Призванная злодеем

Глава 1. Новый мир

Кажется, прошел день. А, может, неделя. Или месяц. Понятие времени в моем сознании растворилось, уступая место боли. Я приходила в себя лишь на жалкие минуты, после чего в рот вливали какой-то белый мутный отвар, и я вновь проваливалась в небытие.

Мне снился Тай’Рас, с его бесконечными пустынями, раскаленными жаром двух небесных светил. Вновь снился день, когда я лишилась семьи и возможности выбирать свое будущее.

Печать Молчания наносят всем детям, что перешагнули шестилетний рубеж. Я была девятым ребенком в семье простого механика и медсестры, поэтому ничего не предвещало того, что именно я окажусь чтецом: ни один из моих братьев и сестер не отреагировал на печать.

Некоторые посчитали бы это великой удачей, я же была среди тех, кто считал это редким невезением. Чтецы обладали редким даром: оживлять прочитанное вслух, а нанесенные на тело специальным составом печати становились их орудием.

Эту силу считали опасной, способной привести к краху этого мира. Именно поэтому первой наносили печать молчания, навсегда блокирующую возможность говорить. Ни один из живущих за последние столетия чтецов не мог пользоваться своей истинной силой.

До сих пор помню ужас, когда после процедуры меня попросили назвать свое имя, а я… не смогла. Стояла посреди кабинета, беспомощно разевала рот, из которого не доносилось и звука.

– Что, от страха язык проглотила? – Устало пошутил мужчина, заполняя какие-то бумаги. На меня он даже не смотрел. Девятый ребенок неодаренных родителей, какие тут могут быть шансы иметь силу? Найти определенную песчинку в пустыне и то вероятнее.

– Виви? – Мать звучала нетерпеливо и раздраженно. Я почти не помнила ее лица, лишь мышиного цвета волосы, да темные круги под глазами. – Давай быстрее, нам еще на рынок идти.

Я беззвучно зарыдала, протягивая к ней руки. Мужчина поднял глаза, и для меня разверзнулся ад. Он начал что-то быстро говорить в коммуникатор, в комнату вбежали люди и, оттеснив мать, окружили меня.

– Виви? – Повторила она, глядя на меня расширяющимися от страха глазами. – Девочка моя? Скажи, что-нибудь!

Ее голос сорвался на крик, потонувший в других голосах.

– Отойдите! – Приказал ей какой-то мужчина в форме государственного служащего. Он сунул моей матери какой-то прямоугольник, в котором мой мозг быстро распознал платежную карту. Денежную компенсацию, полагающуюся всем семьям чтецов. Мать была бледна и все продолжала просить меня сказать хоть слово, пока я беззвучно кричала “Мама!”, пытаясь пробиться к своему самому дорогому человеку.

– Выведите ее. – Не знаю, кто это сказал, но мою родительницу подхватили под руки и заставили покинуть помещение. Это был последний раз, когда я ее видела.

Дальше шли лишь годы тренировок в закрытой школе чтецов, больше похожей на бункер. Мы учились использовать печати, коих на моем теле со временем появилось немало. Наверно, проще было бы сказать, какие участки тела не были покрыты черными рисунками. Больше всего их, конечно, было на руках: татуировки покрывали даже ладони.

Поэтому, когда я впервые окончательно пришла в сознание после той злополучной бури и увидела идеальные чистые руки, то подумала, что все еще сплю.

– Как вы себя чувствуете? – Почтительно спросил ранее не замеченный мною мужчина, сидящий на стуле рядом с постелью. Обстановка была незнакомой. Я перевела взгляд на темную каменную кладку стены, узкие окна, грубую мебель, словно сколоченную наспех.

– Где я? – Звук собственного голоса был чужим. Охрипшие после долгого бездействия голосовые связки болели от каждого произнесенного мною слова.

– Вы в замке сиэра Себастьяна Арнавар. – Последовал ответ.

– Э? – Мои навыки коммуникации после стольких лет молчания явно оставляли желать лучшего.

– Что вы помните?

Я нахмурилась, пытаясь воскресить в памяти события того безумного дня. Встреча с “женихом”, буря, пронизанная фиолетовыми разрядами, чувство падения, и чьи-то тяжелые сапоги, переворачивающие меня на спину. Не его ли?

– Я ехала домой. Попала в бурю и очнулась в этом замке. Дальше провал.

Мужчина покивал, словно услышал то, что он и так знал.

– Боюсь, это наша вина, сиэра. Вы попали сюда по ошибке. Как только вам станет лучше, мы немедленно ее исправим и доставим вас обратно в ваш мир.

Я мигом подобралась. Погодите, как это обратно?! А вот это уже плохо!

– Я слышала, что вы пытались вызвать монстра...

– Молчите! – Строго приказал мой собеседник. – Я убедил сиэра, что вы не вспомните об этом моменте. Сомневаюсь, что он позволит вам вернуться обратно, если будет хоть малейшая возможность, что вы помешаете плану. Я не вижу злостных намерений, поэтому не выдам.

Ты ж мой хороший, – подумала я. – А я то как раз раздумывала над тем, как здесь задержаться.

– Я вас услышала. – Кивнула я, стараясь ничем не выдать свои намерения. – Благодарю за заботу. Сколько времени я была без сознания?

– Двенадцать дней. – Мне от этой цифры было ни тепло, ни холодно, поэтому я просто кивнула. – Позвольте, я проверю ваше самочувствие. – Спохватился он. Я буду использовать магию, не знаю есть ли она в вашем мире. Вы можете почувствовать легкое покалывание.

Он начал водить надо мной руками, а я тайком его рассматривать. Довольно симпатичный: бледное аристократическое лицо, прямой нос, русые волосы, собранные в низкий хвост и неожиданно темные глаза. В моем мире такое сочетание встретишь очень редко. На нем была простая светлая рубашка и темные брюки, обтянувшие крепкую фигуру.

– Как вас зовут? – Спросила я, когда осмотр был завершен, а лекарь остался доволен моим состоянием.

– Прошу прощения, сиэра, совсем забыл о манерах. Меня зовут Виктор.

– Вивьен. – Коротко представилась я. – Сиэра – это что-то вроде титула?

– Там, где я вырос, так принято обращаться к благородным.

– Людям? – Почувствовала я некоторую недосказанность.

– И им тоже.

Занятно. Видимо, люди не единственная раса, населяющая этот мир. В голове возникло огромное количество вопросов, но Виктор прислушался к чему-то и виновато произнес.