Призван служить ей

Глава 2

2.

Сегодня мистик-дознаватель третьего ранга Эльза не замечала запах прозекторской. Она вообще ничего не замечала, просто смотрела на лицо её напарника по службе – баронета Кайлина Лоара и не узнавала его.

То есть она, конечно, узнавала и его волосы, и нос, чудом не пострадавший от рыб. Даже синеватая припухлость утопленника и прорехи в щеке не исказили его черты настолько, чтобы они стали вовсе неузнаваемыми, но Эльза не могла принять, что это холодное, вытянутое на прозекторском столе тело – её напарник Кайлин.

Который больше не подскажет ей советом.

Не поддержит её.

Не станет рассказывать очередной нелепый сюжет бульварного детектива, посмеиваясь над её критическими замечаниями о «ничего не понимающих в процедурах писаках».

«Он ведь часто читал и об обычных расследованиях», – вдруг вспомнила Эльза, потянулась рукой, чтобы убрать с высокого лба Кайлина налипшую светлую прядь: Кайлин всегда держал волосы в идеальном порядке.

Рука дрогнула над его распахнутой для вскрытия грудью. Эльза вдруг поняла, насколько неуместно смотрелись здесь и сейчас подаренные ей мамой модные кожаные перчатки с ажурными отворотами и ярко-синее платье для прогулок.

– Что известно? – она повернулась с раздражающим шуршанием подола.

Их криминалист Вайнар – высокий тощий, словно жердь – стоял в заляпанном кровью фартуке и ждал. То, что он оставался в стороне вместо увлечённого потрошения трупа, можно было считать высшим проявлением почтения к убитому. Или, возможно, он просто опасался истерики Эльзы, хотя она их не закатывала, несмотря на попытки некоторых коллег этого добиться.

– Его нашли в реке, – начал было Вайнар, но осёкся и нахмурился. – Вообще-то это закрытая информация, доступ к ней имеют только действующие мистики и физики, а ты временно отстранена. Я и так нарушил множество предписаний, позволив тебе войти сюда!

– Что известно? – жёстче повторила Эльза. – Он мой напарник, я имею право знать.

Она подступила к Вайнару. Он был выше её на полторы головы, но суетливо попятился.

– Эльза, пожалуйста, – нервно попросил Вайнар, ища взглядом поддержки, но видел лишь пару трупов. – Мы договаривались, что ты просто простишься с ним, не надо этого всего, тебе не надо лезть в это дело. Здесь есть кому…

Эльза шла на него, и Вайнар продолжил пятиться чуть боком, чтобы не оказаться припёртым к стене.

– Кайлин мой напарник, – чеканила Эльза, наступая на Вайнара. – Напарникам всегда рассказывают о ходе расследования. Не просто рассказывают, а дают расследовать!

– У тебя сейчас нет фамильяра, да и ранение, – напомнил Вайнар и, задев один из прозекторских столов, поморщился. – Ты не можешь расследовать убийство Кайлина…

– У меня нет фамильяра, но голова-то на месте! Я могу ею думать. Почему мне нельзя узнать подробности? – Эльза шагнула чуть в сторону, не позволяя Вайнару пойти на новый круг по периметру комнаты.

– Это приказ шефа! – вскинул руки Вайнар. – Все вопросы к нему.

Он поспешно спрятался от вставшей Эльзы за пустым прозекторским столом и наблюдал за ней с насторожённостью мужчины, совершенно не умеющего обращаться с буянящими женщинами.

– Шеф, значит, – выдохнула Эльза и посмотрела на обтянутые модными перчатками руки, на шелестящий подол.

Глядя на выражение её лица, Вайнар снова поморщился, словно от зубной боли. Ему вдруг стало неловко из-за всей этой ситуации, хотя он не имел к ней прямого отношения.

– Ну, это разумно, – примирительно заметил Вайнар. – Ты была ранена. Твой фамильяр погиб, для призыва следующего мало сил. Это достаточное основание для отстранения от дел до вызова нового.

Отмахнувшись, Эльза направилась к выходу. Но перед тем, как закрыть за собой дверь, не выдержала и всё же высказалась:

– Дело не в фамильяре. И не в ранении. А в том, что я женщина. И ты прекрасно это знаешь.

Она бросила взгляд на мёртвое уродливое тело, так не похожее на Кайлина Лоара и всё же принадлежащее ему, и закрыла тяжёлую дверь в прозекторскую.

До этой сумрачной обители криминалистов и архива доносился тихий гул голосов, шелест шагов – в отделении кипела работа.

Работа, к которой Эльзу, первого мистика-дознавателя женского пола в стране, упорно не подпускали по любым поводам. Кайлин Лоар был единственным, кто сразу и безоговорочно признал её право находиться здесь. Эльза не могла сейчас сдаться. Это значило бы не просто предать себя, но и Кайлина, в неё поверившего.

«Я не должна была соглашаться на временную отставку, я должна была настоять на продолжении службы, тогда Кайлин не оказался бы один, он мог бы вы…» – не позволив себе закончить убийственную мысль, Эльза первым делом стянула туго обтягивающие руки модные перчатки. Ей даже стало легче, когда она избавилась от этого атрибута женственности.

На ладони Эльзы ещё выделялась бледными шрамами печать призыва Гектора – фамильяра, отдавшего за неё жизнь, когда последнее совместное расследование вывело их с Кайлином на стригоя.

Воспоминания обожгли сердце, но Эльза не заплакала, а сжала руку в кулак.