Проект "Штамм Забвения"

Акт 2: Точка отсчёта

Рейн молчал.
Контракт в его руках казался не бумагой, а петлёй.
"Что ты будешь делать?"
Он не знал.
Всё, что он только что увидел, противоречило всему, во что он верил. НексТек — единственная надежда человечества? Или они лишь прикрываются этим, используя людей, как расходный материал?
Он сжал пальцы, смяв край контракта.
— Я… мне нужно подумать.
Брат кивнул, словно ожидая этого ответа.
— Я отвезу тебя домой.
Рейн лишь молча последовал за ним.
Они ехали молча.
В темноте за окном проплывали руины города. Где-то вдалеке раздавался вой сирены — возможно, где-то снова прорвали карантин.
Брат всё так же спокойно вел машину, а Рейн смотрел в окно, пытаясь осмыслить всё увиденное.
"Живые носители Чёрного Гена."
"Полевая работа."
"Синий класс уничтожил весь отряд."
Наконец он выдохнул и сказал:
— Как давно ты об этом знаешь?
Брат даже не повернул головы.
— Достаточно давно, чтобы понять — это не случайность.
Рейн перевёл взгляд на него.
— Значит, ты не просто выполняешь приказы? Ты копаешь глубже?
Брат молча вёл машину.
— Что ты пытаешься выяснить? — не унимался Рейн.
— То же, что и ты. Правда.
Рейн хмыкнул.
— Только ты решил не играть по их правилам, а я — наоборот.
Брат чуть сжал руль.
— Ты знаешь, что, если подпишешь этот контракт, дороги назад не будет?
— Я знаю.
Брат пристально посмотрел на него, затем снова перевёл взгляд на дорогу.
— Твоя жизнь — твой выбор.
Рейн опустил голову.
"Но я-то знаю, что выбора у меня нет."
Они подъехали к дому.
Рейн вышел из машины, оглянулся на брата.
— Спасибо, что показал мне это.
Тот кивнул.
— Будь осторожен.
Рейн усмехнулся.
— Всегда.
Машина плавно тронулась с места, исчезая в ночи.
Он стоял перед дверью, сжимая контракт.
Потом глубоко вдохнул и вошёл внутрь.
07:43.
Будильник надрывно трезвонил, заставляя Рейна медленно выползти из сна.
Он протянул руку, сощурившись, и со второго раза попал по кнопке отключения.
В комнате приглушённый серый свет — за окном хмурое небо, пасмурно, как всегда.
"Новый день. Новая жизнь."
Рейн сел на кровати, провёл рукой по лицу. Голова тяжёлая, мысли спутанные.
Контракт всё ещё лежал на столе.
Он подписал его вчера вечером, но ощущение, будто это был чей-то другой поступок, не его.
Выбор сделан.
Он встал, потянулся, хрустнул шеей и направился в ванную.
— Бля… — пробормотал он, глядя в зеркало.
Под глазами тёмные круги, волосы взъерошены, лицо невыспавшееся.
Открутил кран. Холодная вода ожгла кожу, но помогла прийти в себя.
08:02.
На кухне пахло кофе.
Рейн стоял у плиты, слушая капли, падающие в кружку. Машина булькнула последний раз — готово.
Он налил чёрный кофе, сделал глоток. Горько. Живительно.
Телевизор работал в фоновом режиме.
"В 22:30 по Городскому времени зафиксирован новый случай заражения в Жёлтой зоне. Специалисты НексТек уверяют, что ситуация под контролем…"
Рейн фыркнул.
"Ага, под контролем, конечно."
"Тем временем представители НексТек заявили, что продолжают активные исследования вакцины. Директор корпорации Маркус Лэнг выразил уверенность в успешных результатах в ближайшие годы."
На экране улыбчивый мужчина в безупречном костюме, говорящий правильные слова.
09:30
Рейн вышел из дома, засунув руки в карманы.
Воздух пропах утренним дымом – кто-то жёг мусор в переулке.
Город жил, но напряжённо.
На главной улице стоял блокпост.
Металлические рамки с биодатчиками.
Двое военных в чёрных бронежилетах, рядом учёный в белом защитном костюме.
Люди проходили через сканер, иногда что-то пищало, и тогда военные останавливали человека, проверяя его документы.
Рейн пристально посмотрел, но не стал задерживаться – лишнее внимание тут было ни к чему.
"Ещё год назад такого не было."
Он свернул на боковую улицу, ведущую к рынку.
У входа ещё один патруль – но здесь проверяли избирательно.
Рейн спокойно прошёл мимо, ловя обрывки чужих разговоров:
"Они снова кого-то забрали ночью, слышал?"
"Да ерунда, у нас же всё безопасно."
"Если бы, чувак. Я видел, как санитарные машины уезжали без сирен."
На одном из экранов новостей выступал чиновник:
"Всё под контролем! Красная зона изолирована, угрозы для населения нет!"
Рейн усмехнулся.
"Да, конечно."
Проходя мимо одного из зданий, он заметил движение.
Во дворе стояли военные – несколько человек в тактической броне.
Перед ними мужчина, лет 40, весь в поту.
"Я не болен! Серьёзно, это просто грипп!"
"Процедура стандартная. Покажите документы."
"У меня нет… Я забыл их дома, но я правда в порядке!"
Учёный с планшетом провёл сканером по его руке.
Рейн увидел красный сигнал.
"Карантинный риск. Эвакуация."
Мужчина начал кричать, но его уже тащили в машину.
Рейн отвёл взгляд и пошёл дальше.
"Лучше не вмешиваться."
На рынке пахло жареным мясом и специями.
Продавцы громко перекрикивались, пытаясь заглушить шум улицы.
Кто-то покупал овощи, кто-то обсуждал последние новости.
На секунду можно было забыть, что всего в десяти километров отсюда – заражённые территории, а за каждой стеной может быть скрытая угроза.
Рейн купил бутерброд и банку энергетика, отошёл в сторону и просто наблюдал за городом.
Патрули, блокпосты, биодатчики.
"Мы будто уже живём в карантине, но никто не хочет этого признавать."
Он сделал глоток энергетика.
"М-да, не жизнь, а сказка"
10:23
Рейн уже почти подошёл к дому, когда из открытого окна донёсся кашель, а затем женский голос:
"Слушай, ты уже второй день так. Может, сходишь на обследование?"
