Пробудившая пламя

Глава 35.

Оман Берс Марид Нави.
Я не раз за последние дни слышал о том, что моя лари и наследники жили в полевом лагере. Но одно дело слышать, и со всем другое видеть. А видеть и понимать, что для Ираидалы ничего непривычного не происходит, это вообще что-то выбивающее из привычного состояния напрочь.
Ираидала удивляла. Я помнил красивую куколку, которую довести до слёз могло любое дуновение ветра. Неприспособленная ни к чему, не способная выжить за стенами гарема, просто, бывшая не в состоянии обойтись без слуг, наложница, которая считала, что смысл её жизни любить меня. Кроме этого я ничего сказать о ней не мог.
Я увлёкся ею, внешностью, ощущением того, что вот для этой куколки я весь мир и ничего более просто не существует. Все разговоры с ней были одинаковыми и на одну и ту же тему её бесконечной любви. Оказалось, что мне просто не хватило мозгов и желания посмотреть чуть глубже, сделать гребанных пару шагов в её сторону. Для совсем юной девчонки, её чувства были важнее всего остального. А я принимал как должное, не смог оценить.
Сейчас же, когда я оказался в ситуации, почти проигранного боя, мне, как нарочно, представилась возможность увидеть настоящую Ираидалу. Начиная от обозов, строек, обустройства лагеря и заканчивая воспитанием детей. Я не знаю ни одного примера в истории своего рода, когда бы наложница принимала ребёнка своего господина от другой, как своего! Даже лари Лайна никогда бы этого не смогла. Она и так очень хорошо ко мне относилась, а если ещё и учесть, кто был моей матерью, то и вовсе к ней никакого вопроса не возникало.
Но Далли вообще никак не отделяла Марса от себя или своих детей. Точнее, она всех моих детей считала своими. И я был уверен, что и дети ей платят взаимностью. И как могло быть по-другому?
Наследники не воспитывались родителями, им никто не уделял такого внимания. Няньки, воспитатели, необходимые учителя. Родители дарили подарки и иногда навещали, чтобы не давить на детей, не навязывать им своего образа мышления и не оказывать на них влияния. Тогда дети вырастали свободными в своих взглядах, без уз привязанностей, что мешали принимать правильные решения.
И вначале Ираидала вела себя так, как и положено. Но после покушения, лари просто послала к хребту все правила, и окружила детей вниманием и заботой. И в отличие от меня, дети отказываться от предложенного им места в сердце Ираидалы не стали. Только вот я всё время вспоминал, что детей забирают от родивших их наложниц, чтобы эти самые наложницы не могли их использовать, как оружие, настраивая против отцов или детей от других наложниц.
Я очень внимательно слушал рассказы Файрида о словах и разговорах Ираидалы и поражался. Она смогла вывернуть откровенно паршивую ситуацию и, оказавшись в таком положении, не рассыпать вокруг обвинения, а подчеркнуть важность и значимость назначения оманлиром моим детям именно Геликарнак.
Эта женщина не просто нравилась и привлекала внимание своей красотой, она удивляла из раза в раз, она заставляла думать о себе. И с каждым новым открытием ценность добычи в этом походе только возрастала!
Любил ли я Ираидалу? Я не смогу ответить на этот вопрос. Выделял из всех всегда, ночи с ней дарили удовольствие, как ни с кем другим, её откровенность и сила её чувства ко мне поначалу сильно тешили самолюбие.
Чувство вины из-за последних открытий заставило внимательно к ней присмотреться, взглянуть на всё с её точки зрения, сосредоточить на ней всё своё внимание. А потом я уже не мог ничего изменить. Этот взгляд, голос, наклон головы, привычка поглаживать костяшки пальцев пальцами другой руки, когда она слушала или размышляла... Такие знакомые и в то же время нет, жесты. Как зверь, почуявший в гон свою самку, не сможет уйти с территории, так и я не смогу сейчас уже отказаться от Ираидалы и оставить её в покое, чего она сейчас похоже хочет.
Она вела себя не так, как вела бы на её месте любая другая. Она думала не так, как все вокруг. Она поступала так, как ни одна наложница никогда и не посмела бы. Она словно превратилась из пусть и красивой, пусть и с благородной кровью, но обычной рабыни, в ту, кто была рождена госпожой, привыкшей нести ответственность, и заботиться о подданных, о благосостоянии.
Превратилась или была такой!?
- "Обозы, Берс, кверхи, гавань, содержание вдовам"- перечислял я сам себе мысленно.
