Проклятье скрытых предметов

Часть 3.

Дождь не утих. Наоборот, к вечеру он стал злее, холоднее, в тучах замелькали молнии. Милочка сидела в кафе до самого закрытия, но так и не дождалась окончания грозы. С идеей похода к Обители Чародеек пришлось распрощаться – по такой погоде больше думалось о том, как дойти до дома, а не о делах. От бури её защищал лишь зонт Черного Барона, да и то скорее от ветра, чем от ледяной воды. Делать было нечего – она отправилась домой.

Вымокнув и хорошенько промерзнув, Милочка добрела до Вокзала, кое-как нашла состав и вагон, зашла в своё купе и рухнула на полку, уснув, кажется, уже в падении. Сумочка с часами и зонт остались лежать на полу.

Дождь барабанил по крыше состава всю ночь, гром был слышен даже сквозь сон. Такие страшные бури в Городе случались редко, и люди их встречали с радостью. Дождь прогонял Туман Забвения, который обычно наползал на улицы с наступлением темноты, а молнии распугивали нечисть, отчего та не показывалась неделями. И от свежего, насыщенного озоном воздуха спалось как никогда сладко.

- Милочка!

Милочка неохотно разлепила глаза.

- Уже утро?

Соседка по купе Пенни, милая женщина, которая работала помощницей пекаря в ближайшем ресторанчике, застыла напротив неё, прижимая к груди ворох чистого белья. Полное лицо лишилось всякого намека на румянец, рот приоткрылся, руки дрожали. В целом, Пенни выглядела так, как будто вот-вот упадет в обморок.

Милочка села.

- Что случилось?

Пенни икнула и плавно опустилась на свою полку, не отрывая испуганного взгляда. Простынь перевесилась через ослабевшие руки, угрожая шлепнуться мимо колен прямо на пол. Чуть влажное, с темными пятнышками дождя, оно чем-то насторожило Милочку, но чем – спросонок она не смогла понять.

Молния сверкнула прямо перед окнами. От грохота задрожали стекла, и это привело Пенни в чувство.

- Что случилось? Что случилось?! И ты еще спрашиваешь?

Она вскочила, в сердцах запустила бельем в соседку и выскочила из купе. Милочка проводила её пышную фигуру взглядом, даже не пытаясь выпутаться из вороха простыней, наволочек и сорочек. Зеркало рядом с дверью бесстрастно отразило её ошалевшее лицо. Оно немного опухло, на щеке отпечаталась красная полоса, да и белая наволочка совершенно не смотрелась на растрепанных светлых волосах, но в целом Милочка выглядела так, как всегда. Что испугало Пенни, было непонятно.

Звон будильника потонул в очередном раскате грома. Милочка глянула на циферблат и с руганью подскочила. Она безнадежно опаздывала на работу! Зачем Пенни выставила такое позднее время, опять было непонятно.

Умыть лицо, вытереть круги из потекшей вчерашней туши платком, безжалостно расчесать колтуны, скрутить их в пучок на затылке, залезть в пахнущее грозой длинное платье из тяжелой темно-синей ткани, которое свисало с верхней полки – вот и вся красота. Милочка в прыжке поправила завернувшуюся пятку на ботильонах, схватила сумочку и побежала сквозь грозу и ветер к начальству.

Зонт добавил ноту приключений, вырываясь из рук и выворачиваясь при каждом сильном порыве. Вода тонкой струйкой текла по ручке, капала из дырочек на голову. Одно хорошо – ткань платья оказалась непромокаемой, и брызги стекали по ней, не оставляя грязных разводов. В дверях опять пришлось возиться – вредная вещь никак не хотела закрываться. Милочка перетянула ремешком торчащие спицы, выдохнула и, наконец, подняла голову.

Мертвенно-бледный Мэр застыл у секретера. Перо в его руках смялось – так сильно его сдавливали побелевшие пальцы. Расширенные глаза впились в Милочку и смотрели так, как будто она была посланцем ада.

За секретером сидел молодой незнакомый парень. Сидел с таким видом, как будто бумаги, журналы и безделушки Милочки принадлежали ему всегда.

- Сэр, вам знакома эта мисс? – спросил он с любопытством.

- Душечка… - проблеял Мэр дрожащим голосом.

- Я Милочка! – рявкнула девушка и угрожающе подняла зонт. – И я секретарь! Какого черта он расселся за моим рабочим местом? Почему вы меня не уведомили об увольнении, сэр?

Грозный тон подействовал самым благоприятным образом: парень подскочил с места и растерянно захлопал глазами, а Мэр перестал изображать жертву вампиров, взял себя в руки и отложил поломанное перо.

- Милочка, вы отсутствовали на рабочем месте полгода, - стараясь сохранять спокойный тон, сказал он. – Прикажете сидеть мне без секретаря, пока вы прохлаждаетесь неизвестно где?

- Полгода?

В подтверждение своих слов Мэр подал журнал входящей документации. Милочка пролистнула тетрадь, бледнея. Строчки неаккуратного девичьего почерка на половине тетради прервались и дальше пошли острые ровные буквы...

Парень поймал выскользнувшую из рук тетрадь. Мэр аккуратно подхватил под локоть.

- Какое сегодня число? – выговорила девушка  дрожащими губами и, узнав ответ, замотала головой. - Не может быть…

Она не заметила, как Мэр завел её, спотыкающуюся, оглушенную, в свой кабинет, как новый секретарь принес поднос с чаем и сладостями, как они вдвоем пытались её напоить и как зубы стучали о край фарфоровой чашки. Она плакала, а за окнами негодующе ревела буря, меча громы и молнии.  

Поймав строгий взгляд Мэра, секретарь перестал неловко топтаться рядом и вышел из кабинета. Мэр же обнял узенькие вздрагивающие плечи и погладил девушку по растрепанной голове, терпеливо дожидаясь конца истерики. Его белоснежная рубашка смялась в тонких нервных пальцах и намокла от обильных слез. Когда Милочка осознала, что безнадежно испортила внешний вид своего бывшего начальства, рыдания стихли.

- П-простите, - всхлипнула она, отпустив тонкие кружева.

Мэр улыбнулся и похлопал её по плечу.

- Пустяки, дорогая. Совершенные пустяки. Сладостей или попросить Марка принести чего-нибудь посущественней?

На предложение поесть живот отозвался голодным бурчанием. Милочка покраснела.

- Не откажусь.

- Вот и славно, - кивнул Мэр. - А пока Марк добывает еду, давай выпьем чаю.