Проблемы выбора или Моя маленькая птичка

Глава 16. Сопротивление

Как бы ни было сложно, но наступил момент, когда всё стало слишком очевидно: плавание больше не работает. Оно и не работало раньше, если уж говорить откровенно. Просто им было приятно думать, что Киви занят, а они делают хоть что-то. Но ванна не лечила. Она просто оставляла за собой тонну шерсти и запах мокрой собаки.

Ветеринар мягко, но настойчиво посоветовал завязать с водными процедурами.

- Сосредоточьтесь на том, что действительно может помочь в длительной перспективе: удвойте массажи, упражнения, зарядку.

Всё это они и так уже делали, каждый день, с той же страстью, с какой кто-то верит в лотерею. И, казалось, вера начинала приносить плоды. Ножки у Киви были тёплые. Он мог ими шевелить. Он просто… не хотел.

И Катарина его понимала. Ведь начинать ходить после травмы – это больно. В реальной жизни реабилитация не выглядит, как в мотивационных видео, где человек делает первый шаг, а камера замирает на слезах. Это трясущееся тело, отказ мышц, падения, раздражение, страх, злость. Даже самые сильные люди порой сдаются. А Киви – не человек. Он не понимал, почему его заставляют делать больно самому себе. Почему не оставляют в покое.

Но если не ходить – мышцы атрофируются. Тогда вместо боли будет беспомощность.
А значит – выбора нет. Катарине тоже было больно. Она проживала каждый шаг вместе с Киви, поощряя его, подбадривая, целуя в его мохнатую макушку.

Он уже мог стоять сам, но недолго. И каждый раз Катарина аккуратно поддерживала его спину, двигала его лапки вперед и пыталась убедить: "Ну хотя бы шаг. Один".

Чтобы хоть как-то его мотивировать идти вперед АртДжей становился в другой части комнаты с лакомством, с видом главного искусителя этого мира. И Киви… рвался вперёд. Только весьма своеобразно. Он не использовал задние лапы вообще. Просто тащил себя на передних, будто тело за ним – это не его ответственность.

Пытаясь хоть как-то контролировать скорость его движение, АртДжей подходил и начинал медленно пятиться, удерживая вкусняшку перед носом Киви на такой высоте, чтобы тот не мог просто прыгнуть мордой вперёд, но и не терял интерес. Они вымеряли расстояние, как в шахматной партии. Чаще всего Катарина поддерживала его, но иногда они менялись – когда у ее начинала дрожать спина, а в пальцах пропадало чувство.

Время шло, но лучше ситуация не становилась.

Каждое утро и вечер – по несколько часов тренировок. Каждый раз они надеялись, что вот сегодня он пойдёт. А он не шёл. Его задние лапы жили своей жизнью: то подгибались, то торчали, как антенны, то вообще отказывались участвовать в процессе. Они не слушались. Как будто сигнал от мозга до лап не доходил или доходил с таким опозданием, будто потерялся где-то на полпути.

Катарина не сдавалась. Она решила, что нужно сменить обстановку. Перенести тренировки на улицу. Может, запах весны, шорох травы, свежий ветер – всё, что было в его жизни до – пробудит в нём желание двигаться.

Но улица только добавила другую проблему. Киви стирал лапы. Он тащил их за собой по асфальту, по земле, не чувствуя боли, потому что не понимал, что боль будет потом. А может, и понимал, но просто не хотел останавливаться. Через десять минут прогулки лапы начинали кровоточить. Кровь останавливалась плохо. Они мотали бинты, использовали рулоны пластыря, покупали заживляющие мази и спреи за сумасшедшие деньги. В отчаянии, Катарина распорола свои любимые носки и сшила ему защитные гольфы для задних лап.

Киви был в ужасе. Его первый порыв – замереть. Лежа на спине, он поднимал задние лапы вверх, как бы говоря: "Сними это немедленно!" Он не шёл, не полз, он лежал, как статуя протеста. АртДжей заказал в интернете собачью обувь – милую, маленькую, на липучках. Казалось бы, хорошее решение. Но тогда они не подумали, что даже здоровые собаки не всегда уверенно стоят на ногах в обуви. Так же было и с Киви. Он шатался, падал, путался в лапах. В лучшем случае – лежал и смотрел на них с укором, как будто они пытались превратить его в клоуна.

Время все шло. Мотивации становилось меньше. Уверенности – ещё меньше.
Врачи разводили руками.

- Он может ходить. Он должен ходить. У него всё в порядке – по анализам, по результатам УЗИ. Просто... не хочет.

Эта фраза стала, как плохо забитый гвоздь в крышку их усилий. Он НЕ ХОЧЕТ.

Они искали медицинскую причину, решение, инструкцию, операцию – хоть что-то. Но всё было в порядке. Физически.

- А как быть с мочеиспусканием?

- Привычка, – сказал врач, – это уже психологически. Просто продолжайте то, что делаете. Следите за ним, лечите лапы, давайте ему время.

Но сколько это – время? Вопрос остался в воздухе. Вместе с запахом мазей, коробками бинтов и очередными лужами по всей квартире. И Киви, мирно лежащим у стены, смотрящим в пустоту – и как будто совершенно не понимающим, что от него все так настойчиво ждут.