Продолжение рассказов про слесаря Васю и кота без сапог

Мысли вслух

За окном с утра моросил мелкий дождик, а это значит, что настало время для размышлений. У каждого из друзей мысли направились в разные стороны. Кот мечтал уехать в Рио-де Жанейро и целыми днями валяться на пляже с сосисками в обеих лапах.
Карлсон грезил о славе. Пока он был невидим, погреться в ее лучах было нереально. Мелкие криминальные проделки не шли в счет. Как такой умный, в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил мог оставаться в тени? Нужно было действовать без промедлений. Идей, в какую сторону действовать, не было.
Вася мечтал об очередном отпуске без унитазов, текущих труб и нудных пенсионеров, ходивших к нему как на работу.
Дюймовочка мечтала встретить прекрасного принца на белом мышонке.

Поскольку кот из всей компании имел самый деловой и авантюрный характер, первая интересная мысль была озвучена им.
- Карлсон, не пора ли тебе стать знаменитостью? – спросил он. Его друг от неожиданности вздрогнул и зарделся как девочка, пойманная на краже конфет.
Не ожидая ответа, кот развивал свою стартегическую мысль, - На сцену идти сегодня нет смысла. Кассовые сборы падают, накладные расходы на твою раскрутку будут непомерными.
Остается интернет – огромная свалка, в которой встречаются драгоценные жемчужины. Затрат никаких, не считая вебкамеры и моей усатой морды. Резонанс будет огромный. Я отвергаю тик-токи на тему типа «кто дальше плюнет» или «у кого больше сиськи». Наш конек - ролики для рубрики «Непознанное». Твои фокусы с невидимостью придутся по вкусу. Сегодня набросаю сценарий, завтра купим камеру и начнем работать. Как тебе идея?
Карлсон так разволновался, что забыл о спрятанной под матрацем банке с повидлом.
Не успев облизать пальцы от компота, он с уважением погладил кота по тощему загривку и протянул – киса моя гениальная.

Съемки

Настроив камеру, кот долго препирался с Карлсоном о наиболее выгшодном ракурсе съемки и репликах мизансцены. Наконец, он подавил друга интеллектом и важно уселся на режиссерский табурет. Сам себе скомандовав «Мотор», кот включил камеру. Карлсон поднял с пола здоровенный огурец и, морщась, начал его жевать. Закончив с огурцом, он взялся за Васину балалайку и исполнил на ней произведение на вольную тему.
Вася с Дюймовочкой восторженно млели от высокого искусства. Кот сердито поправлял Карлсона, уклонявшегнося от начального режиссерского замысла.
- Все, на первый раз хватит! – заявил он и устало спрыгнул на пол.
- Слушай, спросил его Карлсон, - есть сомнение в достоверности сцены?
- Ты сомневаешься в моем таланте? - возмутился кот, отстаив переднюю лапку вперед, подражая Наполеону.
- Нисколько не сомневаюсь, - поспешил успокоить его Карлсон, - но как воспримет меня камера? Ведь кроме вас меня никто не видит. А вдруг на ней я проявлюсь? Вся задумка накроется медным тазом.
- Об этом я не подумал, - неуверенно произнес кот,- сейчас просмотрим материал и все увидим.
Он запрыгнул на стол и уставился в монитор. Сцена выглядела отлично. Камера не видела Карлсона. Постановка выглядела мистически. Здоровый огурец медленно поднялся в воздух и начал судорожно исчезать в пространстве. Процесс сопровождался смачным чавканьем и иканием. Его сменила балалайка. Она поплыла вверх, немного повисела в пустоте, откашлялась и выдала беспорядочное треканье. Действие завершила васина кепка. Она медленно проплыла мимо балалайки, повернулась к зрителям и вежливо раскланялась

- Отлично, всем спасибо, - обрадованно произнес кот и с чувством выполненного долга направился в кухню. Вася уважительно открыл ему холодильник. Кот выбрал самую большую сосиску, отсалютовал ею, как мушкетер, и сделал несколько выпадов. Следом за ним вбежал Карлсон и, гремя ложкой, опустошил банку с абрикосовым компотом.
Вася, умиленный увиденным, уронил скупую мужскую слезу и подумал, как хорошо, что у него растут молодые таланты. Дюймовочка тоже была в восторге. Она расчесывала «режиссеру» усы и хвост, нежно прижимаясь к пушистой шкуре.