Проданная дракону. Я (не) трофей генерала

Глава 15

Карета тряслась на городской брусчатке, а я сидела, прижавшись к окну, и старалась не смотреть на Тариона.

Ехать было недолго, но всю дорогу я молчала.

Генерал тоже сохранял тишину. Его лицо было непроницаемо, как каменная глыба.

Я никак не могла понять этих разительных перемен.

В бреду он казался таким... другим. Добрым, заботливым, искренним. Я клянусь, это его голос я слышала! Точно! Мне не показалось.

А сейчас? Что с ним?! Куда всё делось? Сейчас он был ледяным, отстранённым, будто злился на меня за то, что я выжила.

И при этом злился, что я отравилась. В этом, в общем-то, мы сходились во мнении. Я на себя тоже злилась.

Карета подпрыгивала на неровностях дороги, каждый толчок отдавался ноющей болью в ещё слабом теле.

Я прижалась лбом к холодному стеклу, стараясь не смотреть в сторону Тариона.

Его молчаливая фигура в углу кареты казалась высеченной из мрамора – холодной, неподвижной, безжизненной.

«Как же так?..», – эта мысль билась в висках, как пойманная птица. Ведь это он... Это точно был он...

Я закрыла глаза, и перед ними снова вставали обрывки воспоминаний – тёплая рука, поддерживающая мою голову, тихий голос, шепчущий в темноте, нежные пальцы, вытирающие испарину со лба... И тепло его тела.

«Живи, Кассандра. Ты должна выжить», – так он мне говорил.

Горькая обида подкатила к горлу, слёзы тоже начали наворачиваться на глазах. Ничего не понимаю.

Для чего я должна выжить? Для чего ему я? Забрать мой дар? Для этого его «ритуала»?!

Он поэтому так злится на меня, что я чуть не погибла? Потому что дар не успел забрать?

Это же так по-скотски! Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

Почему теперь он такой грубый? Или почему тогда он нежен?! Будто это два разных человек, ну честное слово. Или... или это я всё выдумала?

Нет, не выдумала. Не могла выдумать. Это было слишком реально...

Я украдкой взглянула на Тариона.

Вечерний свет от городского освещения, падающий сквозь шторку, скользил по его резкому профилю, подчёркивая жёсткую линию скул, плотно сжатые губы.

Его синие глаза сейчас казались пустыми – будто смотрел не живой человек, а статуя.

Он злится. На меня. За то, что попала в эту дурацкую ситуацию. За то, что оказалась такой доверчивой дурой...

Я снова отвернулась к окну, чувствуя, как по щекам поползли предательски горячие капли.

Чёрт возьми, да я и сама на себя злюсь! Как можно было так подставиться?!

В животе скрутило от стыда. Я представила, как глупо выглядела со стороны – поверила первой же девчонке с печальными глазами, выпила предложенный чай...

Идиотка. Настоящая идиотка. Теперь он наверняка считает меня беспомощной дурой, которую нужно нянчить…

Карета резко затормозила, и я невольно качнулась вперёд. Тарион молниеносно вытянул руку, предотвращая моё падение, но тут же, убедившись, что я в порядке, отдёрнул её, будто обжёгся.

– Осторожнее, – пробормотал он, глядя куда-то мимо меня.

Я стиснула зубы.

Вот и всё? Ни слова больше? Ни «как ты себя чувствуешь?», ни «тебе нехорошо?»... Вот же кусок льда.

– Почему? – не выдержала я тишины.

Он даже не повернул головы.

– Почему что?

– Почему всё! – я сжала подол платья в кулаках так сильно, что костяшки побелели. – Почему ты так зол на меня? В чём моя вина, если это твои люди убийцу пропустили? Зачем я тебе? Если тебе нужен был мой дар...

– Ты задаёшь слишком много вопросов для человека, который за эти три дня с десяток раз переступал за грань мира живых, – резко оборвал меня Тарион.

– Почему ты так со мной?! – дрожа от накопившихся эмоций, прошипела я. Голос прозвучал громче, чем я планировала, но плевать.

Тарион медленно перевёл на меня взгляд. В его глазах не было ни тени того тепла, что я помнила.

– Я не понимаю, о чём ты.

