Продавец бессмертных душ

Глава 10.4.

– Первый опыт оказался неудачным, – нахмурилась Беллона, – но Рургх’ху продолжил жестокие изыскания, и в итоге нашел способ преобразовывать бессмертные светочи в самобытную независимую силу, которую, однако, нужно подпитывать чужими душами. Поэтому демону и пришлось создавать эффортер, обесценивать золото и иные предметы, вызывая зависимость магов от чужих душ. Чем и вы сейчас занимаетесь, разве не так?

– А тебе нравится об этом все время напоминать, – усмехнулась Фурия.

– Исключительно в воспитательных целях, – совершенно не смутилась Беллона. – Пусть прочувствуют хоть раз в жизни, какое зло они совершили, и как ничтожен их вид.

Малум прочистил горло.

– Почему увечные до сих пор живы? Они ведь были неудачным опытом Рургх’ху.

– Именно, – кивнула старшая Сестра мести. – Неожиданный эффект, в дальнейшем он избавился от бессмертия. Зачем ему нужны вечные доказательства собственной ошибки? К тому же осознание скоротечности бытия способствовало стремительной деградации: ради лишнего года жизни маги готовы выдавить десятки чужих душ! Так и повелось, что демон стал продавать смертным магические силы, выводя новую породу. Маги были более полезны ему, чем превращенные в скверну души, однако даже хранитель не понимал до конца тайны мироздания, и не ожидал, что темная материя превратится в единый сверхразум.

Герберт начал понимать ход повествования Беллоны, и ему стало страшно от того, что он может услышать дальше. Однако парень явился сюда за ответами, и знал, что должен пройти через потерю веры в собственное прошлое.

– Почему Шария бездействовала? – задал Бер наводящий вопрос.

Сестры мести одновременно улыбнулись.

– Первое время она не знала о его подлых делах, ведь Рургх’ху объявился в этом городе под другой личиной. Его знали как Продавца бессмертных душ, ибо он лгал, что магия и вечная жизнь есть одно и то же. Пока светлая богиня боролась с последствиями создания скверны, он проворачивал свои жестокие сделки в тени улочек Кара-мол’ла. Но в итоге правда всегда выходит наружу, как бы тщательно ее не скрывали, и Шария последовала за Рургх’ху, дабы остановить.

– Естественно, подлый демон сбежал, – мягким голосом произнесла Паллида Морс, заметив, как Беллона начинает злиться. – Ему пришла в голову мысль навеки избавиться от светлой богини, чтобы вершить суд над душами по собственному усмотрению. Он спустился в глубины преисподней, где обитали превращенные в скверну души, и пригласил туда Шарию, дабы поговорить, и помириться.

– В наших легендах сказано, что она поверила ему, и спустилась в ад, – снова вмешался Герберт.

– Разумеется, она не поверила ему, ибо добро часто изображают глупым и доверчивым, но Шария была не только хранительницей людских душ, но и воительницей, умным стратегом. Она понимала, что он задумал предательство, но и оставить его злодеяния без внимания тоже не могла. Светлая богиня приготовилась к битве, и в сражении одолела Рургх’ху. Он был серьезно ранен, так как давно променял свою изначальную благодать на низменные дары оскверненных душ, и был гораздо слабее пламенной Шарии. Но перед сокрушительным ударом он сделал отчаянную попытку спастись: выпустил ранее заточенную в аду скверну, которая яростной волной прокатилась по земле. Богиня пыталась остановить ее, а Рургх’ху сбежал, как позднее выяснилось, укрылся в столице государства Джáннат Ан-на’им.

– Так она не погибла? – задал вопрос Матиас.

– Нет, но, приняв первый удар, она пропустила скверну через себя, познала ее и позволила скверне соприкоснуться с собственной силой. Шария не осталась безразлична к страданиям оскверненных душ, спрессованных в единую энергию, и она возглавила бессмертную армию, стала милостивой богиней скверны.

Паллида Морс замолчала, повернув лицо к Фурии.

– Шария смирилась с тем, что человечество проиграло, и взяла на себя ответственность за скверну – новую эпоху существования мира! – тихим, но неумолимым голосом произнесла младшая Сестра. – Богиня изменилась, ибо мир вокруг изменился, и с ее позволения возникли новые формы существования – народы скверны.

– Неужели наша светлая богиня стала повелительницей скверны? Богиней тьмы вместо Рургх’ху, – так же тихо сказал Герберт. – Во что нам теперь верить, на что надеяться, если единственный, кто удерживает остатки человечества от абсолютного мрака, это самый главный злодей за всю историю, первый демон и создатель скверны!

– И почему он не отнял власть над скверной у Шарии? – добавил Матиас.

Фурия жестко усмехнулась.

– Темная материя отвергла его. Скверна обладала единым разумом, как сказала Сестра, и всегда испытывала сложные эмоции к своему создателю. Когда Шария вступила с ней в бой, она пропиталась темной энергией, и они поняли друг друга, прониклись друг другом. Сейчас они неделимы, мы чувствуем это – единство. Кстати, ты ведь побывал в заброшенной мануфактуре, верно?

Парень осторожно кивнул.

– Как тебе новая порода? Ее вывела скверна из отборных душ, тех, кто пожертвовал собой ради спасения других, а не бежал впереди толпы. Ну и из бедных доноров. Надо же было до такого додуматься: разводить людей как скот, но не ради пропитания, а ради выкачивания душ! Неужели это не подсказало вам, с кем вы имели дело? Такие мерзкие поступки в духе Рургх’ху, а вы и не задавали вопросов, только брали, и брали, и брали. Его яд отравил вас, сделал подобными ему. Потому великая Шария и призвала нас – Сестер мести, чтобы мы от ее имени свершили возмездие.