Проблемная адептка магистра Мейроши

Глава 1. Королевские подарки принимают с улыбкой.

— Ее Величество не принимает! — ринувшаяся наперерез служанка попыталась меня остановить, но я отмахнулась.

Обогнув встревоженную девушку, добралась до заветной двери спальни королевы. Та услужливо распахнулась, сверив мою ауру с имеющими доступ. Подобная вольность была позволена единицам. То есть мне и членам венценосной семьи, к которой я не относилась.

— Моя королева, он бесподобен! — воскликнула я, входя в покои.

— Ты наконец это признала? — усмехнулась Ее Величество Ирен, оборачиваясь, а я только сейчас заметила, что королева не одна, и вспомнила еще одно исключение. Мейроши пропускался в эти покои также в любое время дня и ночи. Но чаще второй вариант, так что теперь мужчина стоял в одних лишь брюках с голым торсом.

— Простите, — я тотчас отвела взгляд. Королева рассмеялась, подхватывая с кресла мужскую рубашку, чтобы бросить ее своему гостю и обнять меня.

— С днем рождения, моя дорогая.

Именно дорогой и важной я себя и ощутила, надев переданный подарок королевы, как только проснулась.

Браслет с артефактом в виде лепестка украшал мое запястье. Несмотря на тонкую работу ювелира, радовал меня куда больше камень. Ужасно редкий и невероятно ценный из-за уникальных качеств. Только он способен хранить до десятка магических структур иллюзий, позволяя их обновлять и совершенствовать, а еще удерживать активными без прямого контроля мага.

Завершали композицию антрацитовые камни, имитируя росу. Крошечные, едва заметные, они сверкали, когда через них напрямую проходили лучи солнца. На рассвете их было достаточно, чтобы на моей коже играли капельки-блики.

— Полагаю, мои поздравления обрадуют меньше, — вмешался в разговор Мейроши, вернувший пристойный вид. — Возможно, хоть подарок придется по душе.

— И что же это? — насторожилась я.

— На балу в вашу честь я вас не побеспокою.

— Весьма щедро, — искренне признала я. — В прошлый раз приглашение на танец стоило мне двух недель усмирения ваших ревнивых поклонниц, — прибавила, хмуро скрестив руки на груди.

И я не преуменьшала. Вздыхающих по мужчине был полон двор. И я могла понять этих девиц, замужних дам и даже вдов, честное слово. Мейроши преступно красив и прекрасно знает об этом.

Древние статуи, что увековечивали выдающихся магов и воинов, казались неудачными попытками отразить фигуру этого мужчины, совершенную в каждой черте. Рельефное крепкое тело, голый торс которого я уже успела оценить не раз. Тонкие, аристократичные пальцы, но полные скрытой силы.

Широкие плечи лишь подчеркивали узкие бедра, мягкие черты лица и легкие волны темных длинных волос, кошачья грация завлекали слабые сердца, а вот расчетливых холодный ум сражал их наповал при желании. Беспринципный же характер избавлял от всяческих моральных терзаний и лишал голоса совесть. Если та вообще была.

За ним охотились — он убивал равнодушием. Его презирали — он сражал превосходством. Его боялись и ненавидели — он заставлял влюбляться.

Единственным способом избежать разрушительного влияния этой личности была вежливость, приверженность этикету и светский интерес. Все это вгоняло в скуку главного хищника двора.

И лишь у меня было еще одно, но самое надежное укрытие — статус воспитанницы Ее Величества. Единственная женщина, что имела хоть какую-то власть над Мейроши.

— Вот и прекрасно, не надо портить девочке бал завистливыми взглядами, — поддержала королева.

Быть ее воспитанницей непросто, но все же мне повезло. Лишившись в самом детстве матери, я обрела искренне любящего меня человека.

Моя мама была эльфийкой и магом иллюзий, служила особой фрейлиной Ее Величеству. Таких называли цветы королевы. Самые близкие, самые доверенные девушки, что выполняли ее поручения. Проще говоря — тайный шпионский отряд иллюзорниц.

Они легко меняли образы и маски, а их настоящий вид знала лишь сама королева. Как узнавала через них и все тайные дела двора, да и не только. Пару раз ее цветочки помогали пресечь заговоры или решить не менее важные проблемы политики.

Я не знаю, что за задание выполняла мама, но однажды вернулась на третьем месяце беременности. Я родилась под именем ее рода, кто мой отец она не говорила. Как не предупредила и об уходе, после которого бесследно пропала.

Королева взяла меня под опеку, хотя могла бы избавиться от проблемы, сослать куда подальше или перепоручить фрейлинам.

Но Ее Величество старалась сама. Не заменить маму, но воспитать, как воспитала бы она — любя и балуя, но при этом строго очерчивая рамки дозволенного. Не противилась королева и моему стремлению сохранить малейшие крохи памяти о маме, отчего я и заинтересовалась иллюзиями, а потом увлеклась ими с головой.

Только если большинство придворных красавиц этой магией предпочитали подправлять внешность, а то и вовсе преображать кардинально, я была единственной, что ничуть не меняла свой облик, что тоже переняла от мамы. Одни только глаза напоминали, что где-то есть и мой отец.

У Ее Величества хранился единственный портрет мамы. Правильно поняв мой просящий взгляд, Ирен нажала потайной рычажок на туалетном столике. Опустилось второе дно, где лежали кристаллы с запечатанными проекциями. Один из них, лазурного цвета, мне и протянули.