Проданная под венец

Глава 2

По законам юга, чтобы брак считался подлинным, Даркас должен лишить меня невинности на кровати под балдахином в общем зале, пока гости будут пиршествовать и прислушиваться к тому, как все проходит под занавесью.

А старшие замужние женщины еще и могут давать советы молодоженам.

Все должно быть по правилам. Девушка обязана быть тихой и смиренной, не издавать порочных звуков, не плакать. Вообще не напоминать о себе.

И все это ужасно страшно, стыдно и унизительно для любой девушки. Мама говорит, что мужчины в таких ситуациях часто ведут себя грубо, стараясь показаться настоящими жеребцами перед гостями, из-за этого первый раз для большинства девушек становится пыткой.

Утром простыню, как подтверждение безгрешности вывешивают перед гостями. И если на белой ткани нет красных пятен крови от потери девственности этой ночью – над женщиной на всю жизнь нависает клеймо позора.

В такой ситуации муж имеет право вернуть грешницу в родительский дом и найти себе другую жену.

Я должна получить противоядие от брата утром, после всего кошмара на супружеском ложе. Если сумею сбежать – яд убьет меня, а не сумею – буду навсегда привязана к лорду Даркасу.

Никто другой не захочет брать в жены девушку, опороченную другим мужчиной.

Мы выходим из общего зала и меня сразу под руки подхватывают служанки, чтобы увести и подготовить к вечеру.

- Куда вы ее ведете? – хмуро спрашивает мой муж и прислуга вытягивается, как по струнке.

Мой муж. Как странно это звучит.

- Лорд, нам нужно подготовить ее к консуммации, - щебечет одна из служанок, опустив взгляд в пол, - у нас здесь, на юге так принято.

- Я спросил не об этом, - грубо обрывает ее Даркас, - я хочу знать, в какую комнату вы ведете мою жену.

- Наверх, лорд. В ее комнату.

- Тагрос пойдет с вами, - Даркас подзывает к себе одного из гостей.

Насколько я понимаю, среди его приглашенных нет родственников или друзей, только слуги. И все они удивительно сильные драконы.

Тагрос такой же мрачный, как и его господин. Тоже дракон в черном одеянии. Загадочный обитатель Севера.

- Но… но это невозможно, чужой мужчина при приготовлениях.

- Он постоит за дверью. Я хочу знать, что моя супруга никуда не денется. - Говорит Даркас и смотрит на меня.

Я боюсь поднять на него глаза и буравлю взглядом туфельки, выглядывающие из-под платья.

Он тоже уходит готовиться к ночи. У мужчин свои обряды.

Матушка рассказывала, что часто перед консуммацией мужчины проводят пару часов с другими женщинами, чтобы попрощаться с беззаботностью.

Хотя я знаю об этом с пятнадцати лет, подобные правила все равно остаются для меня дикостью. Если мужчина любит, он отказывается от других женщин навсегда и остается верным жене. Таков идеал отношений.

Но большинство мужчин даже после свадьбы не остаются верными супруге.

Меня ведут наверх через коридоры, украшенные цветами и свечами – за все это тоже платил Даркас, и по пути немолодая служанка бормочет под нос:

- Где это видано, чтобы посторонний мужчина ждал под дверью невесты?

- Не гневайтесь, - говорит младшая работница, - это лорд так за нашу Лайлу переживает, видно пришлась ему по вкусу невеста, боится, что от волнения сбежит.

- Эта может. Позорница, как и сестра ее, - шепчет служанка так тихо, чтобы я не слышала, но и так понятно, о чем они говорят.

Последние месяцы в поместье все обсуждают попытку побега сестры с мужчиной из обнищавшего рода – дальних родственников лорда Даркаса.

Это отбросило на семью такую тень, от которой вовек не отмыться. Может и хорошо, что придется уехать. В северном городе Олвирне обо мне ничего не знают и не станут клеймить за ошибки сестры.

- Кэйла, попридержи язык, - пресекаю старую прислужницу, - мы все еще дочери семейства Эккер!

Служанкам не позволю распускать сплетни. Их я все еще могу поставить на место. Пожалуй, только их и могу.

- Ваша сестра – позор семьи, - фыркает Кэйла, - и потому вы отправляетесь на ледяные земли, где зима лютует десять месяцев в году, а из Темного леса постоянно происходят прорывы.

- Подождешь здесь, - чеканю я холодным тоном, когда мы останавливаемся напротив двери моей комнаты, - хотя нет, Кэйла, поможешь с приготовлениями на кухне. Это приказ.

Служанка скрипит зубами, но не может не повиноваться, тем более при Тагросе, который следует за нами все это время.

В своей комнате я устало падаю в кресло и надо мной принимается порхать Мисси – оставшаяся молоденькая служанка.

Она оставляет мои волосы распущенными, одевает меня в легкий полупрозрачный наряд, который муж сможет снять с меня или оставить на свое усмотрение.

Под балдахин в общем зале меня проводят скрытно. Отныне никто не может видеть меня в таком виде, кроме мужа и прислуги из женщин.

Внутри еще никого нет. Все украшено в красно-белых тонах, кровать застелена шелковой простыней, на столике догорают ароматные палочки из бамбука.