Пробужденная

Глава 12. Под чужими личинами (Продолжение)

Ужин у Берты был простым, но душевным – густая похлебка, свежий хлеб, травяной чай. Запах сушеных трав и дыма из очага создавал островок уюта перед бурей. Мы рассказали старухе о плане. Ее морщинистое лицо стало серьезным, зеленые глаза изучали нас с беспокойством.

— Лумидор... логово гадюк, — проворчала она, помешивая чай. — Ох, детки, опасная игра. — Но протестовать не стала. Вместо этого она заковыляла к дальнему сундуку и достала два маленьких мешочка из грубой ткани, перевязанных кожаным шнурком. — Вот. Берите. Не артефакты могущественные, но помощь окажут. — Она сунула по мешочку нам в руки. Внутри что-то мелкое и твердое звенело. — Камушки молчания. Растолките один в пыль, подсыпьте в питье слишком любопытному – язык на час прикует. А если совсем припрет, бросьте на пол – ослепительная вспышка на миг, даст фору. Только берегите. Штучные.

Я сжала теплый мешочек, чувствуя его шершавую ткань. Этот простой подарок значил больше, чем золото. Это была забота, защита от мудрой женщины, ставшей почти родной. Тревога, сжимавшая горло с момента выхода из Города Теней, немного ослабла.

Рейнар видел мое напряжение. Пока Берта возилась у очага, он строил смешные рожицы, рассказывал нелепые истории про то, как однажды перепутал в лесу звездопыл с перцем чили и чихал огненными искрами целый день. Его глупые шутки, его теплый смех, его рука, время от времени касавшаяся моей под столом – все это было моим якорем. Он старался изо всех сил, и это помогало.

Вечер прошел в тихих разговорах и воспоминаниях Берты о прошлом Города Теней. Потом мы отправились по маленьким, знакомым комнаткам Берты спать. Я долго ворочалась, слушая скрип половиц и далекий вой ветра в горах, но мысль, что Рейнар рядом, за тонкой стенкой, успокаивала.

***

Утро было ясным и холодным. Рейнар ушел на рассвете, закутавшись в плащ, его лицо под капюшоном было сосредоточенным. «Ищи жилье в районе Старого Порта, не слишком богатое, но и не трущобы», – прошептала я ему на прощание. Он кивнул.

Я осталась с Бертой. Мы молча пили чай, потом занялись ее бесконечным хозяйством: развешивали новые пучки трав, перебирали коренья, чистили склянки. Работали молча, но это молчание было комфортным. Берта иногда бросала на меня теплый взгляд, ее морщинки складывались в подобие улыбки.

— Хороший он парень, твой дракон, — сказала она вдруг, вытирая пыль с банки. — Серьезный, конечно, грозный видом... но сердце верное. Вижу, как на тебя смотрит. Как на чудо ненаглядное. — Она прищурилась. — Рада я за вас, птенчики. Только осторожней там, в пасти у зверя.

Ближе к обеду вернулся Рейнар. На его лице читалось усталое удовлетворение.

— Нашел, — сказал он просто. — Дом. В переулке у Старого Порта. Скромный, но чистый. Хозяин – старый боцман, сдает верхний этаж. Можем заезжать сразу.

Мы попрощались с Бертой. Она обняла нас крепко, сунула в руки еще по теплой лепешке «на дорожку» и долго смотрела вслед, пока мы не скрылись за поворотом.

Дом действительно был скромным. Двухэтажный, из потемневшего от времени дерева и камня, он стоял в ряду таких же неказистых, но ухоженных домиков. Узкая улочка, запах морской соли и рыбы, крики чаек. Верхний этаж состоял из небольшой общей комнаты с камином, крошечной кухоньки и двух спален. Скромно, чисто, с видом на черепичные крыши и мачты в далекой гавани.

— Вот и наше гнездышко, Элира, — сказал Рейнар, ставя сумки. В его голосе звучала легкая ирония, но и что-то теплое.

Мы осмотрелись. Выбрали одну спальню побольше – «нашу» – и оставили маленькую «для гостей», чтобы поддерживать легенду о молодой паре, готовой принимать друзей-единомышленников. Я разложила платья в грубом шкафу, поставила на тумбочку янтарного жука. Рейнар тем временем проверил замки на окнах и дверях, его движения были быстрыми и профессиональными.

Вечер приближался. Пора было делать первый шаг в паутину Лумидора.

— Таверна «Последний вздох», — напомнил Рейнар, доставая из котомки Маску Теней. Он взглянул на меня. — Тебе нужно перевоплотиться, Элира. Не только в платье. В образ.

Я кивнула. Достала одно из платьей, подаренных Лираэль – темно-синее, без лишних украшений, из плотной добротной ткани. Скромное, но не бедное. Подходящее для жены ремесленника или мелкого торговца. Заплела волосы в тугую, неброскую косу. Минимум украшений – только простой медный браслет. Лицо – серьезное, с тенью недавней потери. Элира Торн, ненавидящая драконов.

Когда я вышла в общую комнату, Рейнар уже стоял у камина. На его лице была Маска Теней. Это было непостижимо. Металл словно растаял, слился с кожей, изменив черты. Передо мной стоял не Рейнар. Стоял Лиан Торн. Молодой человек с более грубыми, угловатыми чертами лица, с карими (а не золотистыми!) глазами, с короткой темно-русой бородкой и шрамом через бровь, которого раньше не было. Он был чуть ниже, казался плотнее. Исчезла царственная осанка дракона, появилась походка человека, знающего тяжелый труд. Только в глубине этих чужих карих глаз мерцал знакомый огонек – острый, наблюдательный.

— Ну что, жена, — сказал он голосом, чуть более хриплым, чем обычно. — Готова к вечеру в городе?

Я сделала шаг вперед, стараясь скрыть потрясение от перевоплощения.

— Готова, муж. Пойдем искать тех, кто разделит нашу ненависть к ящерам.

Он подал мне руку. Рука была все так же сильной и теплой, но теперь в грубых рабочих перчатках. Я взяла ее.

Мы вышли в наступающие сумерки Лумидора и направились туда, где кипела самая грязная и опасная жизнь города – к таверне «Последний вздох». Первый шаг в тень был сделан. Игра началась по-настоящему. Сердце бешено колотилось, но рука Лиана-Рейнара в моей была твердой опорой. Мы шли навстречу врагам, неся в себе тайну, опасность и маленький мешочек с камушками молчания от старой травницы.