Проклятье в наследство

Глава 10. Внутренний зверь

К трём ребятам, сидящим в столовой, медленно подошла ещё одна девушка, но на неё обратили внимание не сразу.

— Приятного аппетита, — негромко пожелала она.

— Амали! — обрадовались ребята, вскочив со скамьи, чтобы обнять. — Мы волновались. Как ты?

— Выспалась? — с улыбкой, но некоторым издевательством в голосе спросила Эфия.

— Не особо, — ответила Вальзард, приступив к своему завтраку. — Я же делала задания, которые задавали.

— Что с тобой было? — поинтересовался Лин, отодвигая свой поднос в сторону. — Эфия сказала, что ты притворялась.

— Два дня притворялась! — посмеялся Сай.

— Я не говорила, что она притворялась! — воскликнула Грейдсон. — Я сказала, что...

— Не удивлена, что она так могла сказать, — с натянутой улыбкой заметила Амали. — Может, я и притворялась, но лекари считают, что у меня был повод побыть в лазарете и ещё один день.

— То есть ты раньше положенного ушла оттуда? — удивился Сай.

— Ага.

— А что с тобой было-то? Твоя староста толком ничего не объяснила, — Лин был будто действительно обеспокоен.

— Ну, конечно... — обиделась Эфия, отвернувшись.

— Слабость, — пожала плечами Амали. — Спала плохо.

— А сейчас? Разве при слабости бинты на руку накладывают? — снова посмеялся Сай.

— Я же упала тогда, — объяснила Вальзард. — Ушиблась и растянула руку.

— Ого. А чего спала плохо? — Лин никак не мог успокоиться. — Недосып плохо сказывается на здоровье.

— Не спалось, — девушка захотела уйти от ответа, вспомнив истинную причину. — Просто не могла уснуть несколько дней. Вот и всё. Вы тут как? Чего нового?

— Эфии явно было некого помучить нравоучениями, — пошутил Сай. — Сейчас снова прежняя, строгая, — он скорчил рожицу серьёзности, передразнив подругу.

— Прекрати сейчас же, Саймир! — возмутилась Грейдсон. — Я никого не мучаю ничем!

— Она никого не мучает, ты чего!? — с улыбкой, подыграла Амали, погладив ту по плечу. — Она просто следит, чтобы всё было как надо.

— Так и есть, — гордо подтвердила Эфия, а остальные в тайне переглянусь, еле сдержав смех. — Нам пора. Скоро начнутся занятия!

Времени и правда было уже много. Нужно было спешить, чтобы не опоздать.

Сегодня занятия проходили во дворе замка. Это один из немногих предметов, когда была возможность побыть на улице и подышать воздухом. Профессор Зевисман преподавал магию перевоплощения и маскировки, но для первокурсников достаточно было научиться менять облик, если это позволяла их магия, а если нет – он нашёл бы чему научить. Почему именно во дворе? Потому что умеющий менять облик может обратиться мышкой, а может стать драконом. Размер имеет значение, а каждый раз восстанавливать помещение – не лучшая затея. На этом предмете не было голой теории, только практика вперемешку с мерами предосторожности и правилами поведения при том или ином исходе. Студентам порой было трудно понять, что имел в виду преподаватель из-за его быстрой и тихой манеры разговора, но часто даже одно не расслышанное слово из теории быстро восстанавливалось в голове после совершённой ошибки. Профессор Зевисман знал о каждом студенте, кто какой магией обладал, способен ли был к перевоплощениям и, что являлось проводником самой магии. Все разные, но благодаря испытанию с кубом, было известно кто и как использует свои силы. Кто-то, как стереотипные маги, колдовал с помощью волшебных палочек, кто-то путем других предметов, книг, игрушек, камней, нитей и прочего. Некоторые могли использовать свою магию и без посторонних предметов, лишь движением рук. Такие считались рожденными уже сильными, но высшей одарённостью признавали колдовство любым способом: предметы, руки, слово, глаза, мысль. Это встречалось довольно редко, но, к сожалению, таковых изначально боялись, считая тёмными магами, несущими зло, не способными и на каплю добра.

— Итак, юные маги хаоса, — быстро говорил профессор, с подозрением глядя на каждого, — сегодня вам предстоит, следуя моим наставлениям, узнать свой облик, который вы способны принимать даже при минимальных запасах сил. Могут быть ситуации, когда только в обращённом состоянии есть шанс выжить, поэтому слушайте меня внимательно, — не было ощущения, что он пытался чему-то обучить, больше было похоже на скоростное говорение. — Сейчас я вас всех разделю на группы по способу использования магии, — за ним точно никто не гнался? — А дальше вы будете совместно пытаться что-то сделать, — профессор Зевисман шёл между студентами и, вглядываясь в лицо около пары секунд, выносил вердикт, к какой группе нужно перейти. — Мисс Грейдсон, пройдите к тем, кто использует предметы.

— Но я же... — хотела она возразить, но ей не позволили.

— Не спорьте и идите! — ещё быстрее прежнего потребовал преподаватель. — А Вы, мисс Вальзард, — на этот раз он почему-то задумался. — Идите... к тем, кто пользуется хотя бы руками, — неуверенно сказал он, тише, чем до этого, будто сомневаясь и боясь своего решения.

Закончив с распределениями, преподаватель решил ещё раз оглядеть всех студентов, чтобы убедиться, всё ли правильно он сделал. Самой многочисленной оказалась группа тех, кто использовал для колдовства какие-то предметы, далее по численности были студенты, пользующиеся магией с помощью рук или пальцев, а третья группа оказалась из трёх магов – те, чья сила была в глазах или слове.