Продавец бессмертных душ

Глава 8.1.

Больше они к этой теме не возвращались, сосредоточившись лишь на безмолвии леса. Голые высокие стволы наводили уныние, корни некоторых деревьев вылезли наружу, и выглядели жутко из-за своей безобразной формы. Видимо, скверна отравляла землю так же, как извращала души людей. Герберт присел на один из камней, вытирая пыль с лица, а Малум злорадно усмехнулся.

– Удобно?

– Камень как камень. В отсутствие мягкого кресла сойдет.

– Только это не камень, а спрессованная масса из лесных жителей.

Парень подскочил, как ошпаренный, и внимательно всмотрелся. Да, Вендитор оказался прав, это была сплавленная воедино масса из животных, веток и скверны, как там, в Пустоши перед стеной.

– Впредь будь осторожен, смотри куда наступаешь, на что садишься, что тебя окружает. Рядом с этим лесом наши патрули чувствовали припадки, недомогания, поэтому наместник распорядился не подходить к нему близко.

– Какие еще припадки? – спросил Матиас.

Так как он занимался обеспечением безопасности стены и ловлей нелегальных беженцев, о тайнах мертвых земель ему мало что было известно. Хоть им и дали некоторые инструкции накануне, полученных знаний было недостаточно, и это заставляло мужчину нервничать. А тот факт, что они с Бером зависели от Малума, раздражал еще больше.

– Солдаты видели галлюцинации, у них случались вспышки агрессии.

– Но при этом они находились на границе, а не в самом лесу! И ты говоришь об этом только сейчас?!

– А что изменилось бы, Райт, ты повернул бы назад?

– Нет, выбрал бы обходной путь.

– Если он существовал бы, я и сам его выбрал. Но тогда наш поход затянется надолго, и где гарантии, что нас не раздерут монстры? На западе обитают мары – омерзительные полудохлые твари с кожистыми крыльями. Бороться с таким врагом куда труднее, чем с абасами или даже мануфактурными созданиями.

– Но лес грозит нам безумием. Вдруг мы никогда не выйдем отсюда? Застрянем навеки, блуждая по тропам своих кошмаров.

– Нельзя этого допустить, так что соберитесь, оба! Нас ждет новое испытание на прочность, а умирать нельзя, и так втроем остались.

Матиас мысленно усмехнулся. Он специально предложил гордому Малуму вернуться назад, зная, что глава охраны наместника ни за что не согласится попросить о помощи, признать свое поражение. Чем ближе к Экли, тем меньше им нужны были спутники. Жаль, от Вендитора так просто не избавишься, но он знал больше их всех о мертвых землях, и Райт с трудом смирился с временным главенствованием другого человека. Лишь бы дойти до Кара-мол’ла, а там и от Малума избавятся! Если что, преподнесут в качестве дара Сестрам мести, чтобы умилостивить душу Экли.

Он оглянулся на брата возлюбленной, и заметил отрешенное выражение на его лице.

– Бер, о чем задумался? Здесь нужно ежесекундно быть начеку.

– Прости. Я вдруг подумал, что один Элджин остался без могилы.

– Неподходящее выбрал время, – буркнул Малум. – Сосредоточься.

Парень кивнул, но не стал уточнять, что видел Элджина (или просто Джина) прямо перед собой – живого и невредимого. Солдат не моргал, не шевелился, но Герберт ощущал на себе давящий взгляд, который будто пробирался в центр его груди. Далее со всего леса к ним начали стекаться мануфактурные твари: они окружили Элджина, и сотворили с ним то, что и в гнезде прошлой ночью.

«Это галлюцинация, – повторял мысленно Бер. – Тропы безумия нашли брешь в моей голове».

Закончив свое мерзкое дело, твари разошлись, разве что тот высокий монстр, схвативший Бера, остался рядом с останками Элджина.

– Сколько времени уйдет? – как из-под толщи воды раздался голос Матиаса.

– Зависит от нашей скорости и наличия чудовищ на пути. В лучшем случае мы выберемся из леса через десять дней, если поспешим.

– Десять дней! Дьявол!

– Кара-мол’ла находится далековато, согласен. Когда-то он был вторым по значению городом в державе, вел активную торговлю, и постепенно начал отбрасывать тень на богатство и влияние Ан-на’им. Однако гибель богини Шарии и распространение скверны поставило точку на соперничестве двух городов.

– Жирную точку, я бы сказал.

– Да. Тогда валютой служили монеты из золота, серебра и бронзы. На рынках расплачивались денариями, а не душами. Лишь потом, когда мир погиб в океане скверны, людям пришлось приспосабливаться к новым реалиям, и налаживать систему при ограниченных ресурсах.

Герберт вспомнил старые хроники, записанные современниками тех событий. Маги встали на защиту столицы, отстояли ее, и вскоре возвели стену, которая не пропускала скверну и ее созданий. Чтобы избежать регресса самих жителей Ан-на’им, наместник вместе с наиболее сильными и родовитыми магами объявили столицу городом-государством, автономным и независимым от павшей державы. Они не только сохранили наследие, но и усовершенствовали систему. Так как устойчивых связей с другими городами не было, все деньги сосредоточились в самом Ан-на’им. Появилось много безумцев, веривших в благость конца света. Тогда маги и сделали прорыв, создав первый в истории эффортер – приспособление для выкачивания души.