Прокатиться на единороге.

Глава 1.

Тридцать лет спустя. Москва. Никольская улица.

- Ева, мы с тобой как Гарри Поттер на вокзале. – Борька крутился на одном месте, пытаясь найти вход в школу Магии. Но кроме Славяно-греко-латинской академии никаких иных учебных заведений на улице не наблюдалось. Сверили адрес – все точно! Город, улица, только дома нет!   

А ведь муж предлагал свою помощь. Мы с Борькой гордо отвергли все его предложения – еще бы, мы-то москвичи, а Велор понаехавший эльф из Голории! Да, он живет в Москве уже тридцать лет. Но все равно пришлый! Вот бы он сейчас повеселился: два москвича не могут найти нужный адрес!

Мимо нас прошел мужчина в коричневом плаще и стильных туфлях. Его вид диссонировал с московской публикой, где даже профессора академии одевались демократично и выглядели как постаревшие студенты.

Мужчина прошел вперед, остановился и вернулся назад:

- Эва Велор Глад?

Ничего себе! Вообще-то я – Евгения Яновна Штольская-Глад. И именем мужа меня называют только в одном мире – Голории.

Мы с Борькой переглянулись, подхватили свои чемоданы на колесиках, а Борька еще и школьный рюкзак, и встали перед мужчиной почти навытяжку. Ясно же – наш человек!

- Борис Вильямович Гарасия?

Борька поперхнулся. Отчество он поменял недавно, как и фамилию. Получив паспорт долго вчитывался, а потом заявил нам с Линой, что чувствует себя сыном Шекспира.

- Мама, вы имя сестренке подберите получше. Видишь, какое у нас отчество-то…средневековое.

С именем была проблема. Но сейчас не о нем. А о Хогвартсе. Оказывается, Борька попал пальцем в небо – среди знающей публики школу Магии так и называли: Хогвартс Московский. Как бы филиал того самого Хогвартса. Детям нравилось, преподы не возражали.

- Хм, Азазалий Мирович - директор школы Магии,- представился мужчина, изучая нас прищуренными глазами.

Борька хрюкнул, но быстро взял себя в руки. – не привык парень к странным именам.

- Позвольте?

Азазалий Мирович подхватил мой чемодан за ручку и понес так легко, словно тот ничего не весил:

- Мы заходим обычно со двора, так меньше привлекаем внимания.

Мужчина влился в людской поток, нырнул в переулок, повернул направо и открыл малоприметную дверь. Мы с Борькой еле поспевали за ним. Без него точно не нашли бы эту дверь.

А за дверью… иной мир. Московская серая хмарь сменилась ясным небом и солнышком. Со стороны того мира дверь оказалась калиткой в высоком заборе. Борька даже остановился, сбегал назад и посмотрел что там за забором:

- Ева, там луг! А на лугу коровы! – отрапортовал ошарашенный парень. – Как такое может быть?

Азазалий Мирович с доброй улыбкой стоял на чистой дорожке, выложенной брусчаткой с моим чемоданом в руке и ждал когда Борька удовлетворит свое любопытство. Меня тоже разбирало вернуться к калитке, но я стерпела. Потом посмотрю.

- Верю, что вы вдвоем поставили на уши Голорию! – сказал мужчину. – На моей памяти, вы, юноша, третий адепт, которого заинтересовало пространство за забором.

- А остальные двое кто? – тут же отреагировал Борька.

- Я вас с ними познакомлю, - загадочно ответил директор и мы пошагали к корпусам школы.

- Это у нас учебный корпус, там же столовая, спортзал,  лаборатории и больница. Жилой корпус через переход. При нем бассейн, оранжереи и теплицы. Конюшня, вольеры и ветклиника в той стороне.

- А больница зачем? – не понял Боря.

Директор только вздохнул:

- На метлах у нас не летают и не травмируются. Но иногда  дети неправильно распоряжаются магией. Лекари у нас хорошие.

Мы с парнем переглянулись и судя по выражению на его лице, Лине лучше не знать последнюю информацию.

- А интернет у вас есть?

- Да. В кабинете информатики и в библиотеке. Интернет у нас дозированный. Сами понимаете – специфика. Никаких соцсетей, фото в инстаграм мы позволить не можем. Поэтому любой выход в Сеть контролируется. Ева, не переживайте, за Сетью следит Комитет.

А я и не переживала. Мне Велор заранее все рассказал. Даже если кто-то из детей и нарушит правила, Комитет не пропустит. Защита стоит мощная магическая.

- Азазалий Мирович, у вас тут что – другой мир? – допытывался Борька.

- Пространственный карман, - объяснил директор, - в войну здесь прятали руководство страны, а сейчас вот школу обустроили.

- А руководство? – допытывался Борька.

- Про руководство не знаю. Я им не занимаюсь, - усмехнулся директор и поставил мой чемодан на дорожку, -  на заселение сюда. Ученики живут на одном этаже с преподавателями. У нас есть воспитатели, которые следят за порядком на этаже. Мужской этаж – третий, женский на втором. На четвертом проживает обслуживающий персонал и я. Обживайтесь, жду вас в одиннадцать часов у себя в кабинете.

Азазалий Мирович ушел в учебный корпус, а мы вошли в холл жилого корпуса и открыли рты. Не знаю где находилась оранжерея, но начиналась она точно в холле. Потолок обвивали лианы, а за стойкой коменданта расцветал экзотический цветок, угрожающе следя за нашим с Борькой передвижением.