Рабыня? Нет. Может кровь огненных? А может то, чему её учили с младенчества, просто память скрыла вместе с событиями, из-за которых она оказалась невольницей, рабыней на продажу? Да и эта кровь, наличие которой показали амулеты торговцев... Лучше бы она спала! Если Ираидала обретёт пламя, как она мечтала раньше, то вряд ли она сейчас выберет меня. Мужчину, от которого она ничего хорошего не видела, который принёс ей столько обид, из-за которого было столько слёз. Нужен ли ей тот, кто не уберёг, не защитил, кого она сама обвиняет в том, что променял её на удовлетворение похоти? Нет. Сейчас она воспользуется шансом, чтобы уйти.
Так случилось, что я знаю тайну отца и его лари! И знаю самый большой страх отца, кажется, я его унаследовал. Только у меня ещё есть надежда, что Далли не вспыхнет.
Сейчас наблюдая, как держится Ираидала в седле, ловлю себя на мысли, что всегда, в любой момент мог представить её лицо до мелочей, вздох и точная картинка перед глазами. Попытался вспомнить остальных, и только размытый образ перед глазами. Даже об Анаис помню только общие черты, а ведь видел её совсем недавно.
Мог ли я по молодости, глупости и из-за гордыни вовремя не почувствовать, что встретил свою пару, половину? Не заметить очевидного?
А вот чего я точно не смог пропустить, так это того, насколько привычно Ираидала устраивалась спать в походных условиях. Натягивала полог, не дожидаясь, когда для неё это сделает кто-то из сопровождения. Сама разводила костёр, готовил на весь немаленький отряд, крутясь между нескольких больших походных котлов. И как быстро засыпала на земле.
И можно, конечно, пошутить, что совесть чиста, как это сделала сама Ираидала, но я-то точно знал, что какой бы там кристально чистой эта совесть не была, спать на земле, даже на походной скатке, то ещё удовольствие. Даже новобранцы бессмертных на первых полевых учениях не могут первое время выспаться. Хоть плохая, но кровать всегда удобнее, чем земля. И то, что наложница из гарема, за год умудрилась научиться, не только спокойно засыпать в таких условиях, но и считать их достаточно комфортными, потому что она высыпалась, меня пугало.
Счёт к самому себе разрастался, как пожар в бедном квартале. Что совсем не способствовало моему спокойствию. Тем более на фоне проснувшихся собственнических инстинктов. Больше всего я сейчас хотел схватить эту упрямицу, вернуть во дворец, где ей и место, запереть в собственных покоях, потому что уверен, что и расположены они как надо и условия там максимально комфортные, и рычать, как её гронх, на любого, кто посмеет меня беспокоить. И сдерживать эти порывы становилось всё сложнее.
К концу пути гронх начал заметно нервничать и торопиться, вырываться вперёд и возвращаться обратно к Ираидале.
- Беги, беги! - рассмеялась она, потрепав зверя по холке. - Тоже скучаешь? Сообщи всем, что мы уже близко.
Гронх сорвался с места с такой скоростью, что исчез из видимости за мгновения. И даже плохие дороги, а точнее полное отсутствие нормальных дорог, ему не помешало. Через несколько часов нас встретил отряд бессмертных.
- Мастер Азуф, - поприветствовала мастера бессмертных моя лари, одаривая его улыбкой.
- Вижу что всё хорошо, и визит к императору не принёс вам новых переживаний. - По лицу воина было заметно, что он рад видеть лари, и как отпускает его напряжение. - Наследники сегодня в море, но их уже известили о вашем скором прибытии.
Скорость отряда заметно увеличилась, словно близость к дому придала всем сил. Очень скоро я понял, что отряд, минуя дома, направляется прямо к берегу. Кони вылетели на набережную, залитую солнцем, Ираидала птичкой слетела со своего коня и, придерживая у бедра ножны с клинком, сорвалась бегом по длинному мосту, служившим здесь пристанью.
Навстречу ей, неслись три подростка, за несколько секунд до этого перемахнувших прямо через борт едва пришвартовавшегося корабля. Только подойдя ближе и присмотревшись, я понял, что два мальчишки крылаты, у одного уже прорезались рожки, а у второго только показались кончики будущих знаков отличия высокого происхождения. А третий подросток и вовсе оказался девчонкой.
Марсу десять, Барлику и Малис по семь, и то, что они выглядели значительно старше своих лет, говорит только об одном. Необходимость защититься или защитить самое близкое существо пробудило родовой дар Марид Нави. И судя по тому, как облепили дети Ираидалу, подставляясь под её ласку, я знаю, кого именно они хотели уберечь.
Те, кого я легко подкидывал в воздух, отправляясь в годовой поход на рубежи, сейчас были ростом едва ли не со свою мать. И выглядели в два раза старше.
