно улыбнулся и кивнул.

- Теперь могу представить. У Лены все еще отличный вкус. Это очень элегантная модель. Одна из моих любимых твоих...

Я шикнула на него, не позволяя продолжать меня хвалить. Это совершенно неуместно сейчас.

- Лена твоих восторгов не испытала. Она пришла в ярость и растоптала фату, которую я привезла. Ты бы видел, как она раздирала ее шпильками.

Мишка поморщился.

- А потом я убежала и наткнулась на Матвея. Оказывается, это его дом. Я сама приехала в дом Дербенева.

Миша покачал головой.

- Да, не завидую тебе, но и повода для побега не вижу.

- Ты не видишь? Серьезно? - Я зашипела на него. - Я час назад видела Матвея Сергеевича Дербенева. Как тебя видела, Миша!

Для убедительности я приподнялась и пальцами измерила расстояние между нами.

Информацию о том, что я Матвея понюхала и чуть не свалилась ему под ноги , я решила опустить.

- Матвей, мать его, Дербенёв, - повторила я. - Тот самый препод, которого уволили из-за интрижки со мной. Брат нашей однокурсницы Лены. Ты забыл, какой был скандал?

- Я все прекрасно помню, Лиль. Не надо плевать мне в лицо.

Он демонстративно вытер щеку.

- Извини, мне сложно сдерживаться. Я... Я хочу уехать, Миш. Меня трясет всю. Нельзя оставаться в городе.

- Не понимаю, зачем тебе уезжать? Что за шиза, Лиль? Ну встретила ты Дербенёвых. И что с того?

Я замерла, как олень при свете фар, глазея на Маркина.

- Ты меня слушал вообще? Матвей...

Миша перебил.

- Ну Матвей и что с того? Он не погнался за тобой, не знает ничего о тебе до сих пор. Как и Лена.

- Я привезла ее фату. Она знает, где я работаю.

- Необязательно. Ты могла работать в качестве курьера.

- Но мы никогда не пользуемся курьерскими доставками, всегда сами, - начала я повторять Мишке его же правила.

- Я это прекрасно знаю. А Лена - нет. Судя по всему, она не хотела тебя видеть и не будет искать. Успокойся уже, Лиль. Москва огромная. Вы никогда больше не встретитесь.

В его словах был смысл. Но я продолжала цепляться за безопасное прошлое.

- Странно, что они вообще оба здесь. Лена уехала к Матвею в Италию. Да?

Миша наполнил мою чашку чаем и пожал плечами.

- Да, вроде так. Ты не узнавала про нее сама?

- Нет, - грустно поговорила я. - Она меня везде заблокировала, а создавать фейковые аккаунты мне не хотелось. Да и знать о ней что-то тоже.

- И про Матвея Сергеевича? - добавил Миша.

Я вспыхнула и задрала нос.

- Про него - тем более!

Друг смотрел на меня неодобрительно. Он не верил.

Я и сама себе не очень верила.

- Ты не думала, что стоит сказать Дербеневу? - аккуратно спросил Миша. - Про Алису.

- Нет, - выпалила я. - Нет. Ему нельзя знать.

- Почему?

Мишин вопрос застал меня врасплох. Самое странное, что у меня не было однозначного ответа. Восемь лет назад был, а сейчас нет.

Я бросила универ, потому что была беременна. Беременна от женатого препода, которого уволили из-за меня.

Сейчас я мать одиночка, которая кровью и потом добыла себе карьеру. И с Мишиной помощью, конечно.

Наш с Матвеем роман давно стал историей. Зато наша дочь постоянно спрашивает про папу.

- Алиса вчера спрашивала у Сани, не я ли ее папа, - сообщил мне Миша, нехотя подливая масла в огонь. - Я не против. Алиса классная, но…

Я зажмурилась, уронила голову на руки, зашептала:

- Прости, мне так жаль. Клянусь, я никогда...

- Я знаю, - остановил мои попытки оправдаться Маркин. - Если бы я мог вернуть Ирину в нашу жизнь, то сделал бы это.

Упоминание его бывшей жены полоснуло меня ножом по сердцу. Не только у меня была драматичная история любви. Мишина жена уехала из страны к любовнику. Детей забрать с собой она не пожелала.

Мы с Мишей были в равном положении родителей-одиночек. Только его жена уехала и оставила ему детей. А я сама не хотела искать отца моей дочери.

Спорить с Мишей мне было сложно, но слушать его больно. Он продолжал настаивать:

- Подумай, Лиль. Может, стоит рассказать Матвею Сергеевичу?

- А жене я его что скажу? - прогудела я в ладони.

- Пусть сам говорит. Это не твоя забота.

- Ой, Миша, если бы все было так просто.

Я очень хотела закончить этот разговор. Мишка вроде меня сначала успокоил, но теперь посеял сомнения и новый страх.

- Детей растить одному - это точно непросто. Я рад, что у меня есть ты, но мальчишки скучают по Ире.

Я накрыла его ладонь своею, стараясь поддержать. Пять лет мы поддерживали друг друга как могли. Но Миша сто раз прав. Дружеская помощь - это круто, но я не заменю его сыновьям мать, а он отца Алиске.

Похлопав своей рукой по моей, Миша встал и достал из шкафа остатки вина. Он налил себе почти целый бокал и выпил в два глотка.

- Уверена, что не хочешь чего-нибудь погорячее чая?

- Нет, спасибо, - отказалась я с улыбкой. - Нам еще ехать.

- Брось, Лиль. Ложись у меня. Зачем будить ребёнка?

И снова он был прав.

- Я лягу на диване, а утром ты нам блинчиков сделаешь, - продолжал уговаривать Миша.

Предложение его было разумным, но я не любила оставаться на ночь в гостях. Что-то было интимное каждый раз во взгляде и улыбке моего друга по утрам. И я действительно начинала себя чувствовать приемной матерью Саши и Димы. Мне не хотелось давать Маркиным надежду.

Миша нравился мне, но исключительно по-человечески. Я была благодарна ему за помощь. Он единственный, кто не отвернулся от меня, а потом и помог.