Ответом был громкий мужской голос:
"Да отъебись, это всего лишь простуда."
Рейн на мгновение замедлил шаги, но сразу же продолжил идти.
Он знал, что за каждым таким «это всего лишь» скрывается гораздо больше, чем хотелось бы.
Именно по этой причине он когда-то хотел помочь в разработке антивируса, но теперь даже обычная простуда вызывала слишком много подозрений.
Он вспомнил, как соседи могли позвонить военным или врачам из НексТек для обследования — ведь за информацию о заражённых НексТек хорошо платил.
Те, кто вычислял носителей вируса, становились местными героями, а их "забота" о безопасности становилась выгодной сделкой.
Поднимаясь по лестнице, Рейн услышал разговоры из соседних квартир:
— Слышал? Вчера ночью кого-то увезли.
— Они говорят, что это не заражение.
— Ага, как будто они когда-нибудь говорили правду.
Город жил тревогой.
Рейн не стал задерживаться. Достал ключ-карту, провёл по замку.
Щелчок.
В квартире было тихо.
На столе лежал подписанный контракт.
Он ещё раз посмотрел на него, но сомнений уже не было. Выбор сделан.
Скинув куртку на спинку стула, он быстро переоделся. Чистая рубашка, тёмные брюки — строгий, почти официальный вид. В НексТек любили дисциплину.
Зеркало отразило усталое лицо.
Он взял папку с контрактом, сунул её подмышку, снова накинул куртку и вышел.
На улице где-то вдали завыла сирена.
Рейн не обратил внимания.
Город жил своей механической жизнью — машины плавно скользили по дорогам, люди торопливо двигались по тротуарам, а над всем этим возвышались экраны с рекламными слоганами корпорации:
"Безопасность. Контроль. Будущее."
Проходя мимо очередного блока проверки, Рейн заметил санитарную машину, стоявшую на обочине. Двое людей в белых костюмах с закрытыми лицами что-то обсуждали, а рядом сидела женщина, прижимая к груди ребёнка.
Её плечи вздрагивали. Она не плакала, но было видно — она знала, что их уже не отпустят.
Рейн отвёл взгляд.
С каждым днём город становился всё тише.
Он свернул в переулок и вышел к огромному зданию, возвышавшемуся над окружающими строениями.
Центральный корпус НексТек.
Чёрное стекло, строгие линии, отражение серого неба на поверхности фасада.
Он прошёл к главному входу, остановился перед пунктом контроля.
— Документы, — ровным голосом сказал охранник.
Рейн достал идентификатор и протянул.
Сканер мигнул зелёным.
— Проходите.
Стеклянные двери разъехались в стороны.
Холл встретил его стерильной чистотой. Полированное покрытие пола, экраны с корпоративными новостями, сотрудники в белых халатах и строгих костюмах, плавно двигающиеся по своим делам.
Он прошёл к стойке регистрации.
Женщина за терминалом взглянула на него.
— Рейн Кроуфорд?
— Да.
Она быстро что-то ввела на экран.
— Ваши данные подтверждены. Вас ожидают на 32-м этаже.
Она протянула ему небольшую карту.
— Это ваш временный пропуск. Держите его при себе. Доступ ограничен, но этого хватит для первого дня. Лифт в конце холла.
Рейн кивнул, взял карту и направился к лифту.
Люди, стоявшие рядом, мельком взглянули на него, но ничего не сказали. Здесь никто не задавал лишних вопросов.
Он вошёл в кабину и приложил карту к панели.
32-й этаж.
Лифт начал подниматься.
Рейн посмотрел на своё отражение в металлических стенах.
Всё казалось привычным.
Но внутри что-то подсказывало — с этого момента всё будет иначе.
Двери разъехались.
Он сделал шаг вперёд.
Всё здесь казалось стерильным до искусственности: ровные линии, чистые стены, мягкий свет, который не отбрасывал резких теней.
Коридор был пуст.
Рейн уже знал, куда идти.
Контракт подписан, выбор сделан. Теперь он — часть НексТек.
Проходя по коридору, он мельком взглянул на стеклянные перегородки кабинетов. За ними работали сотрудники: кто-то сидел за терминалами, кто-то изучал данные на экранах, а кто-то методично записывал что-то в бумажные журналы.
Люди здесь не разговаривали без необходимости.
В конце коридора его уже ждал человек в белом лабораторном халате.
— Кроуфорд, — коротко кивнул он. — Меня зовут Эван Холт. Я ваш куратор. Следуйте за мной.
Рейн молча кивнул.
Эван развернулся и уверенным шагом повёл его дальше по коридору.
— Ваша работа будет связана с исследовательским отделом четвёртого сектора, — говорил Холт, не оборачиваясь. — В основном анализ образцов, составление отчётов, участие в контролируемых экспериментах. Стандартная процедура для сотрудников вашего уровня.
"Контролируемых?"
Рейн ничего не сказал, лишь чуть нахмурился.
Они подошли к массивной двери с голографической панелью.
Эван провёл картой, и дверь плавно разъехалась в стороны.
Лаборатория.
Белые стены, несколько рабочих станций, капсулы с образцами, терминалы, мелькающие зелёными символами. Несколько человек в защитных костюмах работали с контейнерами, извлекая что-то из герметичных капсул.
Запах.
Рейн сразу его почувствовал. Слабый, химический, еле уловимый.
Здесь что-то было… неправильное.
— Это ваше рабочее место, — Эван указал на один из столов. — В ближайшие дни вам дадут доступ к базовым исследованиям. Пока привыкайте.
Рейн сделал несколько шагов вглубь лаборатории.
Лёгкий гул работающего оборудования наполнял пространство.
Эван Холт жестом указал на один из рабочих столов.
— Это ваше место. Система уже настроена под ваш идентификатор.
Рейн кивнул, подошёл ближе. На столе — терминал, несколько стеклянных пробирок в защитных контейнерах, планшет с базовыми инструкциями.
— На сегодня ваша задача проста, — продолжил Холт. — Ознакомьтесь с протоколами безопасности, изучите базу данных. Завтра получите первые образцы.
Рейн медленно провёл пальцами по гладкой поверхности стола.
— Что за образцы?
Холт слегка сощурился.
