Профессор, прошу к столу. Дичь подана!

Глава 4.3. Жуки не играют в шарады

По мнению Сени, Волд прямо-таки напрашивался на сравнение с обыкновенной белкой: у него были припрятаны запасы в дюжине местечек, а может, и в двух дюжинах. Кто ж станет вести учёт? И, похоже, хранитель, как и этот зверёк, не всегда мог вспомнить, что и куда схоронил. Левый сапог нашёлся у ручья, в ямке под кочкой, правый же – пришлось порядочно поискать. И лежал он, разлученный со своей парой, во вполне обжитом дупле. Семья рысесов не сразу согласилась расстаться с частью их гнезда – хранитель долго торговался и даже был поцарапан. С седлом и прочим приключилась примерно та же история. Поэтому сборы вынужденно затянулись.

– Складывать всё добро в один «сундук» – дурная затея. А так, найдёт кто портки, а они без пояска! Плюнут и не стибрят, – рассуждал Волд, поглядывая на свою протеже. – Спинку почистила? Теперь потник!

Старик прилежно помогал надеть сбрую на Хорика – своевременно подавая… ценные советы.

– А это на шею! Тебе! – он протянул Сене знакомый цветочный «хомут».

Что сделала она? Благодарно чихнула на прощание и поторопилась взобраться на скакурога. Тот стоически перенес все до единой попытки. И после третьей – удачной – затрусил по едва приметной тропинке совершенно не туда, куда до этого намеревалась отправиться его горе-наездница. Хранитель так и остался стоять с венком в руках.

− Зззря отказззалась! − напомнил о себе Гектор. Крошкой он Сене нравился гораздо больше. И сейчас ощущался родинкой под волосами. Хотелось потрогать эту говорящую выпуклость, но жук немедленно прочертил рамки дозволенного и пригрозил возмездием за малейшее поползновение в его адрес.

− Это почему?

− Вблизззи Не-Гри опасно.

Кто ей, наконец, расскажет, чем Гри от «Не-Гри» отличается?! Из случайных намёков вырисовывалось, что последнее − тайна, в прямом смысле покрытая мраком.

− Там водятся чудовища? − одолжила Сеня идею у Кинга[1].

И тут же получила опровержение:

− Там никто не водится. В этом вся жжжуть!

− Так мы туда и не едем, − парировала она.

Гектор щекотно пошевелил лапками и снизошел-таки до объяснения:

− Мы нашли тебя лежжжащей на краю Гри. Магия там плохая. Жужжит! Можжжно обезззуметь и лишиться воли! Чернобыльник зззащищает! Повезззло ещё, что ты не маг, а пустышка!

Выходит, Сеню «облучило»? Но гомеопатически? Потому что она не из этого мира, и в ней нет чего-то вроде магических сил?

− Почему Волд мне толком ничего не сказал?

− Не зззнаю! Зззабыл…

И как это понимать?! На ум невольно пришла строчка из садистского стишка: «Дедушка старый − ему всё равно». Мда. О чём ещё хранитель умолчал? Отослал иномирянку к эльфам, а чего от них ждать − вопрос животрепещущий! Оставалось надеяться, что эти остроухие аборигены − как у Толкиена: просвещенные и падки на благотворительность.

Размышлять об ином мире, однако, мешали разнообразные ощущения и необходимость приноравливаться к непривычной посадке. Сама по себе верховая езда не была для Сени в новинку. Незмеевы увлекались конными прогулками, и часто приглашали её покататься вместе по Токсовскому лесопарку. Так что держаться в седле она умела. Да и Хорик знал дорогу, явно берёг всадницу и не ерепенился. А вот мышцы ног начинали посылать слабые сигналы бедствия…

Чтобы отвлечься, Сеня пошла на крайние меры: снова обратилась к своему проводнику:

– Гектор, а ты играть любишь?

– С жжжертвами?

Сеня закатила глаза. Ох уж эти хищники! Им бы только кого-нибудь загрызть или придушить!

– Нет, в шарады, – уточнила она.

– Ша… что? Это съедобно?

– Игра такая. С простыми правилами. Один сочиняет загадку, другой – отгадывает. Азарта ради, предлагаю делать это в стихах.

– Зззачем?

У насекомых, что, нет культурных традиций? Тогда пора разнообразить их досуг.

– Впереди длинная дорога, и хотелось бы её как-нибудь скрасить…

– Кровь вражжжин подойдёт?

– Начнем с чего-нибудь менее кровожадного, ладно?

– Жжжаль!

– Значит, попробуем, – Сеня поправила очки и, вообразив себе одного колоритного персонажа, выдала вот такую загадку:

Кто с виду камень −

Сердцем душка?

Под пнём хранит

Из мха подушку?

Хоть квакает,

Но не лягушка!

Размеров он приличных парень,

Злодеям ночью снится…

– Ужжжасный слог! – Гектор оказался скуп на похвалу.

– Твоя задача – угадывать, а не критиковать! – Сеня нахмурилась в поисках более рафинированных рифм. – Лови другую:

На нём девице можно прокатиться,

Коли за круп сумеешь ухватиться,

Тушуется пред ним единорог:

Рысит по полю бодро…

– Жжженщина, поэзззия – это не твоё! – был ей ответ.

Вот же… жук! Если б она не была уверена, что Гектор – божья коровка, то причислила бы его к троллям, но не пещерным, а к тем, кто селится на форумах и порталах. И особенно безжалостны они были к творческим порывам души.

– Я любитель и не претендую на лавры, – Сеня могла быть терпеливой, когда хотела. В конце концов, этот задира по поведению – вылитый Пупыркин. А со всякими Пупыркиными важно не терять достоинство!

– Изззбавь меня от этих страданий.

– А как же еще один шанс? – из неё полезло упорство Растеряевых.

– Последний! – прозвучал ультиматум.

– Договорились.

«Никогда б не подумала, что буду стараться впечатлить жука!»

Почему бы не попробовать польстить этому привереде в горошек? Все падки на мадригалы, даже волшебные насекомые:

Обласкан пышностью легенды,

Он задал свой геройский вектор!