– Врёшь! – мои пальцы вцепились в скамью. – Ты... ты был другим! Я помню. Я запомнила! Ты был добр, когда я бредила... ты...

Я запнулась, увидев, как его лицо стало ещё холоднее, хотя, казалось бы, уже некуда.

– Ты была при смерти, – будто объясняя что-то ребёнку, с презрением отчеканил он. – Любой нормальный человек попытался бы помочь.

«Любой нормальный человек...».

Эти слова ударили обиднее, чем если бы он плюнул в меня. Я резко отвернулась, чувствуя, как слёзы снова подступают.

Значит, это было просто... вежливость? Чувство долга? Ничего больше? Ах да. Он же сказал – ритуал. Я нужна ему живой для некого ритуала по передаче дара.

За окном проплывали городские улицы, но я их не видела. Перед глазами стояло только его лицо – такое близкое в бреду и такое далёкое сейчас.

Глупо. Всё это было глупо. И как я могла поверить в свои больные фантазии?!

Карета снова затормозила, на этот раз окончательно.

– Мы приехали, – сухо сказал Тарион и, не глядя на меня, открыл дверцу.

Я сделала глубокий вдох, вытирая ладонью предательски влажные глаза.

Хорошо. Если он хочет играть в эту игру – пожалуйста. Я научусь быть такой же холодной.

Но когда я вышла из кареты, мои ноги подкосились. Тарион молча подхватил меня под руку, его пальцы сжали моё запястье с той же осторожной силой, что и в бреду.

На мгновение я замерла, чувствуя это знакомое прикосновение.

Он тут же отпустил меня, будто снова вспомнив, что должен злиться.

Нет, Ксюша. Никаких иллюзий. Этому надменному козлу что-то позарез нужно от меня, вот и бережёт, чтобы его зверюшка не сломалась.

Я выпрямилась и, не глядя на него, пошла к дверям отцовского особняка.

Родители встретили нас в Парадном зале, окружённые стражей. Очень больши́м количеством. Они что, с боем хотел меня у жениха «отвоёвывать»?

Мне даже на секунду приятно стало, что они так меня любят. Или хотя бы ценят. Или они боялись того, кто мог привести меня? Поэтому здесь так много стражи?

Лицо мамы не выражало ничего, а вот отца исказилось от ярости, когда он увидел Тариона. Видимо, не такого зятя он ожидал.

А может, надеялся, что дерзкая дочь не вернётся уже?

Кто тех мужланов ко мне подослал, что сразу после объявления этого идиотского конкурса меня утащили?

Я вот долго думала и поняла, что это могли быть лишь люди отца. Значит, зятя он себе выбрал и меня к нему и тащили.

А тут меня выкрали, и, видимо, все планы отца пошли прахом.

Так что когда Тарион ещё и назвался, показав родовой знак – тот амулет с головой дракона – отец окончательно рассвирепел.

– Как ты смеешь являться сюда, генерал Бладмаэр?! – побагровев, прогремел он.

– Я выполнил условия, – невозмутимо ответил генерал. – Привёл вашу дочь, советник Эмберлин, к вам через три дня, как и было оговорено вами при объявлении «конкурса». Так что, я победил. И теперь вы можете лишь благословить наш союз. Ну а если вы решите отказаться от своих слов – плевать. Она моя, и я никому её не отдам. Даже вам.

Отец замер, его глаза перебегали с Тариона на меня и обратно, будто решаясь на что-то...

– Стража! Убить их! – проревел «отец». – Убить их обоих! Эта девица, что опорочила моё честное имя, мне не дочь! Это попаданка, что скрывается в её теле уже несколько месяцев. Попаданка, владеющая магией призывателей душ. А генерал Балдмаэр явно знает об этом и вступил с ней в сговор, а значит, нарушает закон, скрывая носительницу столь опасной магии. Так что убить обоих, если только генерал не готов передать нам девицу без боя.

*****************
А пока мы ждём продолжения, дорогие читатели, предлагаю вам заглянуть ко мне на станичку, ведь там скидки в честь светлого праздника Пасхи! сегодня
Там и моя подписка свежая есть со скидкой есть "🖤Брак поневоле с императором драконов🖤".
А так же не забывайте подписываться на меня как на автора, чтобы отслеживать новинки и скидки:)
Моя страничка здесь: https://litnet.com/shrt/g2PQ