Про лес Торм

Приоградье и благословенная Загрида

     Вытесненные тивердинскими воинами с привычных кочевий, поляне Аэлдыни вторглись в Дикое поле. Некоторым из них удалось завоевать для себя новые земли, согнав с них таких же кочевых сородичей, другие, потерпев неудачу, двинулись дальше на юг. Два из таких безземельных племён вместе со своими стадами добралось до Гридских гор. Климат вокруг них оказался куда мягче, чем в родной для полян степи: горы и лес надёжно защищали от ветров, пастбища радовали хорошей травой, а реки - чистой водой. К тому же населен был этот благословенный край кроткими и миролюбивыми земледельцами. Пришельцы быстро захватили над ними власть, заставив уступить самые лучшие угодья под пастбища для своих овец и коней. Спасаясь от захватчиков, целые поселения жителей предгридья покинули родину и скрылись в Торме - Диком лесу, куда пришлые всадники не могли последовать за ними. Именно они стали предками лесных тормалов.

     Захваченные кочевниками земли в северных предгорьях начали именовать Загридой. В отличие от тивердинских переселенцев, столетием раньше основавших Кравотынский амират, поляне, осевшие в Загриде, хоть и продолжали считать себя избранным народом Небесного Воина, постепенно забыли веру предков, породнились с коренными предгридцами, забросили кочевое житьё, выстроили крепости и принялись промышлять сбором дани с ближних к ним поселений. Через несколько поколений такой оседлой жизни чисто полянского в их обычаях осталось не много: разве что любовь к лошадям да традиция по праздникам надевать камзолы - приталенную распашную одежду длиной до середины бедра, сшитую из цветного бархата и украшенную узорной вышивкой.  

     Все знатные семейства Загриды ведут свою родословную от пришедших из Аэлдыни полян и весьма этим гордятся. Но на самом деле простые загридинцы состоят с полянами в не менее тесном родстве. Народ, возникший в результате смешения крови кочевников и жителей предгридья, соединил в себе лучшие черты предков. Загридинцы в большинстве своём трудолюбивы и домовиты, но притом отважны и, в отличие от тормалов, не склонны к излишней скрытности и хитрости. Среди соседей они считаются весьма красивыми людьми: унаследованные от полян тонкие черты лица, крупные глаза и светлая кожа при характерном для тормалов тёмном цвете волос делают их внешность выразительной и яркой.

     Поляне, пришедшие в предгридье, относились к двум разным племенам. Даже осев и смешавшись с местными жителями, между собой они продолжали держаться настороженно, селились всегда отдельно и всячески подчёркивали свою несхожесть. Так постепенно Загрида разделилась на два "княжества".

     Восточная Загрида осталась мирным земледельческим краем, славным своими коровами, льном и урожаями пшеницы. Знать в ней по образу жизни не слишком отличалась от простецов, разве что одевалась лучше да ела сытнее. По традиции хозяин земель, господар, обязан был лично начинать и заканчивать все работы, но в остальное время богатые, конечно, не работали в поле, предпочитая нанимать для этого соседей победнее. Для защиты своих земель от набегов с Дикого поля и с гор в Восточной Загриде имелась крепость Стольна, в которой жил князь с дружиной. Никакой реальной властью он не обладал, а был именно военным вождём, приглашаемым на службу богатыми господарами. Содержали князя с дружиной всем миром, собирая с каждого землевладельца подать. Размер её определялся на ежегодном мировом сходе. На нём так же решались вопросы отношений с соседними народами и внутренние споры, определялись границы земельных наделов, высказывались похвалы или претензии к князю. При общем недовольстве его могли даже выгнать и пригласить нового. Явиться на сход и говорить на нём имел право любой землевладелец, даже самый бедный, но наибольший вес имели слова богатых господар. Долгое время Стольна оставалась именно крепостью, на площади перед которой проводились сходы и ярмарки. Однако постепенно вокруг неё выросли торговые склады и ремесленный посад, а среди богатых господар стало престижно иметь при Стольне жилое подворье. Возникший вокруг Стольны город так и называли - Пристольная.

     В Западной Загриде жизнь сложилась иначе: то ли захватчики оказались пожаднее, то ли местные - потрусливее. Каждый, кто смог построить себе "замок" размером побольше курятника и владел оружием, объявил себя хозяином окрестных земель, бароном (название это произошло от полянского слова "бар", означающего "имущество", а так же "милость"). С усердием, достойным лучшего применения, бароны грабили и убивали живущих рядом с ними земледельцев. Те очень быстро уяснили, что вести хозяйство в таких условиях невозможно, и частью сбежали в Торм и Восточную Загриду, частью прибились к всё тем же баронам на службу и под охрану. А владельцы замков, лишившись возможности безнаказанно обирать простецов, принялись увлечённо воевать между собой. Заодно они грабили проезжих торговцев и промышляли военными походами в Дикое поле и лежавшую за ним Элорию.

     Местность между Тормом и Гридами долгое время оставалась пустынной, потому что постоянные набеги поморийцев с Изени и полян из-за Грид не позволяли спокойно вести на ней хозяйство. Всё изменилось, когда ею заинтересовался один из самых удачливых и богатых загридинских баронов - Сарг Горный Тур. (Породнившись с предгридцами, поляне переняли их обычай называть каждую семью именем зверя-покровителя. Его же стали изображать на своих гербах.)  Договорившись о сотрудничестве с пятью сильнейшими магами своего времени, он объявил себя князем (от полянского "кнес" - "высший") Вольных земель. Кроме поддержки магов Сарг на тот момент обладал изрядным запасом золота, награбленного в Элории, большим войском из загридинских и полянских головорезов, авторитетом среди баронов (те его просто боялись) и собственным весьма свирепым нравом. Благодаря всему этому он сумел организовать постройку ряда крепостиц, в которых разместил постоянный гарнизон для охраны Вольных земель и поддержания на них порядка. Притом податей с земледельцев на Вольных землях не брали, существовал гарнизон на пошлины, собираемые с торговцев. Через Вольные земли проходил важный торговый путь - из Торма в Элорию и через Акхаладскую долину в Тивердынь, так что торговцы охотно платили за свою безопасность и приносили князю хороший доход. Со временем для защиты людских земель от разбойников и диких животных часть крепостиц, расположенных вдоль кромки леса, соединили между собой насыпным валом с деревянной стеной. Она была не только ограждением, при её возведении использовались чары, запрещающие пересекать Ограду существам с враждебной людям магией. Всё это привело к тому, что многие тормалы решились покинуть лес и вновь поселиться на плодородных и относительно безопасных полях южного предгридья.