Проданная невеста. Цветочница для Ледяного Дракона

Глава 5

Говорить на высоте птичьего полёта не только неудобно и холодно, но и опасно. Пытаюсь обернуться, чтобы мои слова донеслись до Дариуса, и чуть не выпадаю из седла, только он удерживает.

- Осторожнее, - и на его лице нет и тени улыбки. – Это верная смерть!

Под нами проплывают бескрайние белые просторы: этакая чарующая ледяная красота, словно сверху насыпали неимоверно много муки. Никогда прежде не видела ничего подобного, не с высоты птичьего полёта.

- Зима в этом году злая, - меж тем говорит Дариус. – Разошёлся Январь не на шутку, много зверей в лесах окоченелых находят. А кто и к людям выбирается, чтобы уберечься.

- А они что?

- Люди? Кто добрее – делят кров, кто голоден, - он замолкает, но я и без него поняла продолжение.

Удивительно, но я почти согрелась, чувствуя через покрывало жар его доспехов. Это магия или придумки местных умельцев? Обязательно поинтересуюсь. Не каждый день попадаешь в другой мир, к тому же где зима с обилием снега и приличным минусом.

До встречи с отцом, я даже не представляла, что есть что-то, помимо Мёртвых земель, Орвига и Аскарда. Возможно, другие империи в нашем мире, но уж никак не думала, что окажусь… Внезапно обдаёт холодом, когда вспоминаю сказки Эдельвеи. Она рассказывала о странных людях, не имеющих магию, об огромных домах, что уносятся верхушками в небо, и коробках, по которым можно переговариваться, находясь в разных местах. Про картинки на большом куске тряпки, которые способны двигаться, и большие металлические ящики, что сами стирают одежду.

Только это были выдумки. Так я считала. И она учила меня мечтать. Выходит… Всё это могло быть вполне реально? Она никогда не путалась в ответах, будто…

Жила там когда-то.

- Нам туда, - указывает блондин на небольшую точку на дороге, и не сразу понимаю, что это дом.

Приземление довольно чувствительное, и меня чуть не выбивает из седла, когда лошадь касается подковами земли. Всё же летающие кони не мой транспорт.

И снова блондин удерживает меня в своих сильных руках. Быстро спешивается, как только останавливаемся, и протягивает руки, предлагая спуститься. Глупо отказываться, учитывая, что он спас меня, и я в покрывале, которое то и дело норовит соскользнуть.

Ставит на землю, смотря на мои босые ноги, и тут же подхватывает на руки, намереваясь внести в трактир, как невесту. Я и есть невеста, если вспомнить свадьбу, только в изорванной сорочке, обёрнутая в чужое одеяло. Радует лишь одно: рядом со мной нет того, кого нарекли мужем. Вспоминаю, как Юрлиф выпил зелье, в надежде совершить ритуал, и принимаюсь смеяться. Ему точно потребуется помощь одной из служанок. Блондин тут же останавливается, смотря на меня с интересом.

- Прости, - прячу улыбку под ладошкой, - вспомнила Юрлифа без штанов.

Он подкидывает брови и тут же просит меня уберечь его от подробностей нижней части вельта. Хоть я и не собиралась ничего описывать. Во-первых, потому что это безумно неприлично, во-вторых, потому что ничего так и не видела, хвала Шалифе.

Свист раздаётся над ухом, и понимаю, что Дариус призывает лошадь, которая тут же цокает за нами, сложив по бокам красивые чёрные крылья. А блондин идёт так, будто ему совершенно не тяжело.

Взбираясь на крыльцо, уворачивается от пролетающего мимо человека, выпавшего из двери, который тут же приземляется в жёлтый грязный снег, и я кривлюсь от омерзения.

- И чтобы духу твоего здесь не было, Гримс, - кричит мужчина, занявший собой весь дверной проём. Косматый с бородой и огромными руками, на которых чётко прослеживаются вены. В мясницком фартуке, где за поясом заткнута тряпка. Такому впору одному против медведя, а он, по всей видимости, работает в таверне.

- Посторонись, Косса, - обращается к нему блондин, - дай занести девчонку, видишь, совсем замёрзла.

Бугай отступает вглубь помещения, и мы входим в просторную комнату, где пахнет дымом, пряностями и кислым вином. Тишина улицы сменяется гомоном посетителей, которые заняли почти все столы. Дариус ставит меня на деревянный пол, который, по всей видимости, тут редко моется, и я кривлюсь, ощущая под одной ногой что-то скользкое и мокрое, а под второй крошки.

В нашу сторону с недовольством смотрит какая-то девушка, и я уверена, что готова испепелить меня взглядом. Только вижу её впервые. Рыжие кудряшки собраны в причёску, от взгляда серых глаз – мороз по коже, одета просто и удобно: в белую рубаху, поверх которой корсет, подчёркивающий прелести. Пару раз останавливались в подобных местах, могу предположить, кто такая. Потому что в таверне, по обыкновению, всё покупается и продаётся. Даже женщины.

- Алья, - подзывает её блондин, и она тут же излучает улыбку. Если бы не видела её злое выражение лица секунду назад, решила бы, что девушка – само очарование. Закончив разливать вино за столом, она, виляя бёдрами, подплывает к нам, держа поднос в одной руке, и тянется к Дариусу, чтобы поцеловать.