— Вирусные. Вам же говорили, что работа будет связана с реальными носителями?
Рейн почувствовал, как внутри что-то сжалось.
Он знал, на что подписывается. Но одно дело — читать это в контракте, и совсем другое — видеть перед собой запечатанные контейнеры с неизвестными штаммами.
— Вас что-то беспокоит, Кроуфорд? — голос Холта был ровным, но в нём слышился скрытый интерес.
Рейн заставил себя расслабиться.
— Нет. Просто хочу понять, насколько далеко зашли исследования.
Холт усмехнулся.
— Далеко, — коротко ответил он.
Рейн кивнул, сделал вид, что погружается в изучение документов на терминале.
Холт задержался на пару секунд, затем развернулся.
— Если появятся вопросы — обращайтесь.
Он направился к выходу, оставив Рейна одного.
Тот глубоко вдохнул, позволив себе осмотреться чуть внимательнее.
В дальнем углу лаборатории стоял герметичный бокс с затемнённым стеклом.
Рейн уже видел подобные во время учёбы. В таких хранили особо опасные образцы.
Только вот…
Почему рядом с ним дежурили двое людей в тактической экипировке?
Рейн задумался.
Его первая смена ещё даже не началась, а у него уже появилось слишком много вопросов.
Рейн прокручивал данные на терминале, бегло просматривая протоколы.
На первый взгляд — стандартные материалы. Описание штаммов, методы обработки образцов, контрольные меры.
Но чем больше он читал, тем больше его не покидало чувство, что чего-то здесь не договаривают.
Рядом с ним мелькнула тень.
— Кроуфорд?
Рейн поднял голову.
Перед ним стоял мужчина в сером костюме без бейджа. Среднего роста, подтянутый, тёмные волосы зачёсаны назад, лицо спокойное, но взгляд цепкий.
— Я здесь, чтобы забрать ваш подписанный контракт, — без лишних слов произнёс он.
Рейн машинально кивнул, достал папку и протянул документы.
Мужчина аккуратно взял бумаги, пробежался глазами по тексту, затем спрятал их в папку.
— Добро пожаловать в НексТек, — сказал он ровным голосом.
Рейн не ответил.
Мужчина задержался на секунду, затем кивнул и развернулся к выходу.
Рейн проводил его взглядом.
Всё это казалось формальностью, но внутри он чувствовал, что его присутствие здесь уже привлекло чьё-то внимание.
Рейн устроился за своим рабочим столом, прокручивая в голове всё, что успел увидеть за последние полчаса.
Контракт подписан. Документы забраны. Теперь он — часть системы.
Он снова посмотрел на терминал.
На экране высвечивались его данные и рабочие задачи на сегодня.
Задания:
Ознакомление с базой данных.
Анализ контрольных образцов (код: V-12, V-14).
Введение в протоколы безопасности сектора.
Рейн выбрал первый пункт.
Экран мигнул, загружая информацию.
База данных НексТек — Доступ: ограниченный
Перед глазами вспыхнули сотни файлов: исследования, отчёты, графики мутаций вируса. Большинство датировались последними двумя годами.
Он начал читать.
Первые документы были вполне ожидаемыми: методы выделения вирусных штаммов, механизмы заражения, скорость инкубационного периода.
V-12 — модификация вируса, передающаяся через жидкости организма. Высокий уровень мутаций.
V-14 — вариант с замедленной симптоматикой. Пассивный носитель может оставаться незамеченным в течение нескольких недель.
Рейн нахмурился.
"Несколько недель?"
Он помнил, что вирус действовал быстро — максимум трое суток. Но если они зафиксировали штамм с такой длительной латентной фазой…
Это меняло многое.
Он открыл следующий файл.
Доступ ограничен.
Рейн сжал зубы.
Часть данных была засекречена, даже для сотрудников его уровня.
Он сделал пометку в памяти — позже нужно будет выяснить, как получить доступ к этим файлам.
Переключился на второе задание.
Анализ образцов.
На его столе уже стояли два запечатанных контейнера.
Рейн надел перчатки, достал один из них и аккуратно поднёс к терминалу.
Система просканировала содержимое.
V-12 — активность: нестабильная. Мутация: зафиксирована.
Он нахмурился.
"Зафиксирована?"
Это значило, что образец продолжает изменяться даже в изоляции.
Рейн покосился в сторону герметичного бокса в углу лаборатории.
Двое охранников всё ещё были там.
Он заставил себя вернуться к работе.
Следующие пару часов он провёл, изучая образцы под микроскопом, делая замеры, записывая показатели.
Всё казалось… рутинным.
Рейн продолжал изучать образцы.
Он привык к лабораторной работе, но здесь было иначе. Каждое его действие фиксировалось. Каждый анализ записывался в систему.
Стерильность, порядок, контроль.
Но чем больше он углублялся в отчёты, тем больше чувствовал, что за всеми этими протоколами скрывается нечто большее.
Его терминал внезапно мигнул.
Новое задание добавлено:
4. Оценка стабильности образца V-14 в условиях повышенной температуры.
Рейн мельком взглянул на контейнер.
Образец находился в герметичной капсуле, подключённой к миниатюрной системе контроля среды.
Он ввёл команду.
Температура в капсуле начала медленно повышаться.
Сканер зафиксировал изменения.
V-14 — повышенная активность.
Рейн внимательно посмотрел в окуляр микроскопа.
Вирусные клетки начали двигаться быстрее, словно пробуждаясь.
Странно.
По идее, повышение температуры должно было замедлить их активность, а не наоборот.
Он вывел данные на экран.
Нестабильность: 18%… 24%… 31%…
Рейн нахмурился.
Если этот штамм ведёт себя так при изменении температуры…
Он внёс пометку в отчёт и продолжил наблюдать.
Прошло ещё около часа.
Рейн начал привыкает к ритму работы.
Но внезапно его внимание привлекло движение.
У дальнего бокса один из охранников что-то говорил по внутренней связи.
Второй стоял напряжённо, словно что-то ждал.
Рейн проследил за их взглядом.
Дверь в лабораторию открылась.
Вошли двое в чёрных тактических костюмах.
И они направлялись прямо к боксу.
Рейн сделал вид, что продолжает работать, но незаметно прислушался.
— Подтверждено. Транспортировка через пять минут.
— Контейнер готов?
— Да.
