Проклятье Древнего Кольца

Глава 5

Я не могла заснуть.

Лежала на кровати и смотрела в потолок. За окном выл ветер, гнал дождь по стёклам. Где-то внизу хлопнула дверь.

Кольцо на пальце пульсировало. Тепло растекалось по руке, забиралось в грудь.

Я закрыла глаза и попыталась отключиться от этого ощущения.

Бесполезно.

Связь была как живое существо. Она дышала, двигалась, тянулась от меня к нему через стены и коридоры.

Арей тоже не спал. Я знала это так же ясно, как знала, что дышу.

Он лежал в своей комнате на другом конце Академии и думал о том же, о чём думала я.

О кольцах в хранилище.

О шагах в темноте.

О том, кто наблюдал за нами.

Я села. Провела рукой по лицу.

Нужно было что-то делать. Лежать и ждать — не вариант.

Я встала, накинула мантию и вышла в коридор.

Пусто. Тихо. Только где-то далеко горел факел, бросая дрожащие тени на стены.

Я пошла по коридору, не зная, куда иду. Просто шла, потому что не могла больше лежать в комнате.

Спустилась на третий этаж. Потом на второй.

И замерла.

В конце коридора стоял Арей.

Спиной ко мне. Смотрел в окно. Мантия накинута поверх ночной рубашки, волосы растрёпаны.

Он обернулся, будто почувствовал меня.

Наши взгляды встретились.

Тишина повисла между нами, тяжёлая и липкая.

— Ты тоже не можешь спать, — сказал он. Не вопрос. Утверждение.

Я подошла ближе.

— Чувствую тебя. Постоянно. Это сводит с ума.

— Я знаю, — он отвернулся к окну. — Я чувствую каждую твою мысль. Каждый страх.

— И что ты чувствуешь сейчас?

Он молчал долго.

Потом тихо:

— Ты боишься. Боишься, что не успеем. Что умрёшь здесь, в этих стенах, так и не доказав, что твоя семья была права.

Жар поднялся от живота к горлу.

— Откуда ты знаешь?

— Связь, — он обернулся ко мне. — Она не только передаёт эмоции. Она передаёт мысли. Обрывки. Картинки. Я вижу твои воспоминания, когда ты спишь.

Холод пополз по спине.

— Что ты видел?

Он смотрел на меня долго. Лицо непроницаемое, но в глазах что-то мелькнуло.

— Твоего отца. Как он сидит за столом с бумагами. Как твоя мать плачет. Как ты стоишь в дверях, маленькая девочка, и не понимаешь, почему твой мир рушится.

Я сжала кулаки.

— У тебя не было права это видеть.

— Я не хотел! — голос сорвался на крик, но он быстро взял себя в руки. — Думаешь, мне нравится жить с твоими воспоминаниями в голове? Чувствовать твою боль, твою ненависть?

— Тогда зачем пришёл сюда? Зачем не сидишь в своей комнате?

— Потому что там ещё хуже! — он шагнул ближе. — Потому что связь сильнее ночью. Когда всё тихо, когда нет других людей, нет отвлечений. Ночью я чувствую тебя так, будто ты здесь, рядом. Будто ты под моей кожей!

Мы стояли лицом к лицу. Дышали тяжело.

Кольца нагрелись. Слабо, но я чувствовала тепло, растекающееся по пальцам.

— Это невыносимо, — прошептала я.

— Я знаю.

Тишина опустилась на нас.

Потом Арей резко отвернулся.

— Иди в свою комнату. Нам обоим нужно поспать.

— А ты?

— Я постою здесь ещё немного.

Я не двигалась.

— Арей.

Он не оборачивался.

— Что?

— Ты тоже боишься.

Он застыл. Спина напряглась.

— Не говори глупостей.

— Я чувствую. Ты боишься так же, как я. Боишься умереть. Боишься потерять контроль.

Он медленно обернулся. Лицо бледное, челюсть сжата.

— Заткнись.

— Почему? Потому что я права?

— Потому что ты не имеешь права лезть в мою голову!

— Я не лезу! Это связь! — я шагнула ближе. — Ты сам сказал — она передаёт всё. Значит, я имею право знать, что ты чувствуешь!

— У тебя нет прав на меня! — рявкнул он.

— Как и у тебя на меня!

Мы стояли так близко, что я чувствовала тепло его тела. Видела, как дышит его грудь. Как бьётся жилка на шее.

Кольца вспыхнули.

Жар ударил в грудь. Не больно. По-другому. Горячо, тягуче, будто что-то тянуло меня к нему.

Арей тоже почувствовал. Я видела, как расширились его зрачки. Как губы приоткрылись.

Мы смотрели друг на друга.

Его дыхание сбилось. Зрачки расширились.

И в этот момент я увидела.

Трещину в его броне. Секунду, когда маска безразличия дала сбой, и под ней мелькнуло что-то живое, болезненное.

Он ненавидел эту связь. Ненавидел то, что она делает с ним. Превращает его в человека, который теряет контроль.

И ненавидел меня за то, что я это вижу.

Жар между нами стал невыносимым.

Арей резко отвернулся, будто я ударила его.

— Уходи.

Голос хриплый, задыхающийся.

— Арей

— Я сказал — уходи!

Голос эхом разнёсся по коридору.

Я развернулась и пошла прочь.

Сердце билось слишком быстро.

И я не понимала — от гнева или от чего-то другого.

Утром я проснулась с тяжёлой головой.

Снилась темнота. Шаги. Чей-то голос, который шептал слова на незнакомом языке.

И кольца. Семь пар колец, лежащих на чёрном бархате. Они пульсировали, словно живые сердца.

Я встала, умылась холодной водой и оделась.

Занятия возобновились. Жизнь в Академии продолжалась, несмотря на смерти.

Или потому что нужно было делать вид, что всё под контролем.

Первой была лекция по истории магических родов.

Я вошла в аудиторию и сразу почувствовала взгляды.

Студенты замолкали, когда я проходила мимо. Кто-то шептался. Кто-то показывал пальцем.

— Это она. С кольцом.

— Думаешь, она следующая?

— Надеюсь. Нищебродка не должна была сюда поступать.

Я прошла в самый конец и села у окна.

Достала тетрадь, перо. Положила руки на парту, пряча кольцо под рукавом.

Дверь распахнулась.

Вошёл Арей.

Лицо спокойное, безразличное. Он прошёл к первому ряду, не глядя в мою сторону.

Но я чувствовала его напряжение. Гнев, который он с трудом сдерживал.