Пробужденная

Глава 23. Дорога к Сердцу Мира

Весть от Лиразль пришла, как первый луч солнца после долгой ночи. Письмо, доставленное стремительным драконьим гонцом, лежало у нас на кухонном столе, пока мы завтракали. Рейнар вскрыл конверт с королевской печатью их дома, его глаза пробежали по строкам, и в них вспыхнул знакомый огонек решимости, смешанный с осторожной надеждой.

— Нашли, — произнес он просто, но это слово прозвучало громче любого крика. Он протянул мне лист. — В архивах Клана Каменных Вершин. Упоминание о «Голубой Слезе Мироздания» – кристалле, упавшем с неба в эпоху Первых Драконов. Его свойства... совпадают. Он был помещен в Святилище Вечного Ветра, на самой вершине Пика Разлученных Душ. Западные Горы. Где-то там.

Сердце екнуло и забилось учащенно. Пик Разлученных Душ Само название звучало как вызов. Но это был шанс! Конкретное место! Я схватила письмо, жадно вчитываясь в детали: старые карты (неточные), описания опасного пути (туманы, ледяные ветра, духи стихий?), упоминание о хранителях (давно покинувших пост?). Точных данных, что кристалл там до сих пор, не было. Века, войны, стихии... Он мог быть утрачен, украден, разрушен.

Но это не имело значения. Нужно было ехать. Проверить.

Предвкушение, сладкое и тревожное, заполнило меня до краев. Скоро... скоро бабушка могла быть здесь, в уютном домике через улицу, пахнущем свежей выпечкой и полевыми травами. Я представляла ее лицо, освещенное незнакомым солнцем Ашверии, ее удивление нашему дому, ее встречу с Рейнаром... Это давало сил больше любой магии. Оно превращало предстоящие трудности в необходимые ступеньки.

Наш спокойный уклад рухнул в одно мгновение, сменившись лихорадкой сборов. Дом наполнился энергией целеустремленности.Рейнар погрузился в финальные дела Совета. Встречи следовали одна за другой – он передавал текущие вопросы доверенным лицам, согласовывал отсрочки, давал четкие инструкции. Его кабинет дома превратился в штаб: карты Западных Гор покрывались пометками, списки снаряжения росли. Он договаривался о выносливых горных иппогрифах (телепортация туда была невозможна – слишком далеко, слишком сильные магические помехи от самих гор), связывался с проводниками из кланов, знающих подходы к Пику.Я рвалась между Академией и домом. Срочно сдавала экзамены – Историю Магических Законов (блестяще, подпитанная адреналином), Теорию Межмировых Потоков (с трудом, мысли путались). Договаривалась с мастерами о переносе сроков сдачи работ. И... брала задания с собой. Стопки конспектов, свитки с теорией, практические задания от Аргиллона по контролю эмоциональных выбросов («Горная медитация – отличная практика, дитя») аккуратно укладывались в непромокаемый кофр. Путешествие предстояло долгим, и я понимала – оно того стоит, но учебу бросать нельзя. Я была студенткой, а не только искательницей артефактов. Наше Обучение «Дорога – лучший учитель», – заявил Рейнар, просматривая список моих академических заданий. Его глаза блеснули. – «Особенно горная. Буду заниматься с тобой сам. Концентрация в условиях ветра и холода, чувствование потоков земли и воздуха, управление внутренним пламенем для тепла... Это будет интенсивно». Я кивнула, предвкушая и немного побаиваясь этих уроков под открытым небом.

Мы навестили Берту. Ее хижина встретила нас запахом сушеных трав и мудростью веков. Старушка внимательно выслушала, хмурилась, глядя на копии старых карт.

— Пик Разлученных... — пробормотала она, ее зеленые глаза стали бездонными. — Суровое место. Духи там... старые, обидчивые. Уважение, детки. Только уважение и чистые помыслы. И вот... — она заковыляла к сундуку, достала два маленьких мешочка. — Корень тишины – жуйте, когда ветер воет слишком громко, голова кружится. И угольки вечного огня – разожжете костер даже в мокром аду. Берегите себя. И кристалл этот... он чувствует сердце. Не торопите его.

Ее наставления, как всегда, были бесценны. Мы унесли их с собой, как обереги.

Семейный Вечер у родителей Рейнара был пронизан теплом и невысказанной тревогой. Арригон, несмотря на свою обычную сдержанность, расспрашивал о маршруте, давал советы по общению с горными кланами (не все были лояльны Городу Теней). Лиразль, хрупкая и сияющая, наполнила стол нашими любимыми блюдами. Ее пальцы дрожали, когда она вручила мне маленький кулон – каплю обсидиана в серебряной оправе.

— От сглаза, дитя, — прошептала она. — И... чтобы ты помнила, здесь тебя ждут. Мы говорили мало о кристалле, больше – о мелочах, о новостях Круга, о моей учебе. Было важно просто побыть вместе. Ночь мы провели в знакомых, роскошных покоях. Я долго не могла уснуть, глядя на чужеродные звезды за окном, чувствуя надежное дыхание Рейнара рядом. Это был островок абсолютного спокойствия перед бурей пути.

Следующее утро было ясным и холодным. Во дворе особняка Драксарров нас ждали иппогрифы – величественные, нервно перебирающие копытами, с умными глазами. Проводник, угрюмый дракон в человеческом облике по имени Торвин из соседнего клана, уже проверял вьюки. Родители Рейнара стояли на ступенях. Арригон пожал сыну руку, его взгляд говорил больше слов. Лиразль обняла нас обоих крепко, быстро смахнула предательскую слезинку.

— Возвращайтесь, — сказала она просто. Но в этом слове была целая вселенная надежды и страха.

Мы сели в седла. Иппогриф Рейнара, огромный гнедой красавец, нетерпеливо бил копытом. Мой, помельче, серебристо-серый, фыркнул, чувствуя мое волнение. Я оглянулась на Город Теней, на наш дом вдалеке, на фигуры родителей. Потом посмотла вперед – на бескрайние, манящие и пугающие синие громады Западных Гор.

Рейнар встретил мой взгляд. В его золотых глазах горела та же решимость, что и в моем сердце. Он кивнул.

— Вперед!

Щелкнули поводья. Мощные крылья иппогрифов распахнулись, поднимая вихрь пыли. Мы оторвались от земли, набирая высоту. Холодный ветер ударил в лицо, заставляя вдохнуть полной грудью. Внизу оставался дом, покой, учеба. Впереди лежали горы, опасности, неизвестность... и кристалл. Ключ к бабушке. Ключ к последнему кусочку моего сердца.