Проданная чудовищу

Глава 3

Когда я была совсем маленькая, то не могла заснуть без звука маминого голоса. И поэтому мама каждый вечер рассказывала мне сказки.

Некоторые я просила повторять снова и снова, пока не заучивала их наизусть. О других сразу же забывала.

Среди вторых, забытых, была и история о последнем чудовище этого мира. И именно тот момент вдруг вспомнился мне, пока мое бесчувственное тело с огромной скоростью нес куда-то крылатый монстр.

– Раньше, давным-давно, мир был опасным. Кроме людей и волшебных существ, не причинявших никому вреда, его населяли еще и чудовища, злые и жестокие. Люди были гораздо слабее их, поэтому жили в постоянном страхе, – говорила тогда мама, поглаживая меня по голове.

– Но потом герои их всех победили? – переспросила я сонно.

Истории о смелых и сильных героях нравились мне больше всего. Наверно потому, что в них говорилось, что добро всегда побеждает зло. И что в мире куда больше героев, чем монстров.

– Кого-то победили герои, – кивнула мама. – Кого-то сожрали другие чудовища. Но со временем все монстры исчезли, кроме одного. Последнего чудовища этого мира.

– И что это было за чудовище? – в голосе моем слышался страх.

Впрочем, его было совсем немного. Мама сидела рядом, в доме было тепло и вкусно пахло свежим хлебом, так что я знала – ничего плохого со мной не случится.

Моя детская душа тогда еще наивно верила, будто родители – самые сильные и храбрые люди на свете, способные защитить меня от чего угодно.

– Огромное, непобедимое и бессмертное, – прошептала мама. – У него были крылья, так что он мог летать по небу. Крепкая чешуя спасала его от любых копий и стрел. А острые когти и зубы могли разорвать на кусочки целого быка всего за пару секунд. Но самое страшное, он мог изрыгать из своей глотки пламя. Такое горячее, что сжигало дотла даже камни.

– Ух ты… – выдохнула я. – Даже камни…

– Да. Чудовище обосновалось в одной из пещер, в Черных скалах, и жители всех окрестных мест боялись его, – продолжила мама. – Они прозвали его драконом…

– А Черные скалы далеко? – я немного встревожилась.

– Далеко-далеко на юге. Так далеко, что чтобы добраться туда, нужно преодолеть много рек, озер и гор.

– Это хорошо, – успокоившись, я повернулась, устроившись поудобнее в теплых руках матери.

– Хорошо, – согласилась она. – Чудовище никогда не летало так далеко, но те, кто жил с ним рядом, страдали от него. И чтобы дракон не трогал их, они заключили с ним сделку. Раз в сотню лет отдавали они ему на съедение трех самых красивых девушек, и этого хватало чудовищу. Однако время шло, и постепенно места близ той пещеры пустели. Людям было жалко отдавать своих сестер и дочерей в лапы монстру, пускай и раз в сто лет. И вот настал момент, когда дракон прилетел за своей платой, но никого не нашел.

– И что было дальше? – уже сквозь сон пробормотала я.

Мамин голос убаюкивал, а глаза мои давно слиплись.

– Дракон разозлился и сжег все деревни, что были рядом. Но это никому не навредило, потому что дома давно стояли пустыми. Дракон долго летал над землей, но так никого и не смог найти. В итоге последнее чудовище этого мира умерло от голода, и вот уже много-много лет никто его не видел.

– Так ему и надо, – я зевнула в последний раз и уснула окончательно.

Уже утром история забылась, и до этого момента я не вспоминала о ней.

***

Мне кажется, что была без сознания довольно долго. Но когда снова открываю глаза, вокруг царят те же серые сумерки.

Хотя, нет, это тучи. И чудовище несется сквозь них, разрывая своими крыльями. Внизу, в просветах, мелькает земля. Но она так далеко, что становится страшно, и стараюсь туда не смотреть. Если с такой высоты упасть, то умрешь мгновенно и костей потом не соберут.

Кожу щиплет ледяной ветер. Здесь гораздо холоднее, чем внизу, и только от лап дракона исходит тепло.

Похоже, лучше было и вовсе не приходить в сознание.

Мы летим долго. А может, это просто в лапах чудовища каждая секунда кажется вечностью.

Спустя какое-то время я окончательно замерзаю. Пальцы мои ледяные, щеки обветрились, а ног я и вовсе не чувствую. Стучу зубами, подумав, что умереть от холода наверно не так больно, как сгореть заживо.

Страха нет – он ушел, вытесненный осознанием собственной беспомощности. Я не могу вырваться из лап дракона. А если и вырвусь, то ничем хорошим это все равно не закончится. Так чего бояться, если конец известен заранее.

Наконец, хлопая крыльями, чудовище начинает снижаться.

Облака расступаются окончательно, и я мельком вижу внизу синее и коричневое. Но тут же отворачиваюсь, вперив взгляд в драконью чешую, потому что от высоты к горлу подкатывает тошнота.

Считаю взмахи, чтобы немного отвлечься, потому что уже ясно – когда мы спустимся на землю, мне не жить.

Раз, два, три, четыре… сбиваюсь. Опять считаю.

Когда я снова решаюсь посмотреть вниз, земля уже совсем близко. Рыжие камни, коричневая пыль и песок. Место кажется до боли знакомым.