Пройти свой путь!

Глава 3

Ирина

Я проснулась от легкого прикосновения отца к плечу и тихого зова по имени. Ресницы распахнулись, навстречу ударил первый, ослепительный луч солнца, пронзающий горизонт.

— Доченька, вставай, минут через десять прибудем в Орлец. Приведи себя в порядок и переоденься. Негоже в свадебном сарафане по городу разгуливать.

Он протянул мне обычный холщовый мешок с двумя лямками, прародитель нынешних рюкзаков. Лошадь, вожжи которой держал все тот же юркий мальчишка в серой рубашке, свернула с дороги и, немного проехав по дикому лугу, остановилась на просторной поляне.

«Красивое место, – отметила я про себя, – с одной стороны стеной зеленеет лес, с другой – серебристой лентой вьется журчащая речка». Оглядевшись, заметила тут и там следы старых костров, недвусмысленные знаки пребывания домашних животных и поняла, что это – негласная стоянка для всех путников, стремящихся в город.

Скрывшись в кустах, совершила свои утренние дела и, схватив чистое домашнее платье, мыло и полотенце, направилась к реке. Возле берега, заросшего осокой, я наткнулась на тихую заводь. Опустившись на колени, зачерпнула пригоршню воды и умылась. Она была теплой, словно парное молоко. С замиранием сердца ощутила, как вода нежно ласкает кожу, словно шелковое покрывало, спокойная, умиротворяющая. Не в силах противиться искушению, я сбросила одежду и вошла в реку. Резкий перепад температуры заставил тело покрыться мурашками, но, немного помявшись, я все же окунулась с головой. Теплая волна разлилась по измученному долгой дорогой телу, а журчание воды успокаивало и дарило блаженное забытье! Краем сознания отметила, что кулон снова на мне.

Схватив душистое мыло с ароматом жасмина, я намылила голову, затем тело, но тут мой обострившийся слух уловил посторонние звуки и шелест в кустах. Замерла, прислушиваясь, но, кроме птичьей трели, доносившейся из ближайшей рощи, и шелеста осоки и камыша от легкого дуновения ветерка, вокруг царила тишина. Все же, решив не рисковать, быстро ополоснулась, выскочила на берег и натянула на мокрое тело сорочку, а поверх – простой голубой сарафан. Добравшись до стоянки, я подошла к телеге и достала из мешка гребень. Волосы бывшей хозяйки тела были густые и длиной до поясницы. После вчерашнего они изрядно спутались. Кое-как распутав их, я аккуратно расчесала и заплела в косу, толщиной с руку. Как-то смотрела с внучкой Сонечкой мультфильм про рыжеволосую девицу. Увидев ее волосы, я хмыкнула, но малышка, укоризненно посмотрев на меня, сказала, что такие косы бывают. Тогда я не поверила, но сейчас убедилась, что внучка была права.

— Ириша, иди позавтракай, – позвал меня отец, и я направилась к костру, где возился юноша.

Взглянув на меня, он вдруг покраснел и опустил голову, не переставая раскладывать на импровизированном столе еду. В это время на костре в котелке закипала вода для травяного чая. Меня осенило, и я улыбнулась. Мальчишка в силу возраста был любопытен, вот и решил подсмотреть за купающейся девицей. Это его я слышала, когда намыливала тело. Мы с девочками в детстве, отдыхая на каникулах в деревне, поступали так же, когда пацаны бегали на речку и купались голышом. А иногда их ловили за подсматриванием. Ох, и доставалось мальчишкам крапивой по пяткам!

Присев рядом с разложенным на земле куском ткани, на котором лежали отварные яйца, вяленое мясо, сыр, ароматные булочки и пирожки с яблоками и капустой, мы принялись завтракать. Попив чая с листьями смородины и мяты, вновь собрались и отправились в путь.

Вскоре вдалеке показалась величественная крепость с двумя массивными башнями и широкими городскими воротами, распахнутыми для приема гостей. С обеих сторон стояли стражники, но люди проезжали и проходили мимо, словно не замечая их. От главных ворот к центру города вела широкая дорога, а от нее, словно паутина, расходились улицы поменьше.

Мы приблизились к торговой площади, которая гудела от людского гомона. Она напомнила мне предновогоднюю ярмарку в столице, где было совершенно не протолкнуться, не то, что выбрать товар. Все же юноше удалось, лавируя между экипажами и толпами людей, выехать на более спокойную улицу.

— Сейчас заедем на стоянку экипажей, откуда отправляются в разные части королевства купцы и путешественники. А если получится найти место в караване купцов, едущих в сторону столицы, то нам повезет.

– Какая разница, отец, в дилижансе трястись или в караване тащиться?

– Разница огромная, Иришка! С караваном едут наемники, волки дорожные не сунутся, а дилижансы только успевай отбивать. Да и не поспишь ты в нем, как проглотившая жердь, будешь сидеть всю дорогу. А с караваном медленнее, на полсуток дольше, зато выспишься, как барыня, – рассудительно объяснил отец. Сердце мое отогрелось от его заботы.

Когда мы подъехали к стоянке, взору предстал двухэтажный трактир, облепленный телегами, словно мухами.

– Погоди, дочь, неужели это Демьян караван собирает? Если так, то мы за крыло удачу схватили.

Не дожидаясь, пока лошадь развернется, отец спрыгнул с телеги и кинулся к группе мужчин. Увидев, как его приветствуют, как шутки, словно искры, сыплются в его сторону, как дружеские ладони хлопают по плечу, я поняла: путешествие к тетке обрастет караванным братством.

Отец подвел меня к крупному здоровяку в темно-сером сюртуке. Его серые глаза, скользнув по мне цепким взглядом, снова уставились на отца.

– Неужели та самая девчонка?

– Та самая! Расцвела, глаз не отвести! – гордо улыбнулся Авдей.

– А ведь завтра будет ровно девятнадцать лет, как ее мать исчезла, – задумчиво проговорил Демьян, оторвав взгляд от меня и устремив его в небо. Неужели подумал, что та умерла?

– Первый год искал, землю рыл, а потом плюнул. Что я одно дите прокормить не смогу? Тем более кровь моя, вылитая вся, – усмехнулся Авдей.

– Ну да, ну да! – вновь пробормотал хозяин каравана и, словно очнувшись, обратился ко мне: – Что умеешь, красавица?