Продавец бессмертных душ

Глава 9.1.

Мужчины на минуту застыли.

– То есть они хотят выпустят Ургху? Но разве первый демон заперт в своей обители?

Лицо девушки непонятно исказилось.

– Во-первых, его истинное имя Рургх’ху. Во-вторых, история, изложенная в ваших хрониках, отличается от наших легенд.

– И чем же? – спросил Герберт, вспоминая давний сон, в котором Экли назвала первого демона именем Рургх’ху, и сказала, что он близко.

– У вас рассказывают, что он убил Шарию, и восторжествовал над миром, а здесь ходят слухи, что она перед неминуемым поражением прокляла его, потратила все силы, чтобы Рургх’ху никогда не выбрался из преисподней. Что там произошло дальше – сплошные догадки, однако созданная им скверна волной прокатилась по земле, ибо не было больше светлой богини для сдерживания тьмы.

Ее рассказ и перекликался, и противоречил истории, записанной в древних хрониках. Герберт внутренне сжался, раздумывая над словами Экли: в образе тени она проникла в его сон несколько лет назад, и сказала, что бог мрака рядом. Но ведь, по словам незнакомки, он должен быть заперт в преисподней. Или Шария не преуспела? Неужели Рургх’ху находится в столице? Что если его когда-то пленили, и он содержится под охраной в подземельях дворца наместника, а сам Селлер продолжает миссию своих предшественников, не дает ему обрести свободу? Поэтому Сестры мести и пытаются захватить власть над городом. Однако сестра не говорила ни о своем боге, ни о наместнике: она желала смерти Продавцу в тот зимний вечер, когда они с Бером сразились на мосту.

– А что ты знаешь о такой фигуре, как Продавец душ? – рискнул всем Герберт.

Малум впился в него взглядом, Матиас тревожно напрягся, и лишь одна девушка спокойно протянула обманчиво хрупкие пальцы к огню, не обращая внимания на изменившуюся атмосферу.

– Например, что Сестры мести хотят его уничтожить в первую очередь.

– Почему? Кто он такой?

– Продавец может помешать Сестрам исполнить их предназначение.

– Но кто он?

– Самый настоящий монстр.

– Монстр не смог бы жить в столице, огороженной магической стеной.

– А если именно он и построил стену?

У Бера кольнуло сердце, как Малум резко вскинул руку.

– Довольно! Хватит чернить память наших предков, героев, защитивших Ан-на’им от гибели!

– Я лишь ответила на вопрос, – улыбнулась девушка. – У нас здесь говорят, что Продавец бессмертных душ владеет в равной степени и магией, и скверной. Также говорят, что именно он построил стену, придумал эффортеры, чтобы с помощью душ поддерживать стену и свою собственную силу. Обычные маги используют души в качестве валюты, чтобы забавляться золотыми цацками и властвовать над лишенными магии людьми, а Продавец с помощью светочей вечности питает свое бессмертие. Он не хочет лишиться власти, которую Триумвират пытается отнять. Понимаете, что я имею в виду?

Первым в себя пришел Матиас.

– Я никогда не жаловался на проблемы с головой, но сейчас в ней ничего не укладывается.

– Понимаю, – вздохнула девушка. – Наши данные весьма противоречивые. Мы собираем обрывки слухов, чтобы передавать знания о мире и его истории из поколения в поколение. У кочевников ведь нет ни библиотек, ни ученых.

Однако Герберт сообразил быстрее своего друга, и ему захотелось убить кого-то, либо умереть самому. Теплилась слабая надежда, что девчонка солгала, или ее сведения основаны на ложных фактах, но какая-то часть Бера давно подозревала, что наместник не тот, за кого себя выдает. Рядом с ним невозможно было не уважать его и не почитать, однако на расстоянии воздействие на разум парня ослабло, и он посмотрел на предыдущие пять лет знакомства свободными от морока глазами. Его сбили с толку слова Крама о том, что Продавец старался не попадаться наместнику на глаза, однако, что мешало Селлеру специально отвести от себя подозрения? И кем был его помощник, который вел дела с Крамом? Не Малум ли часом?

Сам Вендитор тем временем выглядел напряженным, и взгляд его обещал жестокую расправу всем присутствующим.

– Мне надоело слушать выдумки. Пора, – скомандовал Беру и Матиасу.

Девушка невозмутимо смотрела, как мужчины удаляются, после чего крикнула им в спину:

– Удачи, чужеземцы! Если выживите – возвращайтесь домой, и не суйте больше свои любопытные носы в чужие дела! Хотя все равно не выживут, – уже тихо добавила она, глядя на кошку.

– Сколько всего наговорила, – пробурчал Матиас, когда они отдалились от незнакомки. – Я и половины не понял. Так путано, туманно, и каждое слово скользкое, неуловимое. Не уважаю я людей, которые так изъясняются, это подчерк лжецов.

– Вот и не нужно было ее слушать, – резко ответил Малум. – А животное у нее на коленях, где она взяла кота? Они давно вымерли, даже у наместника нет, а у какой-то бродящей нищенки есть!

Герберт сделал вид, что разделяет их чувства, хотя его интересовало кое-что другое. Если командир отряда действительно был пособником Продавца, тогда понятна антипатия, сразу возникшая между ними. Но почему Экли не сказала, что их враг – это наместник? Или девчонка все-таки солгала? Вернуться бы, и допросить ее как следует, но беспомощной она не выглядела, а ввязываться в неприятности перед желанным концом странствия не хотелось. Сестра в любом случае уже близко.