Затем…
— А с этим что делать?
— Оставить. Пока что.
Рейн слегка сжал пальцы.
"С этим?"
Он бросил ещё один взгляд на бокс.
Что бы там ни находилось…
Ему нужно было узнать.
Рейн не отрывался от терминала, делая вид, что погружён в работу.
Но его мысли были далеко от анализа образцов.
"Транспортировка через пять минут."
"Оставить. Пока что."
Что-то здесь происходило. Что-то, о чём никто не собирался говорить вслух.
Двое в тактической форме подошли к боксу.
Один ввёл код на панели. Прозвучал короткий звуковой сигнал, и затемнённое стекло начало медленно становиться прозрачным.
Рейн украдкой взглянул туда, стараясь не выдавать любопытство.
Внутри бокса…
На первый взгляд — просто ещё один контейнер.
Но нет.
Контейнер был массивнее остальных. Внутри — густая тёмно-красная жидкость, в которой медленно плавала… ткань?
Рейн напрягся.
Вирусные образцы он уже видел. Но это…
Это выглядело как часть чего-то большего.
Один из оперативников приложил устройство к контейнеру. Данные тут же отобразились на его экранчике.
— Стабильность падает, — пробормотал он.
Второй наклонился ближе.
— Ждём подтверждения. Без приказа не трогаем.
Рейн снова сделал вид, что читает данные на терминале, но внутренне напрягся ещё больше.
"Ждём подтверждения."
"Без приказа не трогаем."
Значит, они сами не знали, что делать дальше.
Он перевёл взгляд на остальных сотрудников лаборатории.
Никто даже не пытался посмотреть в сторону бокса.
Как будто все знали: лучше не проявлять интереса.
Рейн вдохнул, опустил взгляд обратно на экран.
Но теперь он знал точно.
В этой лаборатории изучали не только вирус.
Здесь было что-то ещё. Что-то, о чём даже сотрудникам НексТек не говорили.
"И теперь я — часть всего этого."
Рейн пытался сосредоточиться на работе, но напряжение в лаборатории было ощутимым.
Оперативники у бокса переговаривались вполголоса, ожидая дальнейших указаний. Остальные сотрудники продолжали работать, делая вид, что ничего необычного не происходит.
Тишину разорвал звук открывающейся двери.
Гул голосов стих.
В лабораторию быстрым шагом вошёл человек.
Высокий, худощавый, лет сорока пяти. Тёмные волосы аккуратно зачёсаны назад, тонкие очки на переносице. Белоснежный халат с символикой НексТек и персональным идентификатором с кодом доступа уровня "S-3" — куда выше, чем у всех присутствующих.
Рейн сразу понял: этот человек здесь главный.
Учёный не смотрел по сторонам — он двигался уверенно, как будто знал, что никто не посмеет его остановить.
— Где Холт? — резко спросил он.
Куратор Рейна тут же вышел вперёд.
— Доктор Штрауд, — произнёс он с лёгким поклоном головы. — Чем можем помочь?
Рейн невольно отметил, как изменилось поведение Холта. Он всегда был хладнокровным, но сейчас… Сейчас в его голосе была лёгкая осторожность.
Значит, этот Штрауд действительно был не последним человеком в системе.
Доктор коротко оглядел лабораторию, затем повернулся к оперативникам.
— Состояние образца?
— Стабильность падает, — ответил один из них. — Мы ждали подтверждения.
Штрауд раздражённо вздохнул, достал планшет и быстро ввёл несколько команд.
— Подтверждаю. Переводите в изолятор.
Оперативники тут же задвигали капсулу в мобильный бокс.
Рейн знал, что должен смотреть в терминал, но не мог отвести глаз.
"В изолятор?"
Что они там делают с этими образцами?
Штрауд тем временем уже переключился на другую задачу.
— Нам нужен человек для вылазки, — резко сказал он, обращаясь к Холту. — Срочно.
Холт слегка напрягся.
— У вас есть кандидаты?
— Берите того, кто есть. Главное, чтобы он был из научной группы.
Рейн почувствовал, как внутри всё сжалось.
"Научная группа."
"Берите того, кто есть."
Он знал, что сейчас произойдёт.
И точно — Штрауд повернул голову, его взгляд остановился на Рейне.
— Этот подойдёт.
Рейн встретился с ним глазами.
Холодный, расчётливый взгляд.
Не предложение.
Приказ.
В лаборатории повисла напряжённая тишина.
Рейн встретился взглядом с Штраудом.
Тот изучал его, как лабораторного подопытного — спокойно, холодно, без намёка на сомнение.
— Подойдёт, — повторил он, переключая внимание на Холта.
— Он только сегодня приступил к работе, — осторожно заметил куратор.
— Тем более. Пусть сразу привыкает, — сухо отрезал Штрауд.
Рейн стиснул зубы, но внешне оставался спокойным.
"Привыкает к чему?"
Он знал, что вылазки за биоматериалом — это не просто выезд на исследовательский объект.
Это опасно.
Холт перевёл взгляд на Рейна, но ничего не сказал. Он уже понял, что выбора нет.
— Вылет через двадцать минут, — добавил Штрауд, убирая планшет. — Экипировку ему выдадут в секторе подготовки.
Рейн глубоко вдохнул.
"Двадцать минут."
— Где точка сбора? — спросил он.
Штрауд посмотрел на него с лёгким интересом, будто удивился, что он не задаёт лишних вопросов.
— Южный блок, ангар 4. Вам всё объяснят на месте.
Рейн кивнул, стараясь выглядеть уверенным.
Штрауд больше ничего не сказал. Он развернулся и вышел из лаборатории так же быстро, как появился.
Оперативники забрали контейнер с образцом и последовали за ним.
Когда дверь закрылась, Холт устало выдохнул.
— Не успел ты войти в систему, а тебя уже бросают в пекло.
Рейн поднялся со стула.
— Что меня там ждёт?
Холт посмотрел на него внимательно.
— Надеюсь, ты не боишься выходить в реальный мир, Кроуфорд.
Рейн слабо усмехнулся.
— Вопрос не в страхе. Вопрос в том, насколько "реален" этот мир.
Холт хмыкнул.
— Узнаешь сам.
Он махнул рукой в сторону выхода.
— Двигай. Если опоздаешь, никто за тобой бегать не будет.
