Пробуждение дракона. Роб и Сандра

Глава 3

Глава 3. Сандра

"- Кагард и Шардан, в круг.

Занятия в академии начались два месяца назад, за которые Роб так ни с кем и не подружился на факульете. Он знал имена своих однокурсников, знал, к каким семьям и родам они принадлежат, с кем-то пересекался еще до поступления в академию. Но разница в несколько лет была довольно ощутимой для начала дружбы. К тому же, его поступление вызвало ряд кривотолков. И так как он и сам не стремился к общению с другими, то между ним и другими студентами оставалась стена.

- Шардан, в круг, - повторил преподаватель по фехтованию, когда один из студентов остался стоять на месте.

- Поставьте мне в соперники достойного противника, а не какого-то мальчишку!

- За пререкание с преподавателем и за невыполнение приказа после занятий подойдете ко мне, чтобы узнать о своем наказании, - не повысил голос мэтр Вулсан. - А теперь в круг и покажите нам свое непревзойденное мастерство Шардан, если вы в нем так уверены.

Во второй раз не выполнить приказ студент не осмелился и вышел в круг, беря на ходу шпагу.

Роб невозмутимо оставался в круге, дожидаясь своего противника. И он даже позволил тому сделать первый выпад, после чего нанес череду своих ударов, третий из которых противник не сумел парировать.

Мэтр Вулсан позволил себе легкую улыбку.

- Первый удар за Кагардом. Продолжайте господа.

Роб мог бы не демонстрировать всех своих сил, но за любые слова надо было платить. И платиновый прилизанный блондин платил и за "мальчишку" и за отказ выйти против него в круг.

В империи среди высших и древних родов уважали только силу. И Роб каждым ударом завоевывал уважение среди других студентов.

- Шардан, вы так и не нанесете ни одного удара? - насмешливо и хлестко бросил мэтр Вулсан.

После этих слов блондин, теряя выдержку, бросился наносить серию ударов. Но Роб парировал их все, не забывая наносить свои.

- Достаточно! Кагард — молодец. А вам Шардан не помешает уделить внимание и технике и самообладанию. Вступая в круг надо сохранять разум чистым, а не подаваться эмоциям.

Роб отошел у сторону, ловля злобные взгляды Шардана, не осмелившегося однако высказать вслух свои претензии к нему.

- Элард Далирад.

К Робу подошел высокий русоволосый парень с одним зеленым глазом, а вторым серым, которые немного светились даже при свете дня. И это свечение лучше любых слов говорило всем, кто перед ними. Видящий души. Тот, кто мог, используя свой дар, чувствовать правду и ложь. Читать чужие души, видеть тьму и свет в них.

Видящие очень редко приобретали друзей вне семьи. Ведь у многих были свои тайны и секреты, которые никто не стремился открыть другим. А что-то скрыть от видящего было довольно сложно, а скорее невозможно.

- Роберт Кагард.

- Я наблюдал за тобой эти пару месяцев, - признался Элард.

Роб все же немного удивленно взглянул на студента. Они нигде ни разу не пересекались. И с чего тот подошел к нему было непонятно. Но оставаться в неведении Роб не любил, поэтому прямо спросил.

- И чем я вызвал подобный интерес?

- Шутишь? - улыбнулся Элард. - Я хоть на втором курсе, но так и не сумел уговорить магистра Фарида дать мне личные уроки. Он отвечает мне всегда одно "рано".

- Думаешь, знакомство со мной поможет тебе получить уроки с Фаридом? - вновь прямо спросил Роб.

Новый знакомый в ответ только рассмеялся.

- Нет, конечно. Просто стало интересно на сколько ты силен.

- И как? - хмуро спросил Роб. - Ты сделал выводы?

- Ну, этого блондинистого выскочку ты заставил побегать... Не думал о том, чтобы попросить ректора перевести тебя на второй курс? Своих однокурсников ты точно опережаешь, судя по слухам, во всех дисциплинах.

- Сомневаюсь, что он даст добро.

- Спроси, может, его ответ и удивит тебя, - и без остановки в речи Элард продолжил. - Мы с парнями собираемся на выходные отправиться в Тальен. Присоединишься к нам?

Роб не торопился с ответом, но потом все-таки кивнул:

- Договорились".

Я открыла глаза. Странный сон. Раньше у меня были яркие сны. Я даже утверждала, что мне снились настоящие люди из других эпох, и даже из других миров. Но мама советовала забыть мне подобные глупости и ни с кем ими не делиться.

А теперь я или ела, или смотрела в потолок, или спала и мне снились сны.

Быть младенцем было скучно. И помимо разглядывания потолка, я слушала сплетни кормилицы и других слуг.

Своих родителей я видела только один раз в день, когда меня приносила одна из служанок показать им.

Но после той проверки, когда камень так и остался тусклым булыжникам, их интерес ко мне угас. И меня передали на воспитание слуг. И они, стоит признать, были добры ко мне, шепчась между собой, чтобы я не пошла характером в свою мать. А та, судя по тому же шепоту, была одержима только своим супругом.

И сразу же после моего рождения, целитель каждый день приходил в наш дом, чтобы помочь моей матери оправиться после родов. Но ее здоровье было подорвано. И свою злость за невозможность немедленно забеременеть и родить сына мужу она срывала на слугах.