Проект Феникс

Глава 44. Будапештский блюз, финальный акт и тень на горизонте

Глава 44. Будапештский блюз, финальный акт и тень на горизонте

Будапешт встретил их промозглым ноябрьским дождем и запахом жареного лука, кофе и влажного камня. После стерильной чистоты «Севера-2» и пыльной жары Африки этот европейский город с его многовековой усталостью казался какой-то сюрреалистичной декорацией.

— Ну что, туристы, — сказала Ассоль, выходя из микроавтобуса у снятой на три дня квартиры в районе Терезварош. — Приехали в готическую сказку с привкусом гулёша и отчаяния. Ищем нашего изящного беглеца. Кто первый найдёт — тому я не буду материться целый день. Шучу, всё равно буду. Но найдущему — уважение.

Дмитрий Волков, уже изучая план города на планшете, отвлёкся:
—Квартира наша — точка сбора. Работаем по парам. Искра здесь, на связи, рыщет по сетям. Я с Рысью — отрабатываем возможные убежища в центре, по данным о его старых явках. Гром с Совой — проверяют вокзалы, паромные переправы. Ассоль…
—А я, — перебила его Ассоль, — пойду туда, где пахнет деньгами, стариной и паранойей. В будайскую крепость и на улицу Андраши. Он любит красивые виды и ощущение превосходства. И, возможно, попытается связаться с кем-то из старых контактов через условные сигналы. Я их знаю — рылась в его переписке.

Волк хотел возразить, но кивнул. Она была права. Она изучила Краузе лучше всех.
—Хорошо. Но на связи каждые тридцать минут. И без самодеятельности.
—Какая самодеятельность, Дмитрий, — обиженно вздохнула Ассоль. — Я же теперь младший лейтенант. Мне сам устав не позволяет. Ну, почти.

Они разошлись. Ассоль, переодетая в стильную, но неброскую чёрную одежду, с рюкзаком, в котором среди планшета и бутербродов лежали пистолет с глушителем и набор отмычек, растворилась в потоке туристов и местных жителей.

Её маршрут лежал сначала на Будайскую крепость. Она поднялась на фуникулёре, наслаждаясь видом на Дунай и Парламент, но её глаза сканировали не достопримечательности, а людей. Она искала не просто человека, похожего на Краузе. Она искала диссонанс. Слишком внимательный взгляд, слишком прямая осанка для расслабленного туриста, слишком дорогие часы на руке под дешёвой ветровкой.

На смотровой площадке у Рыбацкого бастиона она замерла. У одного из готических окон, спиной к толпе, стоял мужчина. Высокий, в длинном тёмном плаще, с кепкой на голове. Он не фотографировал. Он смотрел на город, но не как восхищённый гость, а как хозяин, оценивающий владения. И его рука, лежавшая на каменном парапете, была изумительно ухоженной, с идеально подстриженными ногтями. На мизинце — тонкая печатка с тёмным камнем. Та самая, что была у Краузе.

— Ну, здрасьте, Виктор, — прошептала Ассоль. — Нашёл себе роскошную обзорную точку. Неужели думаешь, что мы не придём сюда?

Она не стала приближаться. Вместо этого отошла за угол, достала миниатюрную камеру с мощным зумом и сделала несколько снимков. Потом нажала на микрофон в воротнике.
—Волк, у меня визуал. Будайская крепость, Рыбацкий бастион, северо-западный угол. Он здесь. Один. Похоже, ждёт кого-то или просто наслаждается последними видами перед тем, как нырнуть в кроличью нору.
—Держись на расстоянии, — немедленно ответил Волк. — Мы в десяти минутах. Гром, Сова, перекрывайте подходы к фуникулёру и лестницам. Рысь, со мной. Искра, глуши все возможные каналы связи в радиусе пятисот метров, чтобы он не мог предупредить своих.

Ассоль наблюдала, как Краузе, словно почувствовав неладное, резко обернулся и осмотрелся. Его взгляд скользнул по толпе, но она уже была не там, где стояла. Она переместилась, став частью группы японских туристов.

Краузе быстрым шагом направился к выходу с бастиона, но на узкой каменной лестнице его путь преградила Екатерина Морозова. Она стояла, якобы любуясь видом, но её поза была блокирующей.
—Извините, — сказала она по-английски с улыбкой. — Не подскажете, как пройти к собору?
Краузе попытался обойти её,но в этот момент с другой стороны появился Волк.
—Доктор Краузе. Прогулка окончена.

Лицо Краузе исказила гримаса, но не страха, а досады. Он резко рванулся в сторону, к парапету, за которым был крутой обрыв. Но с той стороны из-за колонны вышел Олег Громов, и его широкая улыбка не предвещала ничего хорошего.
—Куда собрался, красавчик? Не прыгать же.

Краузе замер, осознав, что окружён. Его рука потянулась под плащ.
—Не стоит, — тихо сказала Ассоль, появляясь у него за спиной. Её пистолет с глушителем был направлен ему в поясницу, скрытый складками его же собственного плаща от посторонних глаз. — В этот раз я стреляю без предупреждения. И не в пульт. Руки где видно.

Краузе медленно поднял руки. Его глаза встретились с глазами Ассоль. В них не было ни страха, ни ярости. Было… уважение.
—Лисёнок. Вы оказались быстрее, чем я предполагал.
—Я просто умнее, чем ты предполагал, — парировала она. — А теперь тихо идём. У нас есть уютная машина внизу. И много вопросов. Попробуй сбежать — и твоя коллекция пополнится посмертным экспонатом под названием «Дурак, который попытался переиграть «Феникс» дважды».

Их отход с крепости прошёл как по нотам. Гром и Сова прикрывали фланги, растворяя любопытные взгляды. Рысь и Волк шли по бокам от Краузе. Ассоль — сзади, её пистолет не опускался.

Они довели его до микроавтобуса, припаркованного в узком переулке у подножья холма. Затолкали внутрь, завязали глаза и надели наручники.
—Искра, — сказала Ассоль, садясь за руль. — Меняй точку. Они могли его уже навестить. Едем на запасную квартиру.
—Уже сделал, — отозвался голос в наушнике. — Координаты передал. Там чисто.

Новая квартира была в промышленном районе Будапешта, в старом кирпичном здании. Пусто, пыльно, но безопасно. Краузе посадили на стул посередине комнаты, сняли повязку с глаз.

Он осмотрелся, его губы скривились в брезгливой усмешке.
—Не самое элегантное место для допроса.
—Зато никто не услышит твоих криков, — сказал Гром, проверяя прочность наручников.
—Олег, он не будет кричать, — вздохнула Ассоль. — Он же эстет. Он будет изысканно страдать в тишине. Ну что, Виктор, говори. Кто тебя выдернул? Куда тебя везли? И зачем ты вообще связался с теми, кто тебя же и предал?