Рейн развернулся и направился к выходу.
Каждый его шаг отдавался глухим эхом в пустом коридоре.
Он не знал, во что вляпался.
Но теперь пути назад уже не было.
Коридоры НексТек были пугающе пустыми.
Рейн шёл быстрым шагом, прокручивая в голове последние события.
"Первый день на работе, а меня уже отправляют в поле."
"Почему именно я?"
Штрауд не выбрал его случайно. Он мог взять любого, но почему-то остановился на нём.
Рейн не знал, что это значит, но нутром чувствовал — это не простое совпадение.
Он свернул направо и подошёл к двойным дверям с маркировкой "Сектор подготовки".
Дверь плавно открылась.
Внутри его уже ждали.
Просторное помещение, приглушённый белый свет, несколько сотрудников, проверяющих снаряжение.
У дальней стены стояли люди в чёрных тактических костюмах, готовые к вылету.
Один из них, высокий мужчина с бритой головой, повернулся к нему.
— Кроуфорд?
Рейн кивнул.
— Выдайте ему снаряжение, — приказал мужчина.
К нему подошёл сотрудник, молча передал защитный костюм и дыхательную маску.
— Надевай, — коротко сказал он.
Рейн молча принял комплект, расстегнул куртку и начал переодеваться.
Костюм был плотным, но лёгким. Чёрный, с серыми полосами на плечах. Встроенные сенсоры, датчики состояния организма.
— Что нас ждёт на задании? — спросил Рейн, застёгивая ремни.
Бритоголовый хмыкнул.
— Ты ведь научник. Тебе сказали собрать образцы, вот и собирай.
Рейн взглянул на него.
— Мы идём в Жёлтую зону?
Короткая пауза.
— Нет. Красная.
Рейн почувствовал, как внутри что-то сжалось.
Красная зона.
Территория, где официально "жизни нет".
Где, если верить отчётам, ничего не осталось.
— Доставим тебя на место, дашь своё заключение, заберём образцы и уходим, — продолжил оперативник. — Всё просто.
"Конечно. Просто."
Рейн накинул маску, проверил крепления.
— Вылет через пять минут, — раздался голос с динамиков.
Оперативники подняли снаряжение, двинулись к выходу.
Рейн последовал за ними.
Всё внутри подсказывало ему, что эта миссия — не обычная научная экспедиция.
Рейн шагнул в ангар.
Гул двигателей, мигающие сигнальные огни, запах машинного масла — здесь всё было пропитано ощущением предстоящего вылета.
В центре стоял "Гарпия" — тяжёлый бронированный транспорт, способный выдерживать экстремальные условия заражённых зон. Тёмный корпус, массивные турбины, символика НексТек на борту.
Оперативники быстро заняли свои места.
Рейн поднялся по трапу, уселся рядом с контейнерами для образцов и застегнул ремни.
— Проверка связи, — раздался голос пилота.
В наушниках шлема пошли короткие сигналы, подтверждающие подключение к внутренней сети.
— Все на борту. Взлёт через минуту, — объявил бортинженер.
Рейн стиснул зубы.
"И вот мы летим в Красную зону."
"Что я там увижу?"
Он взглянул на оперативников напротив.
Те сидели молча, их лица скрывались за тактическими шлемами с визорами.
Никаких разговоров.
Никаких эмоций.
Они уже знали, что их ждёт.
Рейн закрыл глаза, глубоко вдохнул.
Двигатели взревели, транспорт содрогнулся, начав отрываться от земли.
Всё. Обратного пути нет.
Спустя несколько минут они уже прорывались через густые облака, оставляя город позади.
Рейн смотрел в иллюминатор, пока последние очертания цивилизации исчезали внизу.
Теперь перед ним лежали лишь мёртвые земли Красной зоны.
С высоты руины выглядели тихо, мертво.
Но Рейн не верил в эту тишину.
— Две минуты до высадки, — сообщил пилот.
Он глубоко вдохнул, проверяя снаряжение.
Тактический костюм, маска, датчики на наручном устройстве — всё в норме.
Рядом бойцы Гидры-9 молча проверяли оружие. Их лица скрывались за визорами, но по движениям было видно — они были готовы.
Рейн не был.
— План, — наконец спросил он.
Командир Гидры-9 слегка повернул голову.
— Высаживаемся у Точки-7, продвигаемся к группе исследователей. Они закрепились в здании бывшей лаборатории.
— Их много?
— Четверо. Двое ранены.
Рейн сжал челюсти.
— Они успели собрать образцы?
Командир молчал секунду дольше, чем нужно было для простого ответа.
— Нет.
Рейн почувствовал, как внутри всё сжалось.
— Почему?
Командир посмотрел прямо на него через затемнённый визор.
— Потому что человек, который умел их собирать, мертв.
Рейн ничего не сказал.
Он не был полевым специалистом. Он не умел работать в условиях заражённой зоны.
Но теперь у него не было выбора.
Он закрыл глаза на секунду, затем глубоко выдохнул.
— Значит, теперь этим займусь я.
Командир кивнул.
— Минутная готовность! — раздался голос пилота.
Транспорт слегка тряхнуло.
Грузовая дверь "Гарпии" разъехалась в стороны, впуская ледяной, гнилостный воздух.
Внизу тянулись разрушенные улицы.
Мёртвые.
Но не пустые.
Первыми вниз пошли бойцы.
Раз. Два. Три.
Рейн шагнул к краю, сердце бешено колотилось.
"Вот дерьмо…"
Высадка началась.
Рейн приземлился на потрескавшийся асфальт.
Воздух тяжёлый, влажный, пахнущий ржавчиной, разложением и сыростью.
"Теперь мы здесь."
Он быстро выпрямился, огляделся.
Они высадились в узком переулке, заваленном мусором и брошенными машинами. Вокруг — тёмные окна разрушенных зданий, молчаливые и пустые.
Но Рейн чувствовал.
Это обман.
Где-то там, в тени руин, что-то двигалось.
— Вперёд! — скомандовал командир Гидры-9.
Отряд начал двигаться.
Бойцы шли быстро, но бесшумно, дробовики с глушителями направлены вперёд.
Рейн старался держаться ближе к центру группы.
— Точка-7 в пятистах метрах, — раздался голос одного из бойцов.
— Связь с группой?
