Продавец бессмертных душ

Глава 6.2.

Герберт слушал их вполуха, сконцентрировавшись на предстоящем возвращении в мануфактуру. Четырнадцать лет назад он попал оттуда в столицу, прежде чем проход окончательно запечатали. Тело Экли до сих пор должно находиться там, как и Наема. И там остался бы Бер, если бы не Матиас.

В ту первую минуту суровое лицо со шрамом испугало его, в волевых глазах он увидел неизбежность смерти, однако мужчина сжалился над ребенком вопреки всем правилам, и вот к чему это привело.

– Добро пожаловать! – прошептал рядом Райт.

Мануфактура, такая значимая и хорошо охраняемая когда-то, сейчас представляла жалкое зрелище. Магическую защиту сняли еще перед атакой скверны, железное ограждение проржавело и осыпалось, здание обветшало, и едва держалось под собственным весом. Однако Малум повел их не в тот двор, где погибла Экли, а в подземелья, где и находились собственно лаборатории.

В многочисленных крошечных камерах когда-то выращивались люди: их не учили разговаривать, читать или писать, они не контактировали с себе подобными, лишь три раза в сутки получали порцию пищи от работника мануфактуры. По заказу единого городского банка забойщики выкачивали души доноров, и поставляли в столицу, чтобы покрыть дефицит в бюджете. Благодаря этому в столице долгие годы не было нужды в душах, пока избыток валюты едва не привел к обесцениванию и удешевлению остальных благ.

Тогда наместнику с правлением банка пришлось снизить объемы выращивания доноров, их души хранились прямо здесь, в резервах, и передавались в столицу по особому распоряжению. Когда Пустошь накрыла скверна, наместник приказал вывезти все выкаченные души, чья совокупность составляла более пятидесяти миллиардов душ. Матиас как раз переправлял последнюю партию, когда на запретную территорию с боем пробилась Экли с младшим братом.

– Прикинь, какого это, провести всю жизнь в такой каморке! – хмыкнул Льюис, заглядывая в крошечное помещение.

Голые стены и кровать – вот и все убранство. Пять шагов туда, пять – обратно, и так до самого конца, до последнего вдоха, пока не придут забойщики.

– Они другого не знали, – спокойно ответил Шейн. – Их и людьми тяжело назвать.

Когда-то Герберт с трудом сдержал тошноту, узнав всю правду о мануфактуре. Оказавшись здесь, у него уже не осталось моральных сил ужасаться. Пожалуй, в нем и самой морали не осталось ни на эфф, но свою цель он считал благородной, несмотря на жестокие методы.

– Не отвлекайтесь, нужно добраться до центра управления, – сурово прервал парней Малум Вендитор. – Или ночевать будете в этих клетушках.

Они отправились дальше, не заметив, что в одной из камер на секунду вспыхнули два голубых огонька.

В просторном помещении, где раньше располагалась администрация, также похозяйничала скверна, и мужчинам пришлось расчистить себе место, прежде чем устроиться на ночлег. Первыми в дозор заступили Элджин и Шейн, остальные склонились над картой близлежащих земель.

Малум обвел пальцем скалистую местность перед лесом.

– Вот здесь заканчиваются изведанные регионы, дальше наши лазутчики не заходят. Можно предположить, что Сестры мести обосновались в Кара-мол’ла, городе, который пал от скверны после гибели богини Шарии. С тех самых пор там настолько высокая концентрация темной энергии, что наместник запретил приближаться к мертвым землям.

– Выбора у нас нет, придется нарушить давний запрет во имя общего блага, – спокойно ответил Матиас. – Наверняка враг собирает силы там, ведь мы сознательно обходим Кара-мол’ла десятой дорогой.

Герберт обратил внимание на нарисованные скрещенные кости, которые означали гнезда тварей, куда не стоило соваться.

– Жрицы черпают силу из скверны, их оружие может убить даже легким прикосновением. Они опасны, и с ними нельзя договориться. Одна из них пять лет назад проникла в столицу, и напала на Герберта, – Малум кивнул на парня. – Он стойко противостоял злу, и едва выжил. С тех пор наместник усилил защиту города, чтобы не подвергать наших людей риску. Но на этот раз нам придется сразить со всеми тремя Сестрами мести.

– Почему их так называют? – задал вопрос Льюис.

– Без понятия. Так они себя прозвали, и на протяжении долгих лет пытаются отобрать у нас город. Главное лишь то, что их породила скверна, а ей нельзя доверять.

Короткий крик насторожил отряд: мужчины призвали магическое оружие, повернулись к двери, но все погрузилось в гробовую тишину. Беру его собственное дыхание показалось громким, как колокол, он все ждал, что створки распахнутся, и на них нападут самые жестокие твари, вроде мар. Минута уходила за минутой, но ничего не происходило.