Профессор, прошу к столу. Дичь подана!

Глава 5.12. Самое ценное у драконов...

Луниэль то и дело сбивался, но упорно продолжал повествовать о «питомце». Из всего его рассказа Сеня вывела два умозаключения. Первое. Единорог её не проклинал, просто характер у Любимчика такой… проклятущий. И второе. Быть эльфийским принцем − это как быть единорогом. Никто не отпустит в лес к дичекрадам. Опасно же! Остаётся только смириться с пусть и золочёным, но тесным стойлом. Впрочем, единственный родственник её Лучезарности открыто завидовал своему подопечному. Потому как его личное «стойло» было куда как уже. Поедание ружинок и разудалые скачки по городу никак не укладывались в расписание наследника. А стремление к свободе никто не отменял! Эльфы − тоже люди, в некотором роде.

Сеня в ответ уморительно живописала свои недавние злоключения. И при этом не скупилась на фигуры речи. К чести Луниэля, он пытался блюсти этикет и не хохотать. Но удавалось это не всегда и только отчасти. Так что принц даже отворачивался пару раз, пряча милые ямочки на щеках. Эх! Был бы у Растеряевой такой младший брат, родителям сейчас бы… родители могли бы… мама и папа…

Нет, надо возвращаться. Туда, где принцы не дивятся питерским библиотекарям, зато есть те, кто переживает и ждёт, а она тут разглагольствует.

Так бы Сеня и дальше предавалась самобичеваниям, но её вовремя застали врасплох:

− Уважаемая Астра, у меня п-п-последний вопрос, – Луниэль отличался любознательностью. Прямо как Матвей… − Вы не п-п-против?

– Нисколько.

– Кто такой Фредди Крюгер?

Вот засада! Как иномирному юноше объяснить, что был такой маньяк с улицы Вязов? Желательно так, чтобы кошмары потом не мучили.

– Это выдуманный персонаж…– нашлась человечка. – Он как жабень, но менее симпатичный и с ним нельзя договориться…

***

По настоянию принца иномирянка устроилась на одной из лавок. Для Сени даже постелили платок из соображений галантности. Встречались всё-таки в Гри мужчины, рядом с которыми и бедная человечка − королева.

Меж тем Луниэль её покинул и теперь прохаживался вдоль шкафов.

− Что мы ищем? − Сене захотелось хотя бы как-то поучаствовать в поисках.

− Раздел редкой экспе-пе-периментальной магии. Литера «П-п-пи», − пояснил эльф. − А! Вот и он.

Юноша остановился у третьего справа шкафа и стал водить пальцем по рельефным фасадам. От прикосновения на поверхности проявлялись слова.

− «П-по-помада для п-п-поцелуя забвения», − начал читать вслух Луниэль. − «По-п-паданцы, миф или реальность», «П-п-поработитель свободы воли», «П-п-порох из костей феникса», «Порошок д-д-для увеличения…» Кхм!..

Вспыхнув до кончиков ушей, Луниэль закашлялся. Не удивительно: похоже, он не привык столько разговаривать. Да ещё эта антисанитария кругом! Вот как выглядит вопиющий дефицит кадров. Позор Смотрителю! И пусть всем его проекциям икается разом! До трещин в кристаллах!

− Всё в порядке? − участливо поинтересовалась Сеня.

− Д-д-да, − заверил Луниэль и продолжил изучать полки. − Н-на-нашёл! − воскликнул он. − «Порталы, дальние». Д-д-давайте п-п-посмотрим. − Эльф извлёк пластину, сдул с той пыль, и она засветилась. − П-п-последние исследования за сто лет… − огласил принц, а затем погрузился в «пролистывание» архива. − Хм…

− Что там? − спросила человечка, привстав от напряжения. Мучительные паузы Сене ой как не нравились. Ей хватило их этим утром в исполнении Вита.

− Д-д-драконы.

− Опять?

Растеряева потёрла виски. В последнее время крылатые ящеры слишком часто упоминаются. Как будто Вселенная ей шлёт какое-то послание…

− Нужные вам п-п-порталы исследовали д-д-драрийцы, − продолжил эльф. − Б-б-блез и Луиза Р’ьён-рррр…

− И как с ними связаться?

И сделать это как можно быстрее!

− Б-б-боюсь, никак, − печально произнёс Луниэль. − Разработки п-п-приостановлены. По т-т-трагическим п-п-причинам.

Человечка накрыла лицо ладонями. Так вот на что намекала Вселенная. На то, что она существует по определенным законам. В Сенином случае, по законам подлости.

− Неужели их съели драконы?

Какое же это гадство с их стороны!

− Что вы, уважаемая! − её собеседник чуть не выронил пластину из рук. − Они сами д-д-драконы. Оба учёных п-п-пропали без вести более восьмид-д-десяти лет тому назад. Вместе с их изысканиями.

− Может, остались ученики?

− Не указаны. Н-н-но! У них был сын! − внезапно обнадёжил её Луниэль. − Я даже читал про него… М-м-момент!

Принц достал из-за пазухи голубоватый кристалл на цепочке, прикрыл глаза и сосредоточенно забормотал. С минуту он молчал, а потом снова взглянул на иномирянку.

− Это вы сейчас чем занимались? − полюбопытствовала она.

− Я зап-п-прашивал все д-д-доступные сведения о д-д-драконе.

− И что же о нём известно? − Сеня хищно подалась вперёд.

− Ему д-д-девяносто д-д-девять лет…

Отлично! Жив пока. Уже неплохо!

− А ещё?

− Владеет од-д-дной двеннад-д-дцатой плодородных земель Д-д-дра-ра.

Если б не культурное общество, Сеня бы не сдержалась и присвистнула.

− Совсем не бедствует. И вдовец, наверное… − предположила она.

− П-п-пишут, что никогда не был женат.

Что имеем? Потомственный богатей. Одной лапой на смертном одре. И без наследников. Предел мечтаний любой золотоискательницы, но причём здесь библиотекарь из Питера? Сеня ж не драконица в погоне за бриллиантами, то есть семейным счастьем!

− И откуда вы добыли столь важные сведения?

Вопрос смутил Луниэля.

– «Д-Д-Драмур». Самое свежее издание о холостяках, − ответил он нехотя.

Ага! Дракон-то не промах! Сто лет в обед, а не теряет надежды обрести любовь. Помимо ревматизма...

− Чудесно! И больше ничего там о нём не сказано?

Ну а вдруг!

– Ещё в «Д-Д-Дракополитане» недавно портрет напечатали. Хотите сп-про-проецирую?

− Зачем? − чуть ли не простонала Сеня. − Оценить мастерство художника в области омолаживающей живописи?