Продавец желаний: в прятки с любовью

Часть первая

ПРОДАВЕЦ ЖЕЛАНИЙ: В ПРЯТКИ С ЛЮБОВЬЮ

Автор: МАКС НАГЛЫЙ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

...ЧЕТЫРЕ, ПЯТЬ — Я ИДУ ИСКАТЬ…

ГЛАВА 1

Беглецы

В ущелье пахло кровью, раскаленной от солнца землей и железом. Но больше всего пахло неприятностями. Ими здесь буквально разило!

— Обойдем? — с надеждой спросил Кисариус.

Я приложил палец к губам и прислушался.

Мы застыли перед самым входом в ветвистое и, если верить карте, довольно продолжительное ущелье.

«Самое удобное место для засад разбойников»

А если учесть, что ни я, ни Кисариус тупоголовыми рыцарями не были, которые только и делают, что нарываются на приключения, то ответ, идти или не идти, попросту не стоял.

А потому я сказал:

— Знаешь, туда соваться у меня тоже нет ни малейшего желания.

— И то верно, — разом приободрился Кисариус и распушил хвост. — Что нам, своих неприятностей мало?

Что правда, то — правда. Своих неприятностей у нас было предостаточно. По горло, что называется. Можно другим раздавать, как раздают сладости на день святого Петрарки.

Кисариус развернулся и неторопливо потрусил обратно. Я проводил взглядом очень крупного белого лиса, и еще раз посочувствовал другу — туго ему при такой жаре и с такой густой шерстью… Как он выдерживает?

Затем поправил ремни заплечного мешка, развернулся, и…

Порыв ветра вдруг донес женский крик.

— Киса!

Лис повернул голову. В его голубых глазах читалось раздражение:

— Сколько раз тебя надо просить? Я — Кисариус! Древнее и достойное уважение имя! Какая к демонам «киса»?! Я тебе кошка что ли?..

— Тихо!

Теперь ветер завывал где-то высоко в ущелье, но мой обострившийся слух все-таки смог уловить новый крик. И вновь — женский.

Кисариус почуял мое настроение, навострил уши.

— Что там?

— Там, — проговорил я торопливо, — женщина в беде! Она кричит.

— О, святой Карман, покровитель воров, и что с того? Спасать ее бу… Эй! Курт, ты куда собрался?!

Но я уже мчался через ущелье, не слушая друга.

Меня вообще трудно назвать сострадательным человеком. Точнее — вообще невозможно при моем-то роде занятий. Но было в том крике нечто особенное. Отчего сердце екнуло и тоскливо сжалось. Будто у кого-то рушилась последняя надежда. И просто нельзя в такие моменты оставаться пофигистом, иначе потом всю жизнь будешь в холодном поту просыпаться!

Впрочем, с совестью я давно привык договариваться. Уверен, я и с демонами в Подземном мире договорюсь, но вот удачу спугнуть не хотел. В моей профессии удача — это все!

Я старался бежать тихо, глядел по сторонам. По спине больно бил заплечный мешок, полный всякой бесполезной в горах ерунды. По левую руку неслышно мчался Кисариус: нос опущен к земле, уши торчком, хвост заметает следы.

Первого человека мы встретили за поворотом.

Кисариус проскочил впереди меня, но я тут же увидел, как лис резко затормозил всеми четырьмя лапами. Его глаза выпучились, нос побледнел.

— Он… — залепетал Кисариус, — мертв?!

Человек лежал без движения и в луже крови. Кожаный доспех в нескольких местах пробит, меч, который все еще сжимали побелевшие от напряжения пальцы, переломлен у основания. Длинные волосы слиплись от пота и крови. А потухшие глаза недвижимо изучали небо.

Подходить к бойцу я не стал. Уверен, жить с такими дырами в груди никто не может.

— Курт! — пискнул лис с мольбой. — Давай вернемся. На кой нам все это?

Судя по его виду, Кисариус намеревался грохнуться в обморок.

Я уже собирался с ним согласиться, вид мертвеца резко уменьшил мое любопытство, но тут ветер вновь донес женский голос.

На этот раз я отчетливо различил еще и лязг железа.

— Там идет бой! — воскликнул Кисариус. — Курт, вот на кой черт нам туда соваться?! Мы и так чудом тюрьмы избежали, а я так вообще…

В словах белого лиса был определенный резон. Однако я уже не мог с собой ничего поделать. В голосе женщины слышалось такое отчаяние, что сердце поневоле забивалось, а на душе словно кошки скребли! Никогда в жизни я не слышал такой боли, такого бессилия и такой безысходности!

— Мы, — торопливо сказал я, — только посмотрим. Одним глазком, и — назад.

— Да что с тобой?!

И вновь я оставил горестный вопль лиса (благоразумно тихий) без внимания. Еще осторожней помчался к новому повороту.

Звуки битвы становились громче.

По пути встретили еще троих мертвецов. Все выглядели так, будто долгое время служили мальчиками для битья в солдатских казармах.

На миг сомнения вновь стали терзать меня. А надо ли, в самом деле, лезть туда, куда не звали? За нашими плечами погоня, идут, как гончие псы, охотники за головами, а я тут неоправданно рискую.

Но потом все мысли улетучились…

Я увидел ее!

* * *

Девушка изо всех сил пыталась скрыть происхождение за невзрачным походным костюмом мужского покроя. Даже спрятала волосы под воротник. Только все равно это помогало мало.

Я попросту не мог отделаться от ощущения, что вижу, как минимум, герцогиню. Пусть и перепачканную с ног до головы дорожной пылью.

В каждом ее движении, в каждой черточке лица были манеры, дворянское воспитание и высокородная гордыня.

Впрочем, все это было лишь на уровне ощущений — что успел ухватить наметанным глазом. Больше, кроме изумительно черного цвета волос, разглядеть не получилось. Расстояние не позволяло, да и девушка выглядела так, словно ей пришлось болото форсировать — чумазая, просто страсть!