Далли словно не могла поверить, что дети рядом, без конца обнимала их, по очереди прижимая к себе, целовала, что-то им шептала, улыбалась и плакала одновременно.
- Нас так никто и никогда не встречал и не ждал. - Проговорил за спиной брат.
- Меня встречали. - Не согласился с ним я. – Ираидала и встречала.
- Берс, знаешь что? - посмотрел на меня поравнявшись Файрид. - Ты не лев империи, ты осёл!
Брат уверенным шагом направился к наследникам и лари. Заметившая его приближение Ираидала, что-то сказала детям, те резко обернулись в сторону Файрида. Понятно, видимо сообщила, что он не просто мастер, а ещё и их дядя. Не желая больше догадываться, я отправился следом за Файридом. Да и реакцию детей на собственное появление тоже хотел знать.
- Нет, лари, я, конечно, сразу говорила, что требование от императора явиться, это к неприятностям и проблемам. Но сюда-то их, зачем было тащить? - выдала какая-то старуха подбоченившись.
- Это оман. - Развела руками в стороны лари.
- Да уж вижу, что ничего путёвого ты из столицы не привезла. Дай хоть обниму тебя! - к моему удивлению Ираидалу эта женщина обняла очень тепло, а та эти объятия приняла.
- Лари, лари, госпожа! - спешила к Ираидале знакомая девушка, кажется вторая из её служанок.
А вот за ней шёл мужчина, который был моим зеркальным отражением. Только без крыльев и рогов.
- Гульниза! - обняла девушку Ираидала.
- Тааак... – протянул, как я понял, ещё один мой старший брат. - И чего он здесь забыл?
- Свою женщину и своих детей, братец! - ответил я.
- Братец? - с подозрением прищурился он.
- Ну, Файрид и твоё лицо утверждают, что да. - Сложил руки на груди я.
- Файрид это я. - Поднял руку Файрид. - И да, Аргес, нам нужно с тобой поговорить, потому что я рассказал о тебе отцу.
- Рассказал? - уточнил, как-то странно улыбаясь Аргес.
- Да. - Подтвердил Файрид.
- Молодец какой! - похвалил его Аргес перед тем, резким ударом, буквально снести Файрида с моста в воду. Вот это да! Я впервые видел, чтобы кто-то так легко смог отправить нашего мастера в полёт. - Ну, и что сказал император на новость о наличии неучтенного потомка?
- Отец был в ярости. Но не из-за твоего появления, а потому что кто-то смог украсть тебя из семьи. - Ответил я, пока Файрид выбирался из воды.
- У меня для тебя письмо от твоего отца. Думаю это лучше чьих-то слов. Но император очень хочет с тобой познакомиться. - Добавила Ираидала.
- Всё это конечно очень интересно, я семейные разборки страсть как люблю, особенно чужие. Но у нас госпожа почти три недели дома не была и всё время в дороге. Не пора ли ей немного отдохнуть? - влезла всё та же старуха. - И это, сокровище нации, куда-нибудь разместить надо.
- И судя по вашему голосу, лично вы с огромным удовольствием разместили бы меня в Карнакском дворце. - Ответил я с намёком на морское дно, интересно это случайно не родственница матушки Вали́.
- Дворец ему! Ты посмотри на него! А гарем тебе не организовать? - на меня посмотрели очень знакомым взглядом, нет, тут точно без родственных связей не обошлось. - А то смотри, выбирать устанешь, у нас места на рыбу богатые!
- Спасибо, я уже выбрал. Я так сказать при своём. - Не будь у меня опыта общения с матушкой, я возможно сейчас бы взбесился.
Но во-первых, после совместного плавания с Валисандрой, меня сложно удивить женской язвительностью. А во-вторых, судя по встрече, эта женщина близка к Ираидале. Мне она вообще напомнила этакую нянюшку. А ссориться с теми, кто входит в круг общения моей лари, мне просто нельзя. Они должны стать моими союзниками, принять меня, я должен для них стать своим.
- Ну-ну... - усмехнулась моя собеседница, а я подошёл к детям, которые за время разговора так переместились, что встречали меня грудью и плечом к плечу Марс и Барлик, а Малис стояла рядом с матерью, обнимая её по-прежнему, но так, чтобы чуть загораживать мать.
Я уже молчу о трёх незнакомых гронхах, смотрящих на меня очень красноречивым взглядом.
- Оман. - Чуть склонили головы в приветственном поклоне дети.
Оман, не отец, еле удержался, чтобы не прикрыть глаза. Ожидаемая проблема, но от этого понимания ни разу не проще. А ведь это ещё Далли их не настраивала против меня.