— Пропала три минуты назад.
Рейн напрягся.
"Чёрт… три минуты."
Он проверил наручный экран.
Красная зона нестабильна. Любая задержка могла означать одно — они не успеют.
— Контакт, два часа, — раздался голос бойца.
Рейн повернул голову.
Из разбитого магазина выползали фигуры.
Бледные, неестественно худые, с пустыми глазами.
Белый класс. Бродяги.
— Работаем, — спокойно сказал командир.
Глушители заглушили звуки первых выстрелов.
Бродяги осели на землю, едва издав звук.
Но было поздно.
Глубже в переулке раздался приглушённый стон.
Рейн сразу понял, что это значит.
— Стональщики! — предупредил один из бойцов.
Командир выругался.
Группа ускорила шаг.
Рейн украдкой взглянул назад.
Вдали, среди развалин, кто-то двигался.
Они привлекли внимание.
— Быстрее! — рявкнул командир.
Теперь они бежали.
Рейн не задавал вопросов.
Они выскочили на главную улицу, пересекли заброшенную автостраду.
И увидели цель.
Лаборатория.
Небольшое здание из серого бетона, часть крыши обрушена.
На входе — два тела.
Заражённые?
Нет.
Рейн замер.
Эти люди были вооружены.
Но мертвы.
Командир сделал жест — осторожно.
Отряд медленно двинулся вперёд.
— Живые есть? — тихо спросил один из бойцов.
Изнутри здания донёсся глухой звук.
— Чёрт… — выдохнул Рейн.
Они ещё могли успеть.
Но в воздухе уже пахло смертью.
Рейн медленно двинулся вперёд, держа руку ближе к поясному креплению. Он не был бойцом, но понимал: если что-то случится, у него не будет времени на раздумья.
Командир Гидры-9 жестом приказал двум бойцам осмотреть вход.
Они бесшумно двинулись вперёд, скользя тенями между перевёрнутыми столами и остатками лабораторного оборудования.
— Тела свежие, — тихо сказал один из них, осматривая погибших у входа.
Рейн посмотрел на них внимательнее.
Бойцы. Но не заражённые.
На броне — следы глубоких разрезов, но не от когтей.
От клинков.
"Кто, чёрт возьми, ещё здесь?"
Внутри здания снова раздался звук.
Как будто кто-то ронял что-то тяжёлое.
Командир жестом дал сигнал группе двигаться.
Они вошли внутрь.
Темно.
Только лучи фонарей прорезали густую пыль.
Лаборатория была разгромлена. Столы перевёрнуты, стекло под ногами хрустело даже через плотные подошвы ботинок.
— Где они? — прошептал один из бойцов.
Рейн проверил наручный терминал.
— Уровень заражения нулевой… здесь чисто.
— Чисто не значит безопасно, — тихо сказал командир.
Они двинулись дальше, пробираясь мимо разбросанных бумаг и разбитых контейнеров.
Рейн заметил странные отметки на стенах.
Кровь.
Но не растёкшаяся, а размазанная, как будто кто-то пытался оставить знак.
— Здесь, — прошептал один из бойцов, остановившись у двери.
Командир дал знак.
Двое бойцов заняли позиции.
Рейн затаил дыхание.
Они распахнули дверь.
Внутри — трое выживших.
Двое сидели у стены, один корчился на полу, сжимая раненое плечо.
— Гидра?! — с хрипом выдохнул один из них, увидев отряд.
— Живы? — коротко спросил командир.
— Больше нет, — тот медленно кивнул в сторону ещё одного тела.
Рейн понял, кто это.
Человек, который должен был собрать образцы.
Мёртв.
Его пальцы всё ещё сжимали порванную сумку с контейнерами.
— Что случилось? — спросил командир.
Мужчина тяжело сглотнул.
— Мы… Мы нашли образцы, но они вернулись раньше.
— Кто?
— Те, кто… не должны были выжить.
Рейн почувствовал, как холодок пробежал по спине.
Командир выругался, достал рацию.
— Говорит Гидра-9, эвакуация немедленно, повторяю…
"Что-то идёт не так."
Рейн посмотрел на тело погибшего учёного.
Контейнеры разбиты.
Но часть образцов может быть ещё цела.
Он сделал шаг вперёд…
И тогда снаружи раздался первый крик.
"Они здесь."
— Контакт! — рявкнул один из бойцов Гидры-9.
В тот же момент в стену здания ударилось что-то тяжёлое.
Рейн почувствовал вибрацию пола.
— Время вышло! — выдохнул командир. — Где образцы?!
Все взгляды обратились на тело погибшего учёного.
Сумка с контейнерами разорвана, но не всё потеряно.
Внутри ещё оставались целые капсулы.
Рейн не думал.
Он знал.
Это его работа.
— Прикрывайте меня! — коротко бросил он, уже опускаясь на колено.
Вокруг зазвучали выстрелы с глушителями.
Бойцы держали периметр, но звуки за стенами становились громче.
Рейн рванул молнию сумки, достал первую целую капсулу.
Руки дрожали, но он должен был успеть.
Раз.
Два.
Три.
— Кроуфорд, быстрее! — рявкнул один из бойцов, перезаряжая оружие.
Рейн не мог дышать в маске, влага забивалась внутрь. Дыхание сбилось.
"Чёрт. Чёрт!"
Он дёрнул крепление на шее и сорвал противогаз.
Воздух Красной зоны обжёг лёгкие.
Гнилостный, тяжёлый, наполненный чем-то невидимым.
Но времени не было.
Он вытащил последнюю капсулу…
И в этот момент что-то ударилось в окно.
Стекло потрескалось.
Снаружи белое, вытянутое лицо без глаз прижалось к трещинам.
Рейн не успел даже моргнуть, как нечто снаружи в ярости ударило снова.
Стекло лопнуло.
Осколки полетели во все стороны, и всплеск крови ударил Рейна прямо в лицо.
Прямо в глаз.
— Кроуфорд! — рявкнул командир.
Рейн замер.
Жгучее, липкое ощущение разлилось по левому глазу.
Кровь.
Заражённая?
Он не мог думать.
Он не мог терять контроль.
— Уходим! — крикнул кто-то.
Рейн схватил контейнеры, вскочил на ноги.
Бойцы отступали, ведя огонь по силуэтам в проёме.
