Проблема для некроманта

12

— Пять лет назад Великий инквизитор из человеколюбия заменил сожжение повешением.

— Вот уж повезло, так повезло! — криво улыбнулась я.

Он легонько сжал мои пальцы, успокаивая.

— Не бойся. Просто продолжай твердить, что ничего не помнишь о своей жизни до того момента, как проснулся дар.

— С тобой же не вышло.

— Я пристрастен. — Его взгляд на миг изменился, но прежде, чем я сумела разобрать его выражение, Винсент беззаботно улыбнулся. — К тому же, как я уже говорил, студенты подсудны только совету университета.

Слишком уж беззаботно он улыбнулся. Я заколебалась. А, ладно, сгорел сарай — гори и хата, дипломатия никогда не была моей сильной стороной.

— А останусь ли я студенткой, будет зависеть от моего поведения?

Винсент выпустил мои ладони, сцепил пальцы перед подбородком.

— Это очень похоже на оскорбление. За кого ты меня принимаешь?

— За человека, который заставил, — я выделила голосом это слово, — меня быть откровенной. За человека, который теперь может меня убить парой слов. Как будто ты сам этого не понимаешь.

— С хорошими же людьми тебе приходилось общаться до сих пор, — процедил он.

— С разными. Я судебный медик, ты не забыл? Шесть лет каждый рабочий день я фиксировала то, что одни люди делают с другими. Можно подумать, ты до сих пор веришь в радужных единорогов.

— Единорогов не бывает, — голос Винсента похолодел. — А я верю в то, что чужое доверие, прости уж за невольный повтор, нельзя обманывать. Единственное исключение — если от этой информации зависят жизни. Но в твоем случае это не так…

Нет, именно так, от этой информации теперь в самом деле зависит жизнь. Моя. Как и от того, будешь ли ты держать язык за зубами.

— …и я в самом деле был неоправданно настойчив. Извинения, полагаю, бессмысленны.

Я кивнула. Он продолжал.

— Если бы я знал, что именно услышу, не стал бы давить… ведь в самом деле понимаю, что произойдет, если об этом узнает кто-то еще. И потому буду молчать. Могу поклясться.

— Как будто клятву нельзя нарушить при желании, — пожала плечами я.

Его тон стал и вовсе ледяным.

— Да, запечатать клятву магией можно только на крови, а я не ведьмак. Так что придется поверить на слово.

— Я уже поверила тебе, иначе продолжала бы упираться. — Я вздохнула. — Но я не знала, чем рискую и, когда узнала… Ты же сам все понимаешь. Мне жаль, если тебя оскорбляет мой страх.

Он ответил не сразу. Вытряхнул спитую заварку в ведерко, снова повернулся ко мне.

— Понимаю. Но разговор нельзя повернуть вспять.

— Да уж, слово — не воробей…

Он приподнял бровь, и я пояснила.

— Так у нас говорят: слово — не воробей, вылетит — не поймаешь.

Он неопределенно хмыкнул, и какое-то время казалось, что его интересует лишь, сколько заварки насыпать в этот раз. Потянулся к кувшину с водой, но оборвал движение на середине.

— Будешь еще чая, или пойдем работать, чтобы не осталось времени на дурные мысли?

— Работать. Хотя погоди. Ты сказал «для начала» хочешь, чтобы я подняла и расспросила тело. Собирался попросить что-то еще?

— Теперь это не имеет значения, — Винсент поднялся со стула. — Хотел предложить тебе сделку, но теперь… Не намерен гадать, согласилась ли ты искренне или, испугавшись, что я могу отомстить за отказ.

— Ты же эмпат.

Кажется, пресловутая Варвара была моим далеким предком. Иначе как объяснить, что мне жутко захотелось узнать, что за сделку он собирался мне предложить. И вообще, с чего он взял, что я сразу откажусь?

— Но не менталист. — Он закрыл чайник крышкой. — Пойдем работать. Заварю свежий, когда вернемся, с медом. Тебе это понадобится.

Ну и ладно. Не уговаривать же его теперь. Я послушно встала и мы вернулись к телу. В этот раз каллиграфия далась легче.

— Дашь мне список вопросов или позволишь действовать самой? — поинтересовалась я, когда все приготовления были закончены.

— Начни с того, почему Ивар решил наложить на себя руки. Дальше по обстоятельствам. Я вмешаюсь, если что.

Винсент снял с руки браслет, протянул мне.

— Надень. Это накопитель, запас силы. У тебя мощный дар, но пока ты едва его контролируешь, большая часть силы утекает впустую, и ты быстро ее истощишь.

— Но сила же везде? — недоуменно поинтересовалась я. Расфокусировала взгляд, снова увидев фиолетовый туман, повела ладонью, ловя дымку.

Винсент кивнул

— Сила везде. Но способность принимать ее ограничена. Ты не сможешь вдохнуть больше, чем могут вместить легкие. С силой похоже.

— Емкость легких увеличивается при регулярных тренировках.

— Способность воспринимать силу тоже. Если хочешь, я дам несколько упражнений. Потом, когда покончим с делом.

Да, делу время… Я взяла у него браслет.

Тяжелый золотой обод пришлось сдвинуть на середину предплечья, чтобы он держался как следует и не норовил соскользнуть с кисти.

— Как к нему обращаться? — спросила я.

— Никак. Сам подключится, когда понадобится.

Я кивнула и потянулась к дару. Увидела туман, снова представила, как он конденсируется мельчайшими каплями на нарисованных символах…

Меня словно подхватило и понесло бурным потоком. Совсем не так, как недавно. Это браслет виоват?

— Бросай силу! — крикнул Винсент, и в голосе его прозвучало что-то, очень похожее на страх.

Я попыталась расслабиться и отключиться от дара, благо поняла, как это делать — не вышло; точно муха в меду, увязла в силе, и она потащила меня к чему-то темному, страшному.

В следующий миг тело прошила судорога боли. Винсент, разорвав заклинание, не дал мне осесть, поволок прочь из комнаты, ничего не объясняя, а за спиной творилось что-то совершенно непонятное. Сила —не моя, та, что была развеяна вокруг — стекалась в мертвое тело, копилась, сворачиваясь в тугой узел, точно собиралась в черную дыру, стягивающую все вокруг себя.

Винсент выругался, бросил под ноги один из перстней.