Пробуждение крови

Глава XII

– Я вспомнил этот запах, – сказал Герион. Он стоял лицом к узкому прижатому к потолку окошку, перекрытому решеткой, из которого едва проникал дневной свет. – У нас росли такие в долине. Ирилад?

– Верно! – подтвердила Айра.

Он обернулся. Короткая щетинистая борода ему совершенно не шла.

– У меня было достаточно времени подумать.

– Ты все время думал о цветах? – подколола его Айра.

– Нет, я все время думал о тебе!

Она немного смутилась и опустила глаза.

– Я боялся, что больше не увижу тебя, – признался Герион, но ближе не подошел и обнимать ее не стал, вымыться там было негде.

– Не надо бояться! – она протянула ему приказ. – Я ходила к Совету, и они приняли великодушное решение отпустить тебя. Так что собирайся на волю, узник!

– Но как тебе удалось?! – Герион прочел текст и не поверил увиденному.

– Я попросила больше, чем они могли и хотели бы дать, поэтому на меньшее они согласились, – призналась Айра.

Черная одежда выдавала его издалека.

– Почему он не в камере? – послышался возмущенный возглас.

– Его освободили, – не останавливаясь, ответила Айра.

– На каком основании? – не унималась магичка.

Айра сунула ей в нос приказ Совета.

Другая магичка средних лет от всего сердца плюнула Гериону в лицо. Не оборачиваясь, он отерся рукавом. Обернулась Айра.

– Не смей! – предупредила она.

– Почему ты защищаешь это отродье, которому место в могиле?

– Не тебе решать, где чье место!

– А кому? Тебе? – она скривилась. – Ты ведь была в Огмерте! Интересно, что ты там делала? А может вы делали вместе? – она потерла один указательный палец о другой так, чтобы другие собравшиеся видели. – Интересно, как тебе удалось сбежать из места, откуда сбежать невозможно?

Айра сделала шаг вперед, прижавшись к ней вплотную.

– Желаешь знать, что я делала в Огмерте? – она схватила ее за руку. – Смотри!

Женщина с вызывом ухмылялась. Но ухмылка мгновенно слетела с лица. С блуждающим взглядом она начала озираться по сторонам.

– Перестаньте, не надо! – заорала она. – Отпустите меня! Хватит!

– Айра, прекрати! – вмешался Герион. – Отпусти ее!

– А еще мне показали, как заживо сжигают моих родителей. Я стояла и ничего не могла сделать. Запах горелой плоти до сих пор преследует меня! Хочешь и это увидеть?

Герион схватил Айру за плечи и с силой оттащил он женщины.

– Слышишь, не надо! Оставь ее!

Слезы у магички потекли в два ручья.

– Прости меня! – еще сильнее заревела та. – Я не знала…

– Следующий, кто захочет в него плюнуть, – предупредила Айра, – пусть сначала плюнет в меня!

Присутствующие потупились и начали расходиться.

Айра провела Гериона в жилую часть замка. Она подошла к одной из дверей и открыла ее.

– Проходи! Теперь это твоя комната. Замок будет открываться при касании. Остальные открыть не смогут.

В небольшом помещении с зашторенным окном царил полумрак. Комната была прибрана, однако выглядела так, будто в ней давно никто не жил. На полке, словно случайно оставленная, стояла пара книг по белой магии, на кровати стопкой лежала чистая одежда.

Герион взял кувшин с водой, умылся, уделяя особое внимание одной стороне лица.

– Твой взгляд обжигает! – усмехнулся он, вытираясь полотенцем. Оно пахло мылом и свежестью.

– Зато твоему спокойствию можно позавидовать!

– А что еще остается делать?!

– И ты готов все стерпеть?

– Нет, конечно… Я просто не хочу, чтобы ты ссорилась со своими!

– Иногда сложно понять, где свои, где чужие! Герион, добро пожаловать в Огмерт номер два мягкого режима. Или ты думал, у нас тут все от доброты светятся?

Он подошел сзади, положил руку ей на плечо.

– Герион! – сказала она не совсем ласково.

– Что? – он не понял ее неовольства.

Айра засмеялась.

– Тебе бы в баню сходить…

– Прости, я забыл!

– Пойдем, я провожу тебя, – все еще смеясь, сказала Айра.

Пар неравномерно поднимался вверх, становясь все гуще и плотнее. Потолок уже практически скрылся в молочной белизне, выложенная на стенах мозайка, однако, кое-где еще просвечивала цветными пятнами. Горячая вода оживляла. Герион полчаса сидел в воде и никак не мог заставить себя вылезти. Три недели постоянных допросов не прошли бесследно, но теперь он чувствовал, как к нему, наконец, возвращаются силы. Он нащупал рукой зеркало и посмотрел на себя.