Продавец бессмертных душ

Глава 6.4.

«Его ненадолго хватит, но, если в запасе есть еще Шейн, у меня будет время, чтобы что-то придумать, или дождаться подмоги», – подумал Бер, вернув самообладание.

То ли твари проявили милосердие, то ли им надоела старая игрушка, но высокий монстр подошел к Элджину, и одним могучим ударом прекратил его страдания. Однако уже через секунду раздались новые звуки, и из тьмы выволокли Шейна. Широко раскрытые глаза выражали первобытный страх. «Такой не станет бороться, толку от него в выживании ноль», – с досадой подумал Герберт. Вот Матиас бы сейчас... И Экли! С ней и тысяча врагов не была страшна.

Воспользовавшись тем, что всеобщее внимание отвлеклось на Шейна, Бер заставил себя забыть о боли, призвал магию огня – иньис, – и направил на разбросанное всюду барахло. Вспыхнуло пламя, освещая каждый уголок помещения, монстры с воплями заметались, пытаясь потушить загоревшиеся конечности. Парень едва успел отскочить, иначе его бы затоптали. Судя по крикам Шейна, бедняге повезло меньше.

С упоением победителя Герберт осмотрел созданный им хаос, и заметил, что посреди огня стоит та самая жуткая тварь, заманившая его сюда. Пламя не вредило ей, как остальным сородичам. Парень материализовал гладиус из своей магии, и атаковал противника, не желая сразу переходить в оборону. Острый клинок отскочил от кожи твари, не причинив ни малейшего вреда. Выругавшись от всего сердца, Бер выдал великолепную серию, пытаясь обнаружить уязвимость чудовища, найти место, которое можно пронзить, но тварь лишь вяло кружила в такт, словно скучала, и издевалась над тщетными попытками противника. Нога нещадно болела, как и сломанные ребра, но Герберт не жалел себя, лишь бы не закончить жизнь, как Элджин.

Тогда парень сплел из своей магии пуджо – кинжал дьявольской остроты, но проблема заключалась в том, что его нельзя было метнуть, он существовал лишь до тех пор, пока находился в руке хозяина. Если бы удалось только достать до лица монстра, всадить пуджо в голубой огонек, заменявший твари глаз! Но сближаться с ним было опасно, и так эти длинные руки все время вынуждали Бера скакать в попытке спастись от внушительных когтей.

Но, когда они с тварью застыли друг напротив друга, из толпы вылетел Шейн, кивнул Беру, и вдвоем они атаковали чудовище, нападая с разных сторон. Вялость монстра сменилась злостью, он уже не играл, нанося редкие удары: парням приходилось туго, но они не давали врагу ни секунды, атакуя со звериной яростью. Если бы его шкура не была бы такой жесткой – они бы давно уже победили. Приходилось выкладываться на полную, еще и импровизировать: пока Герберт бился с монстром, Шейн взбежал по горе хлама, и спрыгнул вниз, намереваясь всадить гладиус в макушку противника.

Тварь отбросила Бера, и перехватила Шейна за горло, поднимая вверх. Видимо, она обладала огромной физической силой, раз легко удерживала на весу восьмидесятикилограммового парня. Тот брыкался, пытался освободиться, но безуспешно, и его лицо багровело все больше и больше.

«Вот он, мой шанс!» – подумал Бер, и, пока тварь была занята Шейном, сумел всадить пуджо в глаз врага. Голубой огонек погас, и появился в области подбородка. Монстр со всей силы швырнул Шейна на пол, где на него накинулись выжившие в огне твари, а сам сделал шаг навстречу Беру.

Тогда парень и познал истинный страх, но слева от себя обнаружил невысокую пробоину в стене. Неужели там выход? Куда он ведет? Да и какая разница, Герберт был готов до последнего сражаться за свою жизнь. Он снова призвал магией огонь, а потом добавил вентус – ветер, чтобы огненная волна веером прошлась по тварям.

Уловка сработала, опровергая древнее изречение, что дважды в одну реку не войдешь. Зачем экспериментировать, если тварей вполне можно отгонять огнем? Бер бросился к стене, как за него ухватился Шейн, моля помочь. Герберт подставил ему плечо, дотащил до выхода, но Шейн сильно хромал, далеко с ним не убежишь.

– Прости, друг! – прошептал парень, и с силой оттолкнул от себя Шейна, прямо в лапы тварей.