Рейн не видел, что там.
Он видел только красный оттенок перед глазами.
"Я… Я заразился?"
"Нет. НЕ СЕЙЧАС."
Он рванул к выходу, пока мутанты прорывались внутрь.
— "Гарпия", эвакуация немедленно! — раздался голос командира в рации.
Рейн бежал.
Глаза резало, воздух в лёгких жёг, но он не мог останавливаться.
— Быстрее, мать вашу! — рявкнул командир Гидры-9, ведя огонь короткими, точными очередями.
Мутанты ломились в здание, ползли по стенам, выходили из трещин.
Белые.
Лица бесформенные, слепые, кожа мертвенно-матовая, вытянутые руки тянулись к ним, цепляясь за воздух.
Рейн не смотрел назад.
— Держим периметр! — кто-то бросил дымовую шашку, перекрывая обзор мутантам.
К чёрту периметр.
К чёрту всё.
"Я заразился?"
Нет. Позже. Думать позже.
Сейчас — выжить.
Они вырвались из здания и сразу наткнулись на новых заражённых.
— Левее! Уходим через парковку!
Рейн почти не слышал их.
Уши заложило, пульс гремел в голове.
"Сколько у нас времени?!"
— "Гарпия", ответьте! — рявкнул командир в рацию.
— Две минуты до точки! — голос пилота звучал слишком далеко.
"Две минуты — это вечность."
Перед ними был двор, заваленный старыми машинами.
— Шевелитесь!
Бойцы проскальзывали между обломками, оставляя за собой гильзы и мёртвые тела.
Рейн почти не видел, куда бежит.
Левый глаз затянут кровавой дымкой.
Но он держал контейнеры.
Он не мог их уронить.
— Выход на шоссе! — крикнул один из бойцов.
Они выбежали на широкую разбитую трассу.
Вдали уже раздавался рёв двигателей.
"Гарпия" шла на посадку.
— Последний рывок!
Рейн не думал.
Он шёл за бойцами.
Но тогда из-под перевёрнутого автобуса что-то выползло.
Зелёный класс.
Ползун.
Оно метнулось вперёд резко, слишком быстро.
Рейн не успел среагировать.
Оно ударило его в бок, сбивая с ног.
Контейнеры выскользнули из рук.
Мир закружился.
Он ударился плечом, ладонь ободрало о бетон.
Ползун зашипел, двигаясь по кругу, выжидая момент.
Рейн почувствовал настоящую панику.
Он не мог умереть здесь.
Не так.
— Кроуфорд, вниз!
Резкий хлопок.
Пуля вошла в голову мутанта, и оно рухнуло.
Рейн вздрогнул, перевернулся на бок, хватая контейнеры.
Рука дрожала.
— Вставай, мать твою! — командир подскочил, подхватывая его за воротник.
Рейн пошатнулся, но сжал контейнеры крепче.
— Всё, бежим!
Рёв "Гарпии" уже над головой.
Они добежали до зоны посадки в последнюю секунду.
Транспорт завис над дорогой, люк открыт.
— Прыгаем!
Бойцы по одному запрыгивали внутрь.
Рейн подбежал…
Толчок ногами, руки хватают края люка…
Его затягивают внутрь.
Последний боец запрыгивает следом.
— Пошёл-пошёл, поднимаем! — пилот дал форсаж, и "Гарпия" резко взмыла вверх.
Рейн рухнул на пол отсека, зажав контейнеры в руках.
Грудь вздымалась, каждый вдох болезненный.
Он выжил.
Но его левый глаз заливала кровь.
В отсеке "Гарпии" стояла тяжёлая тишина.
Рейн лежал на холодном полу, сжимая контейнеры так сильно, что пальцы онемели.
Грудь рывками вздымалась, лёгкие обжигало после воздуха Красной зоны.
Но больше всего его беспокоил глаз.
Левый глаз резало огнём, кровь застывала на коже.
"Я заразился?"
Он не знал.
— Кроуфорд, ты цел? — голос командира Гидры-9 пробился сквозь шум в ушах.
Рейн медленно поднялся на локтях, прижимая контейнеры к груди.
— Я… жив.
Боец рядом с ним наклонился, осматривая его маску.
— Ты снял противогаз?
Рейн сжал челюсти.
— Да.
В отсеке повисла тишина.
— Кровь попала в глаз? — спросил один из бойцов.
Рейн не ответил сразу.
Он медленно поднял руку, провёл пальцами по виску.
Красные разводы растеклись по перчатке.
— Да.
— Чёрт.
Кто-то выругался.
Командир не двигался, просто смотрел на него.
— Тебя проверят сразу по прибытии.
Голос был без эмоций.
Рейн понял, что это значит.
"Если тест покажет заражение… они меня не выпустят."
"Или… не дадут шанса уйти."
Он выдохнул, ощущая, как пот стекает по спине.
— Образцы в порядке? — резко сменил тему командир.
Рейн кивнул, передавая контейнеры.
— Все целы.
Боец рядом с ним с облегчением выдохнул.
— Тогда ты не зря рисковал, Кроуфорд.
Рейн ничего не ответил.
В этот момент "Гарпия" резко пошла на снижение.
— Пять минут до посадки.
Внутри всё сжалось.
"Скоро я узнаю свой приговор."
Рейн молчал, чувствуя, как напряжение сгущается вокруг него.
Глаза бойцов Гидры-9 то и дело касались его лица.
Никто не говорил вслух, но все думали одно и то же.
"Если он заражён…"
"Что делать, если он начнёт мутировать прямо здесь?"
Он чувствовал, как воздух в отсеке стал плотнее, как пальцы сжимают оружие чуть крепче.
Рейн понял — они готовы пристрелить его на месте, если что-то пойдёт не так.
Он глубоко вдохнул, заставляя себя не думать об этом.
"Сначала тест. Потом паника."
Левый глаз саднило, зрение с этой стороны плыло, но он держался.
— Приближаемся, — сообщил пилот.
За бортом мелькали огни НексТек, стерильные белые залы, коридоры, залитые ровным светом.
Совсем другой мир.
Но Рейн не думал о здании.
Он думал о том, что случится, когда дверь откроется.
Что они с ним сделают?
Площадка приближалась.
— Готовьтесь к выходу, — сообщил пилот.
