Проект Феникс

Глава 36. Разбор полётов, кибервойна и паста с видом на море

Глава 36. Разбор полётов, кибервойна и паста с видом на море

Новая явочная квартира, которую нашёл Искра, оказалась студией в рижском районе Торнякалнс с видом на старый город и Даугаву. Плюс — относительная анонимность и хороший интернет. Минус — размеры. Для шести человек, даже таких спартанских, это было тесновато.

— Ну что, — сказала Ассоль, бросая свой рюкзак на единственный диван. — Роскошные апартаменты. Прямо как в том фильме про нищебродов, которые решили ограбить казино. Только у нас вместо казино — психопат в костюме от Бруни, а вместо денег — вот этот холодный железяка. — Она пнула ногой контейнер, стоявший у стены.

— Осторожнее с экспонатом, Лисёнок, — проворчал Гром, расстилая себе спальник на полу. — Мы его еле вынесли.
—Экспонат, говоришь? — Ассоль усмехнулась. — Это не экспонат, Олег. Это кусок металла, из-за которого нас чуть не убили, и который теперь, как мне кажется, пахнет высокомерием и дорогим одеколоном. Искра, ты там что, уснул?

Искра, уже устроившийся за импровизированным столом из дверного полотна, на котором гудели три ноутбука и два монитора, оторвался от клавиатуры.
—Нет, не уснул. Я пытаюсь понять, как он нас взломал. Мои протоколы… они должны были быть чисты. Но он знал о наших каналах, о наших легендах, даже о точке встречи. Это не просто утечка данных. Это… это как если бы у него был доступ к нашему внутреннему серверу. Или к моей голове.

— Может, у тебя в голове чип вживлён, и ты об этом не знаешь? — поинтересовался Гром, копаясь в сумке с провизией. — У меня тут паста карбонара, кто хочет? Правда, банки со сливками помяты, но, думаю, живы.
—Гром, если ты снова притащил просрочку, я тебе этой пастой голову оторву и выброшу в Даугаву, — без энтузиазма сказала Ассоль. — Ладно, Искра, отодвинься. Дай мне посмотреть.

Она подошла к столу, отодвинула Искру (тот только вздохнул) и устроилась на его стуле. Её пальцы зависли над клавиатурой, глаза сузились.
—Ты искал бэкдоры в стандартных протоколах. А если он использовал нестандартный? Что-то на уровне аппаратного обеспечения. Модули в рациях, маячки в снаряжении… — Её пальцы полетели по клавиатуре с такой скоростью, что у Искры глаза на лоб полезли. Она открыла терминал, запустила низкоуровневый сканер, начала рыться в логах их последней связи. — Давай посмотрим на пакеты данных, которые мы отправляли Искре в момент провала… О, а это что за милая маленькая аномалия? Посторонний ping на частоте, которая якобы зарезервирована для экстренных служб Латвии… который шёл не на сервер Искры, а ретранслировался куда-то ещё…

Искра наклонился, вглядываясь.
—Это… это невозможно. Это значит, наша аппаратура была скомпрометирована на физическом уровне. Ещё до начала операции.
—Бинго, братик, — Ассоль откинулась на спинку стула. — Коллекционер, сука, не только стильно одевается, но и думает на несколько шагов вперёд. Он не взломал твои шифры, Искра. Он поставил жучки прямо в наше железо. Возможно, ещё на базе. Или в машинах. Или… — Она резко повернулась и посмотрела на контейнер. — Или в нём.

Все замерли.
—Блядь, — тихо выругался Волк. — Он мог подсунуть нам маяк. И мы его притащили прямо сюда.
—Не просто «мог», — сказала Ассоль, уже вставая и подходя к цилиндру. — Он наверняка это сделал. Это же коллекционер. Он любит следить за своими сокровищами. — Она обошла контейнер, затем резко ударила по его нижней части каблуком ботинка. Раздался глухой, неестественный для металла звук. — Вот. Полость. Гром, дай мне отвёртку, нож, лом, что угодно.

Гром, с полным ртом пасты, протянул ей мультитул. Ассоль ловко поддела нижнюю панель. Та отошла, обнажив не внутренности контейнера, а аккуратно встроенный модуль — передатчик с миниатюрной батареей и антенной.
—Ну здравствуй, маленький предатель, — прошептала она, выдернув устройство. — Работал на ультрашироком диапазоне. Следящий маяк и, возможно, прослушка. Искра, проанализируй частоты. Он мог записывать все наши разговоры с момента, как мы его взяли.

Искра, бледный, взял устройство и подключил его к анализатору.
—Да… он передавал в реальном времени. Координаты и аудио. Значит… он знает, где мы. Прямо сейчас.

В комнате воцарилась мёртвая тишина, которую нарушил только звук, с которым Волк дослал патрон в патронник своего пистолета.
—Всем собрать вещи. Немедленно. Уходим. — Его голос был спокоен, но в нём звенела сталь.
—Погоди, Волчара, — остановила его Ассоль. Она смотрела на маяк с хитрой ухмылкой. — Зачем уходить? У нас теперь есть козырь. Он думает, что мы ничего не знаем и сидим тут, как крысы в ловушке. А что, если мы дадим ему послушать то, что хотим?

Рысь, молча наблюдавшая со стороны, подняла бровь.
—Дезориентация?
—Именно, киска, — Ассоль щёлкнула пальцами. — Искра, ты можешь изменить сигнал с этого маяка? Подменить координаты? Или записать петлю — будто мы всё ещё здесь, сидим и чай пьём?
—Могу, — Искра уже оживился. — Я могу создать виртуальную копию маяка, которая будет транслировать записанный аудиофон и ложные координаты отсюда, а сам оригинал мы… куда-нибудь вывезем.
—Вывезем? — переспросил Гром. — А куда? На свалку?
—Лучше, — глаза Ассоль горели азартом. — В отделение полиции. Или в офис какого-нибудь шумного телеканала. Пусть его люди вломится туда с размахом. Будет шоу.

Волк задумался, но потом медленно кивнул.
—Хорошо. Работаем. Искра, готовь подмену. Гром, Рысь — готовьтесь к выезду. Нужно незаметно доставить этот маяк в центр города и оставить где-нибудь… заметно. Лисёнок, ты обеспечиваешь прикрытие операции в сети. Нужно создать видимость, что мы всё ещё активны здесь. Соцсети, платежи, всё что угодно.
—Уже делаю, — Ассоль схватила один из ноутбуков. — За полчаса я создам нам цифровые призраки, которые будут заказывать пиццу на этот адрес, смотреть порно и спорить о политике. Всё как у людей.

Работа закипела. Ассоль и Искра, сидя плечом к плечу, превратились в единый киберорганизм. Она взламывала городские камеры, чтобы обеспечить им слепые зоны для перемещения. Он настраивал сложную систему эха для маяка. Гром и Рысь готовили «посылку» — маяк был упакован в коробку из-под пиццы (Гром настаивал, что это поэтично), которую предстояло «забыть» в оживлённом кафе.