Продаться демону. Сделка

Слова – это очень важно

Высокие окна в аудитории заливало дождем, да таким сильным, что невольно на ум приходили мысли о искусственно вызванных осадках. Небо со вчерашнего дня налилось свинцово-серым, и в воздухе витал запах озона. На ночь мы с девочками открыли форточку, а на утро втроем охрипли. Коварная весенняя погода никак не желала уступать место полноценной жаре.

Я отодвинула исписанный с двух сторон листок на заданную тему по зачету и уставилась за стекло, теребя в пальцах ручку. Тяжелые капли истязали молодую листву, кроны как будто проседали под напором стихии.

Аритэ тогда просто ушла, а я сквозь узкую щель между штор наблюдала за ее понурой фигуркой, гадая, сколько раз она уже находила дорогу к дому демона. Спрашивать Эла я не стала, боясь услышать то, что может не понравиться. Но демон не был бы демоном, если бы не оставил последнее слово за собой.

Он стоял за моей спиной и тоже следил за медленно удаляющейся девушкой. Когда она скрылась из виду, он заговорил. Я слышала горечь в его голосе, и это только сильнее обескуражило.

-Твое чувство вины сбивает меня с толку. Неужели ты не можешь сделать что-то для себя, прислушаться к своим эмоциям, а не пытаться угодить другим? Насколько же нужно затравить ребенка, чтобы он боялся сделать себя счастливым?

После этой фразы день для меня закончился. Дальнейший приход Ви и сказанные ею слова, не принесли ничего нового, она лишь подтвердила то, что раньше сказал Эл о попытке выйти из ситуации. Привлекая ко мне внимание, она хотела защитить, рассчитывая, что к дочери Ларье, окруженной репортерами, не посмеют подойти ближе. Я решила ее не разочаровывать ответом, что в кодексе чести Ри церемоний не значится, он скорее предпочтет выставить меня на всеобщее посмешище, чем сдаться самому. Не взялась с ней спорить и ругаться, хотя изначально целью ставила именно это. Эл выбил почву из-под моих ног, задел за живое и обнажил страхи. Я больше ни о чем не могла думать, кроме как о его словах. Поэтому вяло обозначив негативное отношение к случившемуся, я просто обулась и ушла. Ви крикнула на прощание, что эриты меня проводят до Университета и если я захочу его покинуть, то должна дать «летучку», тогда она пришлет сопровождение. Где пропадали ее эриты утром на кладбище, я не узнала, отложив на когда-нибудь потом.

-Сдаем работы, - сразу же после звонка оповестил профессор. Студенты зашевелились, загалдели, вразброс двинулись к кафедре и обратно за вещами, затем потянулись на выход. Следующей парой стояла нумерология, а это значит, что занятие совместное с прорицателями. Вот кого бы не хотелось сейчас видеть.

Сокурсники не сторонились меня и не проявляли излишней заинтересованности. Сутки переполоха по выходу печатных изданий с моей перекошенной от ужаса физиономией, и все более-менее улеглось. Я не давала никакой информации, а самим студентам ее было взять попросту неоткуда. Да, нападение. Да, есть догадка о связи демона с профессиональной деятельностью мамы. К счастью, Ви не стала нагнетать обстановку и рассказывать писакам слишком много. Но у этого имелась и другая сторона, за стеной меня терпеливо ждали ищейки с пером, чтобы задать вопросы и послушать мои сбивчивые ответы.

Еще одной неприятностью стало то, что на первой полосе нескольких газет с сомнительной репутацией красовалась не только я, но и часть лица Эла и в полный рост Соник. Снимок сделали, когда ребята выводили меня сквозь толпу к свободе. Двусмысленные заголовки намекали на мои отношения с мужчинами. Эти газеты принесла мне Тита, коротко сообщив, что Аритэ их тоже успела оценить. Дальше отпираться некуда. Ложь развернулась ко мне моим же лицом и сардонически рассмеялась.

Я очень сумбурно и кратко рассказала девочкам историю о том, как Зарин продал мою душу, и что спас меня только заключенный контракт с демоном. Если до этого момента они слушали с трепетом, то когда я сообщила, что призванным демоном случайно оказался Эл, они, мягко говоря, потеряли дар речи, опуская ненормативную лексику Титы. В случайность они не поверили, но смолчали.

-Эл так добр, - выдавила Аритэ, у которой мигом навернулись слезы. Их скопилось так много, что они тут же побежали вниз, к подбородку. Она точно не умилилась.

-Открой глаза, - вспылила Тита. –Хоть сейчас открой свои глаза!

Тогда я не поняла, о чем идет речь и растерялась, а следующим вечером Аритэ призналась, что видела нас пару раз вместе с демоном.

Я не думала, что грудь может скручивать жгутом. И не подозревала, что что-то в теле может так болеть без физического воздействия. Я точно знала, еще чуть-чуть и сердце лопнет, разворотив грудную клетку. В корсете ребер не хватало места для вздоха, зато с лихвой находилось для горького крика, но его-то как раз я и не могла себе позволить.

Моя глупенькая девочка, она все это время храбрилась и надеялась на лучшее, веря, что от подруги нельзя ожидать предательства. Но я предала.

Стыд, как кислота, заполнял изнутри и сжигал по очереди органы и кости. Я возненавидела себя.

-Это из-за контракта, - поспешила я успокоить ее, готовая говорить что угодно, лишь бы разуверить в догадках.

Она покачала головой, не соглашаясь.

-А недавно он шел за тобой. В дни конференции, не знаю, почему ты гуляла в городе. Он шел за тобой, а ты не замечала. Спотыкалась об людей, как обычно делаешь, когда задумаешься, а он смотрел на тебя и улыбался. Я сначала не поверила, когда впервые вас увидела, но после этих выходных все поняла.

-Ари, все не так. Честное слово, между нами ничего нет кроме контракта. Хочешь, я помогу тебе его добиться? Хочешь? Только не плачь, - я осторожно вытирала ее мокрые щеки и сама еле сдерживала слезы.

Мы прожили с ней бок о бок практически всю жизнь, сдружившись еще в детстве. Ари первая после родственников узнала о моем увечье, она мне говорила, что это чепуха и летом вместе со мной носила рубашки, чтобы помочь преодолеть дискомфорт. Моя подруга такая глупенькая и необязательная, все время забывает о важных вещах, мне приходиться делать за нее домашние задания и писать курсовые. Пусть иногда я с ней груба, но это от моей нудной натуры, в попытках заставить ее приложить усилия к предмету. Ари мой самый близкий человек. И я растоптала ее любовь.