Пробежка по Льду
Глава 12. Ненависть падших.
Хладная стеклянная дверь никаким образом не выделялась от украшенных холодами кругловатых стен, но вскоре мы её обнаружили, и мой напарник вошёл первым, а уже после меня вошёл бородатый старик. В его глазах читалась неописуемая душевная боль. Всё его лицо было испещрено шрамами, морщинами и волосами. Большую часть волос на его голове составляли поседевшие волосинки, остальные же, не до конца потеряв расцветку, до сих пор излучали остатки радости прежнего мира.Он захлопнул за собой дверь, и в ту же секунду зажёгся яркий тёплый свет. Я зажмурил глаза, но справившись с собой, разглядел, что внутри купола располагался лифт. На одной из стенок находился пульт управления, с сотнями кнопок различных цветов, и рисунками на них.
– Как вас зовут? – Нарушил молчание я. – Видимо, нам придётся в будущем тяжело. Мне хотелось бы знать, как звать моих напарников.
Плотник протяжно тяжело вздохнул и кропотливо пустил взор к железному полу лифта.
– Меня зовут Миша, – наконец вымолвил он, – э... Михаил Григорьевич.
– Приятно познакомиться; меня зовут Борис. Борис Николаевич.
– Алексей, – прокашлял старик, – Алексей... Иосифович...
Мы ничего даже не смели нажимать, однако лифт тронулся с места и отправился вниз с необычнайно высокой скоростью.
Краткую долю убегающей вдаль секунды я с усилием воли сумел продержаться на ненадёжных ногах, но потом же, не выдержав, я я, словно труп, рухнул на ледяной пол. Мне была чужда простая мысль о произошедшем с другими пассажирами лифта.
В то время, когда я пришёл в сознание, большинство мышц на теле ощущали мучиющую мой разум боль. Поднятие век мне далось не без труда, как и поднятие взора на своих незнакомых братьев.
В тот момент я немного призадумался: а каков будет будущий мир, полный предательств и смертей, без банальной дружбы и любви? Вернётся ли он к прежним планкам или же всё население планеты, наделённое разумом, попросту сгинет, не оставив и следа цивилизации? Сохранится ли на Земле какая-либо искра жизни? Что, если все наши изобретения и открытия были обречены на провал, и никакими способами человечество не спасти?
Я, казалось, терял свой всегда здравый рассудок и с распростёртыми объятиями встречал безумие.
В моих глазах разожглась искра, и я, почти потерявший контроль над собственным телом, положил руку на поручень лифта и, опираясь о него, вопя от боли, но не теряя своей надежды на малейшее продление часа смерти, встал в полный рост. Я открыл рот и, вдохнув воздуха, взглянул на своих новых друзей.
Столько радости и веселья было пролито в то раннее утро, когда я наткнулся на плотника... Дедушка появлялся перед моими глазами, тянувшийся по длинной заснеженной улице... Однако ж сама Смерть дала мне одному сбежать из большого Пожара... Опьянённый этой мыслью, я, с небывалой яростью отперев лёгкую стеклянную дверь, пошёл прочь из ненавистного лифта по неосвещённому долгому коридору.
Отредактировано: 20.12.2021
Добавить в библиотеку