Продолжение следует

Часть 1

Было холодно и промозгло. Ветер подхватывал облетевшие с деревьев листья и нёс их вдоль дороги, опережая печальную процессию. Ларисе совсем ни о чём не хотелось думать. Вернее, она боялась. Боялась думать о том, как будет жить после похорон матери.

Даже, когда мать уже очень сильно болела и не могла ухаживать за собой, Лариса знала, как жить. Надо было и в школе успевать, и за матерью ухаживать, и за хозяйством присматривать. Хозяйство осталось совсем небольшое, но и оно требовало заботы. Двадцать четыре курицы во главе с петухом... Зерна для них дядя Серёжа привёз, сосед, так что кормить их будет чем. А вот чем кормить Тайсена, пса дворового, и Маську? Ну, ладно, Маська своих мышей ещё не всех выловила, и соседских по сараям найдёт... А вот Тайсен! О нём ещё нужно будет подумать. Как и о себе. Жили они на пенсию матери по инвалидности. Мало, конечно, но хоть что-то было. Отец присылал, конечно, но не каждый месяц и меньше, чем мамина пенсия... Вот и на похороны не приехал... А Лариса ему сообщила о смерти матери. А он! Все заботы о похоронах Ларисе пришлось взять на себя. Хорошо, что соседи помогали. И одноклассники.

Как теперь школу заканчивать? Директриса школьная уже интересовалась, что Лариса думает о своём завтра. Предложила интернат. Но Лариса даже думать не могла о жизни в интернате! Сказала директрисе, что к отцу поедет. Что он её ждёт, мол, уже. Но сегодня на похоронах, Анна Николаевна, директриса, подошла и спросила, не приехал ли отец. Поговорить с ним хотела. Пришлось придумать, что его в больницу с приступом сердечным увезли... Ещё в городе. Сюда он так и не подъехал. Так Анна Николаевна его телефон попросила! А что Лариса? Лариса его не помнит наизусть! Мол, посмотрит, после похорон в специальном блокноте, он где-то в шкафу с книгами лежит.

В столовой на поминках было совсем немного народа. Соседи, кое-кто из одноклассников, несколько учителей. А родственников не было. Какие-то далеко живут, какие-то вообще не знались. Лариса улучила момент, вышла на улицу, прячась в платке от холодного ветра и позвонила отцу. Трубку он взял быстро и тут же спросил:

- Похоронили?

- Да. А что ты так и не приехал?

- Занят был. Не до этого.

- А я тут одна...

- Ну, а что ты хочешь? - перебил он её, - такая твоя планида! Теперь ты всё время одна будешь. Привыкай.

- Пап, тебе директриса звонить будет, ты скажи ей, что я с тобой жить буду, а то она меня в интернат сдаст...

- Так, может, так и надо?

- Я не хочу, пап... Я приеду к тебе на недельку, чтобы она успокоилась, а там придумаю что-нибудь. Работу в городе найду, квартиру сниму... Здесь, в деревне, всё равно делать нечего, и работы я здесь не найду. А мне ведь как-то жить надо будет! А в интернате я всё равно жить не буду! Я сбегу оттуда!

- Ну, хорошо, пусть звонит. Скажу, как ты просишь. Но ответственность за это будешь нести сама.

- Хорошо, хорошо! - обрадовалась Лариса. Это хорошо, что отец не собирается вмешиваться в её жизнь. А то кто его знает, что бы он там, в её жизни, понатворил! Он и так уже понатворил.

Ларисе было пять лет, когда он навсегда уходил из их дома. Пять лет - это уже немало, чтобы помнить. Пил он непроглядно, маму обижал. Когда уходил, кричал на маму, про какую-то дочь говорил, но Лариса не помнит что, помнит только , как закрывала уши, чтобы не слышать ничего, и вообще, она боялась, что уши просто лопнут. Когда он ушёл, мама плакала. Долго. И тихо. Лариса даже боялась к ней подойти... А Лариса радовалась! Наконец-то! Наконец-то этот злой и пьяный мужик ушёл! Собрал в чемодан свои носки, трусы и треники и ушёл! Раз забрал свои вещи, значит, не вернётся! И почему мама плачет? Радоваться надо! И почему мама этого не понимает?

Да и потом, мама считала, что им трудно жить без него, а Лариса была уверена, что наоборот - им лучше без него! И не нужен он вовсе!

А вот сейчас понадобился.

Хотя бы для того, чтобы её в интернат не отправили. Ничего. Найдёт в городе работу какую-нибудь, квартирку снимет, смотришь, поступит куда-нибудь на заочное... Профессию получит... А в интернате? Она там чужая будет. Обижать будут... Нет, не хочет она в интернат!

Домой они, как Лариса и предполагала, пришли вместе с Анной Николаевной. Лариса достала из шкафа блокнот, в котором мама по старинке записывала номера телефонов, открыла его на нужной странице и подала Анне Николаевне. Теперь можно. Теперь пусть поговорит с отцом. Он сейчас начнёт ей лапшу на уши вешать, мол, как он любит свою дочь и как собирается заботиться о ней! Он всем так говорит, когда кто-то его спрашивает про брошенную им Ларису. И вот теперь такие его речи как раз к месту будут. Иначе она не избавится от желания Анны Николаевны вмешиваться в Ларисину жизнь. Анну Николаевну понять можно, ведь пока Лариса учится в школе, которой она руководит, она будет нести за неё ответственность.

- Так вы приедете , чтобы забрать документы Ларисы из школы? Когда вас ждать?... Нет, нет, я не могу отдать их ребёнку просто так. Вы должны написать заявление, в котором будет указано, где Лариса продолжит учёбу... Нет, нет, ну что вы! Так нельзя!... Да, конечно, она уже большая девочка... Но она всё-таки ещё ребёнок!... Да, вы правы, паспорт у неё уже есть. Но ... Ну, хорошо, хорошо. Учитывая, что вы в больнице с сердечным приступом, я отдам Ларисе документы на руки. И провожу её на вокзал сама. И билет ей до города куплю. По истечении 9 дней. Обязательно её встречайте. И перезвоните мне, что доехала!... Что вы в больнице? Так Лариса и сказала... А это не так? А! Ну, всё в порядке. Я позвоню вам, как только посажу Ларису в поезд!