Проклятье скрытых предметов

Часть 9.

Она сидела на разворошенной кровати, закутавшись в пушистый плед. На полу неаккуратным комком валялось платье, в одном углу куковала одна туфля, другая – где-то в клумбе под раскрытым окном. Повезло лишь шляпке – по приходу Милочка опустила её на полку. Перчаток не было видно, и Милочку совершенно не интересовало, куда те подевались. В тот момент ей просто хотелось раздеться.

Отель очень четко уловил её настроение и, как настоящий друг, вызвал в номер Пенни с ведерком мороженого, в которое Милочка вцепилась как в последнюю соломинку. Растрепанная, всхлипывающая девушка  орудовала ложкой так, как будто хотела откопать как минимум смысл жизни. Пенни молча сидела рядом и внимательно слушала бессвязный поток мыслей, в который превратился пересказ.

- Вот такие дела, - шмыгнула распухшим носом Милочка, когда немного успокоилась.

- Блеск, - заключила Пенни и, достав вторую ложку из глубин передника, тоже залезла в ведерко. – Ну, что-то подобное я подозревала…

- Пенни, как взрослая умная женщина, скажи, что мне делать? – Милочка умоляюще заглянула в глаза подруге.

- Что делать… - Пенни облизала свою ложку и устремила задумчивый взгляд за окно.

На улице шел дождь, безветренный, беспросветный и сильный, как настроение Милочки.

- Для начала давай определимся, чего ты хочешь.

- Я не знаю-у! – завыла Милочка, уткнувшись лицом в плед. Растрепанные светлые волосы упали на плечи. – Всю жизнь прожить в лужах – кошмар! Я хочу избавиться от костюма, но если я это сделаю, то буду как Коллекционер. А я не хочу закончить как он! И Черный Барон… Он перекладывает Предназначение на других, но оно оборачивается проклятьем. Я не хочу, чтобы он проклинал людей, но и понять его могу! И не хочу, чтобы он страдал!

Пенни вздохнула.

- Ты своего Барона любишь?

- Я не знаю-у! – повторился вой. – Он такой… Такой замечательный, галантный, умный, добрый…

- То есть, ты влюбилась.

- Но он ведь любит не меня, а Сильвию!

- Послушай, - женщина положила руку на плечо Милочки. – Какая разница? Вы уже связаны, Милочка. Зонт ведь стал твоим.

Милочка даже плакать перестала.

- Конечно, ты можешь поступить как барон, подбросить его кому-нибудь, - добавила Пенни. – А можешь оставить всё, как есть, и вернуть зонт, когда он избавиться от остального. Ну чтобы не исчез совсем.

Милочка переваривала предложение Пенни три дня, крутила и так и эдак, и, в конце концов, пришла к выводу, что сначала нужно поговорить с Черным Бароном. Барон пришел сразу, словно стоял под окнами Отеля и ждал.

Он выглядел… Иначе. Черты лица, вся его фигура словно потеряли четкость, странно расплывались, словно кто-то сначала стер его некачественным ластиком, а потом снова нарисовал, прямо поверх пятна. Милочка окинула его перепуганным взглядом и замерла. Шляпы-цилиндра больше не было, как и галстука.

- Барон, - она нервно присела в книксене.

Барон привычно приложился к её руке поцелуем и вдруг выдохнул вполне человеческим голосом:

- Сильвия! Как я рад, что наконец-то могу поговорить с вами!

Милочка вздрогнула и глубоко вздохнула.

- Вы… Вы избавляетесь от вещей. Но этого делать нельзя! Вы исчезнете, когда лишитесь последней вещи!

Барон печально посмотрел на неё. Эмоции угадывались с трудом. Милочка почему-то никак не могла рассмотреть его лицо: глаза, рот, нос, улыбка – всё воспринималось только по отдельности, никак не собираясь воедино.

- Если такова цена за один полноценный разговор с вами, любимая, то я готов её заплатить, - тихо ответил он.

Милочка не знала, плакать ей или смеяться от такой глупости.

- Но зачем мне один разговор, если после него вы исчезнете? Я была согласна и на вас молчащего.

Барон шагнул ближе и вложил ей в ладони круглый медальон.

- Просто я так хотел найти вас и всё объяснить…

Он снова поцеловал ей костяшки пальцев и раскрыл медальон.

У Милочки перехватило дыхание. С черно-белой фотографии в знакомом платье и шляпке с брошкой-дроздом, чинно сложив руки на коленях, смотрела... она сама!  

И нет, это была не просто похожая девушка. Монохром, конечно, искажал черты лица, но родинки на шее? Не бывает у людей настолько одинаковых родинок! Даже у близнецов!

- Что это значит? – пискнула Милочка.

Черный Барон осторожно сжал её ладони, отвел в библиотеку и, усадив на диванчик, глубоко вздохнул.

- Вы уже были здесь, Сильвия. В этом Городе.

У Милочки закружилась голова.

- Но… Я из двадцать первого века, а на фото… Платье, украшения… Конец девятнадцатого, не раньше!

- Верно, - в голосе Барона звучала печаль. – Я допустил ошибку, когда выпускал вас из Города, поэтому вы попали не в своё время.

- Хорошо, я мало что помню из прошлой жизни, поэтому не могу опровергнуть ваши слова... Стоп! – осеклась Милочка. – Из Города можно выйти? Как?!

Пальцы нервно сжались на её запястьях.

- Чтобы выпустить вас, мне пришлось стать Черным Бароном. Это  единственный статус, который позволяет властвовать над Городом. И нет, больше из Города никто никогда не уходил. Лишь вы.

Черный Барон выдохнул, поднес её затянутые в перчатки руки к губам и медленно поцеловал.

- Я безмерно благодарен Городу за ваше возвращение, Сильвия.

- Но… Почему? Если это правда, почему я вернулась? – пролепетала Милочка. – Это вы? Ведь это вы попросили Город, так?

- Да, - улыбнулся Барон. – Простите. Я безумно скучал.

- Вы! Вы!..

- Я знаю, как жесток мир за пределами Города. Вы были там несчастны, другие сюда не попадают даже по просьбе Черного Барона. Здесь вы нашли своё место, друзей. Безопасность. Сильвия, я сделаю всё, чтобы вы были счастливы даже… - он судорожно вздохнул, но твердо закончил. – Даже если мои чувства больше не имеют для вас никакого значения. Я пойму. Просто… Не уходите.

Он целовал её руки с такой нежностью и был таким беспомощным в этот момент, что все злые слова застряли у Милочки в горле.