Проклятая невеста. Кровь истинной пары.

Отступление: Кэлен.

"Ты ударил мою пару."

Мне не нравилось это с самого начала.

С того самого момента, как её запах прорвался сквозь пространство, как сквозняк в запертой комнате. Как только её глаза встретились с моими во сне — и в реальности, если быть точным, — я понял, что в насломанное время, в забытом мире, что-то изменилось. Что-то пробудилось.

Но я не думал, что злость будет такой чистой. Такой пронзительной.

Я стоял в темноте. Затаённый. Готовый шагнуть, вырвать её обратно из этого дома, из этого ледяного капкана, который они называли семьёй.

Я чувствовал, как дрожит её душа. Чувствовал запах её страха и отчаяния, едва различимый, тонкий, как плёнка над огнём. Но именно он разжигал во мне ярость. Потому что этот страх не от нас. Не от того, что мы приходим к ней, не от нашей крови, не от силы. А от людей. От тех, кто должен был её защищать.

Я никогда не был хорош в терпении.

Особенно когда дело касалось **её**.

— Ты видел это? — прошипел я сквозь стиснутые зубы, стоя на выступе древней башни, наблюдая за тем, как её отец уходит, хлопнув дверью. — Он ударил её. **Он посмел ударить Элиану.**

Рядом Лестэр молчал. Его лицо оставалось каменным, но пальцы на перилах — побелели от напряжения. Ещё чуть-чуть и и оно треснет. Он держал себя в руках. В отличие от меня. Хотя, я посмотрела на дверную раму, которая буквально рассыпалась в щепки, возможно он был зол так же, как и я.

— Зачем мы позволяем этому продолжаться? — я развернулся к нему, шагнул ближе. — Мы пришли сюда, потому что были **призваны**. Потому что она — наша. И теперь... теперь мы позволяем какому-то надменному, воняющему потомку людского ничтожества **бить её**?

Он молчал ещё миг. Потом резко разжал пальцы. Посмотрел на меня холодно.

Казалось он сказал спокойно, но хищный блеск в его глазах выдавал все его мысли— Если бы я вошёл тогда — я бы не остановился на нём.

Я усмехнулся.

— А может, и не стоит останавливаться? — в моём голосе скользнул холод. — Хочешь, я войду туда ночью? Я помнил, как кости трещат под пальцами. Он не стоит ничего. И она... — я вдруг замер, ощущая, как бешено колотится моё сердце. — Она плачет. Я это чувствую.

Он кивнул. Медленно. Без слов.

Наши чувства уже сливались с её.

Когда она страдала — в груди будто что-то разрывалось.

— Они называют её проклятием, — прошептал я, глядя в сторону окна, за которым она стояла, желая свернуть этому наглому человеку шею.

— Люди боятся того, чего не могут объяснить, — проговорил Лестэр. — Он бьёт не дочь. Он бьёт страх, который сам же и породил. Потому что чувствует, что она становится **не такой, как все**.

— А она и не такая, — я почти зарычал. — И именно это делает её нашей.

Нам мешали уже дважды. В первый раз — она исчезла, выскользнула из мира снов, как дым. Во второй — нас прервали. Снова. В тот миг, когда я хотел наклониться ближе, когда её дыхание стало таким тёплым, таким живым… когда я уже знал, что если коснусь её губ, — всё изменится.

Но нет. Всё пошло не так. Этот проклятый город, его люди, их страх перед тем, что не вписывается в рамки. Эта её семья — с их холодом, их отвращением, их попытками запихнуть её обратно в коробку приличий и норм.

Я сжал кулаки.

— Я бы не стал пить её кровь, Лест. Не в том смысле. Я хотел... прикоснуться. Почувствовать, что она не мираж. Что я не схожу с ума.

— Я знаю, — голос брата стал глухим. — Ты влюбился.

Я посмотрел на него резко.

Он не обвинял. Не упрекал. Просто — утверждение. Факт.

— Она часть нас, — сказал я. — И ты это знаешь. Ты чувствовал её так же, как и я. Ты видел, как она во снах... как она звала нас. И как боялась, но не отворачивалась. А теперь... теперь какой-то ублюдок поднял на неё руку.

Лестэр медленно выпрямился. Его глаза — ледяные и тяжёлые — метнулись к особняку.

— Это нельзя оставить без ответа.

— Я знал, что ты согласишься, — я ухмыльнулся, но внутри всё горело. — Как думаешь, они успеют попрощаться?

Лестэр бросил на меня быстрый, жёсткий взгляд.

— Мы не убийцы, Кэлен.

— Я и не говорил убивать, — мягко ответил я. — Но страх... страх можно вселить куда глубже, чем боль.

Наступила тишина. Мы оба смотрели в сторону дома. Я знал, что она за той стеной. Одна. С очередной раной на сердце — и, возможно, с синяком на щеке.

**И никто не заступился.**

Но теперь — мы были здесь.

— Мы выйдем из тени, — произнёс Лестэр. Его голос был холоднее, чем ветер над склонами. — Сегодня ночью.

Я обернулся.

В его взгляде было то, чего я не видел давно — гнев.

Тот, что пробуждал **нашу суть**.

— Только предупреждаю, брат, — сказал я, и в уголке губ появилась полуулыбка, почти звериная. — Если он ещё раз поднимет руку на неё — я не дам тебе удержать меня. Даже не пытайся.

Лестэр молча кивнул.

И, впервые за долгое время, мы были едины в намерении.

___

🌹Если тебе нравится погружаться в тайны и страсти «Проклятой невесты», не забудь оставить свой знак — поставь лайк и подпишись, чтобы не пропустить ни одного поворота судьбы. Твои слова в комментариях — как шёпот ветра в темноте: они важны для меня и вдохновляют создавать дальше. Давай вместе пройдём этот путь, где кровь и любовь сплетаются в одну непростую историю.