Призраки прошлого: легенды из архивов Полярис-Прайм

ГЛАВА I

Крылья имперского звездолёта рассекали воздух ледяного мира. Разбушевавшаяся снежная буря, настолько сильная, что вой двигателей утопал в ней, будто бы встречала незваных гостей. Резко снизившаяся видимость никак не испугала пилота: щёлкнув несколькими тумблерами, он перевёл двигатели в режим вертикального полёта, и корабль завис над поверхностью. Попытки разглядеть площадку для приземления не увенчались успехом, и в мыслях уже сложился новый план, но для дальнейших действий необходимо было получить разрешение капитана. Активировав канал связи, пилот поприветствовал солдат в трюме:

– Говорит Делорус, мы находимся в квадрате 44-8. Видимость нулевая, в квадрате 45-2 начинаются горы, вероятность столкновения высока, – Делорус уменьшил масштаб на навигационной карте, чтобы проверить, не ошибся ли он. – Капитан Соколов, учитывая статус операции, запрашиваю разрешение на зондирование посадочной площадки.

Непродолжительное молчание капитана показалось пилоту вечностью. Затем передатчик несколько раз трескуче покашлял и раздался знакомый низкий голос:

– Делорус, даю разрешение на зонды. Носовое орудие в боевой режим, – слова резко оборвались хрустом положенного в гнездо передатчика.

Пальцы правой руки потянулись к вспомогательной панели – несколько нажатий вывели на экран информацию о состоянии тубусных отсеков по бортам корабля: все восемь зондов были исправны. «Хватит и четырёх», подумал про себя Делорус и зажал последовательно на сенсорной панели прямоугольные иконки. За изменением цвета индикаторов последовало жужжание внешних люков: четыре металлических шара с алыми линзами в середине корпуса свободно вывалились наружу, и, подхватив потоки воздуха, устремились в квадрат предполагаемой посадочной зоны.

На навигационной карте загорелись четыре зелёные точки, методично переходящие от одного места к другому. Датчики, расположенные в корпусах зондов, сканировали местность и транслировали картинку прямиком на визор Делоруса. Пока пазл собирался воедино, он откинул с руля крышку, скрывающую пульт управления носовым орудием: гул, раздавшийся под его ногами, сопровождал выдвигающуюся из корпуса автопушку.

– Капитан, если в наших планах появится место стрельбе, должен предупредить: залп автопушки может вызвать лавину, и мы потеряем доступ к объекту, – Делорус плавным движением отклонил руль и повёл корабль вперёд.

– Стрельбы не будет, – усталый голос, смешиваясь с треском передатчика, вызывал мурашки от каждого выхода в эфир, – Мы лишь скалим зубы, если нас кто-то здесь ждёт.

После этих слов Виктор Соколов задержал дыхание. На лице его были все краски смятения, и, как бы он не пытался их скрыть, волнение мелкими крупицами распространялось среди малочисленного экипажа. Не осознавая, он продолжал сжимать в руке рацию, в попытке подобрать слова для дальнейших указаний. Виктор перевёл взгляд на своих подчинённых: Юлий, Влад и Леонард сидели отдельно друг от друга, занимая отсек целиком. Леонард, широко расставив ноги, упирался локтями в бёдра: голова его ёрзала в ладонях, то и дело погружая короткие светлые волосы между пальцами. Изредка тылом ладони он оттягивал верхнее веко правого глаза, оставляя закрытым другой, и рассматривал своих товарищей. Взгляд его был полон апатии. Силы на злость Леонард больше не тратил: их надо было беречь для нового задания. На смену гневу пришло осознание бессилия перед обстоятельствами: Верховное Командование приказом передало их кропотливую работу другим, гениальный план Леонарда исполнен другими, его триумф канул в лету. И как ни старались Юлий и Влад поддержать друга, каждая попытка заканчивалась холодной отмашкой. Боль одного человека постепенно растекалась от головы к голове, и даже тонкая улыбка капитана никак не могла поднять боевой дух команды. Скорее всего, она была пугающей из-за широко раскрытых глаз от бессонницы, но в ней точно не было какого-либо тепла.

– Пожалуй, ему будет достаточно, – Виктор с наигранным кряхтением повесил рацию на станцию и наклонился вперёд. – Пока Делорус ищет место для посадки, повторю, что нам известно. Влад, Лео – сядьте ближе.

Он положил на палубу голографический проектор и нажал несколько кнопок. Виктор кивком указал Владу сбавить свет в отсеке – как только стало темно, зелёное изображение стало насыщеннее и стабильнее. На проекции показался квадрант 45-2 с красноватой сетью тоннелей, обрывающейся на уровне двадцати метров ниже вечной мерзлоты.

– Семь дней назад на забытую планету прибыл корабль с отрядом имперских разведчиков, – на голограмме появился портрет капитана Дотче, а под ним разместились в десять строк имена его подчинённых. Верховное Командование потеряло связь с капитаном Дотче через несколько часов после его сообщения: в недрах заброшенного комплекса они нашли «Эгиду», – Виктор задумчиво замолк, потерев щетину на подбородке, – чтобы это ни значило.

– Это спасательная операция? – Лео потёр переносицу и недоумённо поморгал.

– Центр не давал чётких приказов по поиску пропавшего отряда, но, если мы найдём их, эвакуация будет входить в рамки нашего задания. Основная цель – проникнуть в комплекс, который нашли наши предшественники, найти «Эгиду» и транспортировать её с планеты при возможности.

Юлий снова и снова мысленно перечитывал список пропавших имперцев, в надежде, что знакомое имя ему померещилось. Сердце его забилось чуть сильнее, однако он предпочёл промолчать.

– Что конкретно мы ищем? – Влад облокотился на спинку кресла, чтобы оценить обстановку издалека. В его усталых глазах не было даже искры интереса, и этот вопрос был задан ради регламента, но последующие слова капитана встряхнули его и остальную команду.

– Супероружие. Огромной поражающей силы. Способное дать отпор нашему врагу. Начальство говорило такими же пространными формулировками, не обессудьте, – Тусклый зелёный свет мерцал на скулах и подбородке капитана. – Я знал Дотче, он выбирался из разных передряг. То, что его отряд пропал именно здесь, – капитан выдержал паузу, оглядывая товарищей, – говорит мне: в недрах этой горы действительно находится что-то важное.