- Дети. - Ответил им таким же поклоном. - Восхищён вашим талантом и смелостью. Ваш дед неимоверно гордится вами, а ответ Карлу неизменно веселит лари Лайну. Барлик, меня просили передать, что рык моего львёнка докатился до северных гор. Сам северный князь Ярый оценил Карнакскую битву.
Краем глаза я заметил, как вскинула голову Ираидала, что-то мелькнуло в её глазах, но быстро потухло. Точно, она же так переживает за детей, а эта битва была у неё на глазах. Не стоит углубляться в эту тему, чтобы не волновать.
- Благодарю, нам приятно, что прославленные воины, слава о которых докатилась и до наших земель, оценили битву за Карнак и наше в ней участие. - Ответил Марс, значит, вот кто в этом маленьком государстве дипломат.
- Простите нас отец, мы рады, что вы решили посетить нас. - Продолжил Барлик. - В Карнаке не сложно достойно разместить гостей. Без лишней роскоши, но в тепле и уюте. Я попрошу проводить вас в гостевые дома, выберете любой из тех, что вам понравятся. Но мама действительно отправилась в столицу почти сразу после нападения на Карнак, ещё и морем, которое плохо переносит, и сразу обратная дорога. Уверен, вы поймёте, что ей нужен отдых и домашний покой.
Мой младшенький очень уверенно провёл черту. У них есть дом, место их семьи, в которую меня не включают. И сейчас Барлик встал на защиту границ этого дома и интересов своей матери. Воин.
Зря, очень зря Карл Димарий раньше времени разбудил этого львёнка. Похоже, что в битве за Карнак начал коваться клинок, который раз и навсегда положит конец нападкам Димарии на наши границы.
А вот Малис мягко и как-то мечтательно улыбалась, но при этом взгляд у неё был совсем не мечтательный, и не детский. Так смотрят, когда ищут слабые места в твоей защите.
- Отец, вас беспокоит рана? Может прислать к вам лекарей? А то вы даже поворачиваетесь так, чтобы не беспокоить бок. - Всё с той же улыбкой, подтвердила она мои выводы.
А к моей крепости оказывается не так-то легко подобраться.
- Пошли брат, у меня здесь огромный дом, в котором я живу один. Все веселее будет. - Положил мне мокрую руку на плечо Файрид. - Аргес, может, поговорим? После того как прочтёшь письмо отца?
Файрид потянул меня за собой в противоположную сторону от той, куда направилась Ираидала с детьми. Заодно, по пути он мне многое рассказывал о том, что успело здесь измениться за то время, что этими землями управляют дети.
- Вот видишь такие строения, напоминающие пряники? - показал он мне на дома непонятно из чего построенные. - Это Ираидала придумала. Глина и деревянные бруски. А получается быстро, красиво и тепло, а для большей надёжности залили всё местной смолой из земляных разломов.
- Ираидала? - удивился я. - Откуда она могла такое увидеть?
- А кто знает? Может что-то такое всплыло в памяти. Как умение ездить верхом или владение клинком. - Огорошил меня брат.
- Каким образом выяснилось, что Ираидала владеет клинком? - решив, что во время нападения она вынуждена была встать на стены с бойцами, я потерял контроль над собой и схватил брата за ворот.
- Тихо! - осадил меня брат. - Твоя лари занимается вместе с детьми. И их наставник, мастер Азуф, уверен, что Ираидала обучалась владению клинком, причём обеими руками. Она действительно иногда на памяти тела делает такое, что по-другому, это не объяснить. Случайно такие приёмы не получаются.
- Что ещё говорит мастер? Ещё какие-то воспоминания о прошлом у Ираидалы были? - заинтересовался я.
- Нет. Да ей и некогда вспоминать было. Я, почему обратил твоё внимание на эти дома, все они построены после того, как сюда приехали лари и твои наследники. Верфи, мастерские, крепостные стены и стрелковые галереи, обе оборонительные башни, набережная. Это всё появилось здесь за год. И вот такие дома, если видишь, то знай. Их построили уже когда Геликарнак стал оманлиром. - Объясняет брат.
А я начинаю оглядываться. И понимаю, что если убрать всё то, что перечислил брат, здесь останется...
- Тут что был сплошной пустырь? - уточняю я.
- Почему? Ещё развалины были. И старые дома. Понадёжней, чем в шатающихся кварталах, но лет через десять-двадцать и они начали бы рушиться на головы своих хозяев. - Не скрывал Файрид. - И чтобы всё было как сейчас, лари и наследники работали наравне с простыми жителями. Так что думай, прежде чем что-то сказать, если посчитаешь эти дома слишком простыми и скромными. Проходи, у меня здесь две свободные комнаты, выбирай любую.
- А Ираидала где живёт? - задал я главный вопрос.