Проклятая дочь

1

Я проснулась вся в поту, меня трясло, по коже бегали ледяные мурашки. Не включая свет, пошла на кухню, жутко хотелось пить. Мой привычный кошмар стоял перед глазами, последнее время он снился почти каждую ночь и обрастал все новыми и новыми подробностями. Я налила стакан воды и подошла к окну, одернув штору смотрела на луну. Мне еще бабушка советовала после приснившийся жути, выглянуть в окошко. Проходит ужас, ощущение неизбежности, все приснившиеся покрывается туманом и постепенно отходит на второй план. А пока чувства были обострены, я прокручивала приснившуюся картину. Раньше сон был статичен, всегда один и тот же, ничего не менялось. Но последние две недели что-то изменилось, как будто началась вторая серия, сняли продолжение. И это меня пугало.

Я, в красивом вечернем платье, держу в руках бокал шампанского. Ногу, в высоком разрезе, холодит ветерок из открытого окна. Я флиртую и смеюсь. Ведь рядом со мной такие кавалеры. Один смуглый, с черными глазами, немногословный, брутальный мачо. И второй. Смешливый блондин, он держит меня за руку и что то рассказывает. Я смеюсь и не спеша иду посередине. Мы находимся в картинной галерее, роскошная обстановка, шикарные люди, мужчины в смокингах и фраках, женщины в длинных вечерних платьях, сплошной пафос. Все с умными лицами. Обсуждают произведения живописи, пьют алкоголь, закусывая миниатюрными канапе и заводят новые, полезные знакомства. Я не чувствую себя лишней, я часть этого общества. Вижу свое отражение в зеркале и замираю. В отражение не реальная я. Во сне я шикарная брюнетка с безупречным макияжем и стройной фигурой, облаченная в дорогие тряпки. Ироничная полуулыбка алых губ, беру новый бокал из рук блондина. Нежные руки с острым, хищным ярко-красным маникюром. Смотрю оценивающе на брюнета, через минуту перевожу взгляд на блондина, во сне я испытываю к ним теплые, похожие на родственные, чувства. Походкой от бедра иду дальше, по галерее. Вдруг одна картина привлекает мое внимание. Я подхожу к ней, по бокам мои верные рыцари. Смотрю на полотно. Ночь, чернота и невеста. Внезапно я оказываюсь там, в картине. Ночь, яркий серп месяца и пронизывающий ветер. И ужас, животный ужас. Нет, не страх, который заставляет бежать и искать спасение. А именно леденящий ужас, тот, от которого немеют руки и останавливается сердце, тот, который не дает закричать, потому что голос пропал. Он не подчиняется тебе. Я бегу по кладбищу. Вокруг старые могилы и покосившиеся кресты. Все заросло бурьяном. Мои ноги сбиты в кровь, подол свадебного платья изорван кустами и изгородью. Волосы выбились из прически и черным облаком летят за мной. Я читаю про себя «Отче наш» и бегу, понимая, что мне не скрыться. Что это конец. Но ужас заставляет меня бежать вперед, сбивая ноги, глотая пересохшим горлом слезы.

Обычно на этом месте я просыпалась, просыпалась, испытывая все свои ночные эмоции. Но последнее время сон стал длиннее и глубже, я все сильнее проваливалась в него.

Я бежала, читая про себя молитву, ощущая присутствие чего-то жуткого за спиной. Чего-то такого, с чем я определенно не хочу встретиться. С тем, что меня пугает до обморока. Задыхаясь от бега, я опираюсь рукой на стоявший криво крест, на нем написано- «Парамузова Мария Витальевна 12.02.1991-2021 г. Покойся с миром». Понимаю, что могила свежая и ухоженная. Задыхаясь несколько секунд, рассматриваю фотографию красивой, но неприятной брюнетки. И бегу дальше.

Спать совсем не хочется, ужас постепенно отпускает из своего плена, и я сажусь за компьютер. В наше время соцсетей любого человека можно найти, зная его данные. Забиваю в яндексе «Парамузова Мария», верхняя ссылка приглашает меня на Одноклассники. И девятой сверху я нахожу Марию, зашла на страницу девушки. Очень много соболезнований, слов сочувствия, но никакой информации, от чего она умерла. Одно сообщение зацепило меня, его написала женщина в возрасте, Семкина Людмила. «Машка, ты была яркой как поджар, пылала и горела. Желала счастья. Но умерла страшной смертью. Такую ты не заслужила. Всегда буду помнить тебя».

Так, время уже 8 утра, можно и написать. Я нажала на сообщения и долго думая, все таки отправила письмо:

«Здравствуйте, Людмила. Я знакомая Маши, не знала, что она умерла. Что случилось, где она похоронена?»

Буквально через двадцать минут сайт маякнул прилетевшим конвертиком. Я открыла сообщение. «Алена, здравствуйте. Откуда Вы знаете Марию? Можете позвонить мне, телефон 89287664390».

Я открыла страницу Марии и начала смотреть ее фото, оказывается некоторое время девушка жила в Сургуте, и мы могли быть знакомы. Любила собак, воспитывала ребенка. Жила полной жизнью. Я продумала легенду и набрала Людмилу. Ответил приятный женский голос, я представилась. Сказала, что мы познакомились в Сургуте, на выставке собак и общались некоторое время, вот хотела написать ей и такие новости.

Людмила расплакалась, потом начала рассказ. Да, ситуация жуткая. Оказывается, уехала из Сургута Маша с годовалым сыном и беременной, беременной от загулявшего мужа. Потом был развод, раздел имущества, проблемные роды. Старший сын Антон особых хлопот не доставлял, а вот Лика родилась болезненной. Когда началась пандемия, Мария решила уехать. А жила она с детьми в Екатеринбурге, у родителей. Не очень хорошая экология, людно и страшно. Оказалось, что в деревне, под Пермью, есть дом, еще Машиной прабабки, население деревни всего человек 40. Молодёжь уезжает в город, в деревне живут в основном старики, она газифицирована, по выходным приезжает передвижная лавка, поэтому люди живут относительно комфортно. В итоге родители вызвались отвезти туда Машу с детьми. Приехали, общими усилиями за пару дней привели домик в порядок и уехали домой, оставив дочку и внуков. Но через неделю им позвонили из полиции и сообщили страшную весть. Дом сгорел, в нем нашли обугленные трупы девушки и детей. Судмедэкспертиза показала, что дети были убиты, у обоих были перерезаны шеи. А сама Мария, была найдена с ножом в обугленной руке, умерла она от раны в сердце. Рядом нашли металлическую зажигалку. Судя по всему, выходило так, что она убила детей, а потом подожгла дом и покончила самоубийством. Никто из близких в это не верил. Похоронили Марию и детей там же, на деревенском кладбище. Местные старушки встали горой, что нельзя хоронить самоубийцу на освященном кладбище, что всегда их хоронили за оградкой. Но тут уже родители Марии настояли, правда места выбрали на краю кладбища, возле полуразрушенной часовни. Ее могилка и по бокам могилы детей. Дело закрыли. А близкие так и живут в страхе и неверии. Вот такая вот печальная история.