Проданная невеста

Глава 3.

Лилиана.

— Скоро. Просто не запирай дверь, ладно? — отвечает Николай, вытирая вспотевший лоб.

— С тобой все в порядке? — видок у него, и правда, не важный, — тут вроде не жарко.

— Я в норме. Извини за эту сцену, — он машет рукой в сторону, видимо, намекая на парочку в соседнем номере.

— Я тебе это еще припомню, — я подхожу к нему и кладу руку на плечо, — ты должен её уволить, не забывай.

— Я помню, — он пятится назад, к выходу из комнаты, — в общем, жди.

За ним закрывается дверь и я сажусь в небольшое уютное кресло напротив зеркала — изучаю свое отражение, словно вижу себя в первый раз. Интересно, зачем я ему? Я абсолютно не похожа на его ассистентку — у меня холодная внешность, никаких ярких кудрей, большой груди и задницы в стиле Кардашьян. Немного больно осознавать, что дело лишь у моем отце и его возможностях, а я сама, как особь женского пола, абсолютно ему не интересна.

Казалось бы, я выросла в небедной семье, при больших возможностях, но сама, как человеческая единица, ничего не стою…

В зеркале на мгновение мелькает тень, вызывая легкое чувство тревоги, но мозг, погруженных в размышления о собственной ничтожности, не успевает отреагировать вовремя.

— Тшшш, всё будет хорошо, — слышу я над ухом, моё лицо накрывает неприятно пахнущая мягкая ткань и я дергаюсь, но не чувствую своего тела — вокруг все становится легким, воздушным, туманным…

Марина.

Два месяца назад.

На седьмом этаже я по очереди звоню в каждую из дверей на площадке и обнаружив, что одна из них не заперта, с опаской открываю ее. Внутри типичный запах, который бывает в жилище одиноких пенсионеров — пахнет чистотой, лекарствами и выпечкой. Кажется, я попала по нужному адресу.

— Тут есть кто-нибудь? — кричу я, — вы вызывали скорую?

Со стороны кухни раздается характерный хрип и я бегу в ту сторону, сжимая в руке «аварийный» чемоданчик с лекарствами, которые мы чаще всего используем на вызовах. С трудом открываю деревянную дверь — бабушка лежит на полу, привалившись к ней и мне приходится напрячь все силы, чтобы сдвинув её, войти в кухню.

— Сейчас, все будет хорошо! — выдаю я, хотя вряд ли ей сейчас это сильно поможет. Достаю шприц с адреналином и втыкаю ей в мышцу — времени на раздумья, судя по тому, как тяжело она дышит, особо нет, поэтому я действую чисто механически — оттаскиваю ее от двери ближе к распахнутому окну, поворачиваю голову на бок и расстегиваю верхние пуговицы на платье бабушки.

— Спасибо, — с трудом хрипит она, — спасибо.

— Тихо, Вам нужно беречь силы, — успокаиваю ее я, — все позади, сейчас станет легче.

Пока едет бригада, меряю ей пульс и набираю Диму — я сделала все, что смогла, но судя по всему, бабуле нужно в больницу, а одна я её не дотащу даже до лифта, несмотря на то, что она маленькая и худенькая на вид.

— Мы в лифте, — коротко отвечает коллега и уже через несколько секунд открывается входная дверь и Дмитрий, вместе с нашим водителем Арсением заходят на кухню, заполняя собой всё пространство небольшой комнатки, — как вы тут? — он бросает взгляд на мою раскрытую аптечку и его брови удивлено поднимаются, — откуда это у тебя?

— Это моя аптечка, — оправдываюсь я, — храню дома, на всякий случай.

— Жди в машине, — мрачно отвечает Дима, — оставь её здесь.

Я спускаюсь вниз и открыв двери скорой, сажусь на длинное сидение, достаю планшет и отмечаю данные о вызове.

Почему он так отреагировал на наличие у меня аптечки? Что такого, я же каждый день сталкиваюсь с разными ситуациями, естественно, у меня дома будут лекарства на экстренный случай, тем более, с нашими-то пробками. Странный тип этот Дима, особенно, в последнее время — начал строить из себя начальника, хотя мы оба только поступили в ординатуру, но хирурги вечно мнят себя элитой, куда нам, обычным терапевтам, до них…