Командир Гидры-9 посмотрел на Рейна.
— Ты знаешь, что делать.
"Да. Я знаю."
Тест.
Если он чист, его оставят в живых.
Если нет…
Рейн не хотел думать о "если нет".
Транспорт мягко сел, створки начали раздвигаться.
Снаружи уже ждали.
Медики. Охрана. И… кто-то ещё.
Рейн замер, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.
Штрауд.
Он стоял спокойно, руки сцеплены за спиной.
Ждал.
Рейн понял — от этого человека зависит его судьба.
— Кроуфорд, выходи, — раздался голос.
"Иду."
Рейн шагнул на платформу, чувствуя, как на него тут же направились взгляды.
Медики. Охрана. Штрауд.
Их лиц. Их оружия. Их ожидания.
"Сейчас решится всё."
— Прямо в изолятор, — сухо сказал Штрауд.
Рейн не спорил.
Он чувствовал, как бойцы Гидры-9 напряжённо замерли.
Их дело было закончено, но если он вдруг начнёт меняться…
Тогда они будут знать, что делать.
— Двигайся, Кроуфорд, — приказал один из медиков.
Два охранника взяли его под руки, не грубо, но без права на отказ.
Рейн не сопротивлялся.
Чем спокойнее он будет, тем выше шанс выжить.
Шанс узнать правду.
Они повели его вглубь комплекса.
За ними шёл Штрауд.
Рейн знал, что он не просто так здесь.
Он хочет увидеть результат теста лично.
"Они уже приняли решение?"
"Или всё зависит от анализов?"
Тяжёлая герметичная дверь разъехалась в стороны.
Изолятор.
— Снимай снаряжение, — приказал медик, указывая на металлическую капсулу в центре.
Рейн глубоко вдохнул.
Он знал, что выбора нет.
Он знал, что через несколько минут ему скажут, жить ему или нет.
Рейн медленно расстёгивал крепления костюма, чувствуя, как пот липнет к коже.
Каждое движение давалось с трудом.
Один ремень. Второй.
Он не хотел снимать защиту.
Потому что, как только костюм упадёт на пол, он станет уязвимым.
И если он заражён…
Он закрыл глаза на секунду, пытаясь взять себя в руки.
— Кроуфорд, быстрее. — Голос медика был ровным, но в нём слышалось нетерпение.
Рейн стиснул зубы и скинул верхнюю часть костюма.
Холодный воздух обжёг кожу.
Медики не теряли времени.
Они тут же схватили его руки, поднесли к прибору, сняли первый анализ.
Датчик пискнул.
— Кровь на анализ. Немедленно.
Рейн почувствовал укол в шею, когда один из медиков взял пробу крови.
— Ждать здесь, — приказали ему.
Он медленно сел на металлическую кушетку, сжав ладони в кулак.
Теперь оставалось только ждать.
Штрауд всё это время молча наблюдал.
Рейн чувствовал его взгляд.
Ему даже не нужно было спрашивать — если тест покажет заражение, он не выйдет из этой комнаты.
Десять минут.
Пятнадцать.
Рейн почти не дышал, слушая, как медики работают с анализами.
Вдруг один из них напрягся.
Рейн это заметил.
"Что?"
Медик посмотрел на экран, затем перевёл взгляд на Штрауда.
Тот сделал шаг вперёд.
— Говорите.
Медик задержался на секунду.
А потом сказал:
— Результат… отрицательный.
Рейн закрыл глаза.
Он не знал, радоваться или нет.
Он выжил.
Но тогда что попало ему в глаз?
Он медленно поднял голову, встретившись взглядом с Штраудом.
Тот не выглядел разочарованным.
Он выглядел заинтересованным.
— Любопытно… — медленно произнёс Штрауд.
Рейн не шелохнулся, но внутри всё напряглось.
Он не верил в этот результат.
"Отрицательный? После всего, что произошло?"
Он сам чувствовал, что с ним что-то не так.
Но тест говорил обратное.
— Вы не ожидали такого результата, да? — хрипло спросил Рейн.
Штрауд слегка улыбнулся.
— Ожидание не имеет значения, Кроуфорд. Важно то, что есть.
Его голос был слишком спокойным.
Слишком… уверенным.
Рейн сжал кулаки, ощущая, как по коже пробежал неприятный холодок.
— Я могу идти?
Штрауд сделал паузу, прежде чем ответить.
— Пока да.
"Пока?"
Рейн почувствовал, как что-то внутри сжалось.
Он встал, сделал шаг к выходу.
Но не успел дойти до двери, как услышал голос Штрауда.
— Ах да, Кроуфорд…
Рейн остановился, обернулся.
Штрауд смотрел на него почти с интересом.
— Если вдруг почувствуете… что-то необычное, сообщите нам сразу.
Рейн молча смотрел на него, прежде чем развернуться и уйти.
Дверь за ним закрылась.
Он шагал по коридору, но не чувствовал пола под ногами.
Всё гудело, пульс бил в висках.
Рейн захлопнул дверь, но звуки коридора ещё долго эхом били в ушах.
Он стоял в темноте, глядя перед собой, но не видел ничего.
Лёгкие не слушались.
Воздух не проходил в грудь.
Паника.
Глухая, давящая паническая атака накатила волной, разрывая его изнутри.
Рейн схватился за голову, пытаясь взять себя в руки, но…
— Нет… нет, нет…
Шёпот сорвался с губ сам по себе.
Грудь стянуло, сердце колотилось так, что казалось, оно вот-вот остановится.
Тест отрицательный!
Он чист!
Тогда почему…
Почему ему казалось, что внутри что-то… ползёт?
Шевелится?
Меняется?
Он резко сорвал с себя куртку, рухнул на колени.
Дыхание сбивалось.
Он не мог вдохнуть нормально.
Руки дрожали, пальцы сжались в кулаки до боли.
Где-то на периферии сознания гудел голос Штрауда.
"Любопытно…"
Рейн чувствовал пот, стекающий по спине, но тело холодело.
Паника не отпускала.
Она разрасталась.
Пульс ударял в уши, грудь стягивало словно тисками.
Он схватился за лицо.
И тогда всё замерло.
На ладони…
На кончиках пальцев…
Кожа… горячая.
Слишком горячая.
Но не как при лихорадке.
А как будто…
Изнутри шла волна жара.