Проклятье ведьмы

II

Он появился перед девочкой вскоре после того, как она шагнула в его владения. Своей высокой фигурой он пытался загородить от неё чёрные деревья, тянувшие к небу свои скрюченные, лишённые листьев ветви.

— Тебе здесь не место. — Куклы в руках у девочки странным образом притягивали его взор. — Зачем ты пришла?

— Я знаю, что тут есть что-то интересное. — Девочка обезоруживающе улыбнулась.

— Интересное? — переспросил он и огляделся.

— Я уже нашла. — Она указала пальцем на траву у себя под ногами, на коричневые и серые безобразные цветы, которые походили на искажённые ужасом человеческие лица. — Я вижу много-много голубых незабудок. На каждой из них по пять лепесточков, и все светятся.

Теперь он и думать позабыл о куклах:

— А ещё что ты видишь?

Девочка вытянула свою маленькую руку в сторону колючих зарослей. Они шевелились, как живые, и зацепишься за них — считай, пропал, обовьются вокруг горла и задушат.

— А это розы без шипов.

Он не успел предупредить — девочка схватилась за одну из колючек. Невольно он зажмурился, но тут же открыл глаза — в ладошке девочки была роза.

Вот теперь он попятился. Изумление его было не описать словами, а девочка отбросила цветок и довольно засмеялась:

— Я вижу зелёную тропинку, она ведёт в чудесный дом, большой-пребольшой, посреди поляны. Пойдём? — Она доверчиво протянула руку и спохватилась:

— Ой, совсем забыла! Меня зовут Лина. А вы... а вы кто?

— Я художник. — Он легонько сжал её пальчики и заставил себя улыбнуться в ответ. — Только и всего.

Он послушно шёл рядом с ней, как если бы это Лина была взрослой и вела его за ручку. Она говорила о том, что видела, и видения её преображали Заклятый Лес. Художник не обратил внимания на извивающиеся грязно-жёлтые щупальца — Лина решила, что это лесной зверёк пробежал мимо.

— А твоя мать? Она знает, где ты? — спросил художник.

— Узнает, — чуть нахмурилась Лина.

— Ты не боишься, что она огорчится?

— Ей будет лучше, если я пропаду, — убеждённо сказала Лина. — Я слышала, как это говорили взрослые. А тут хорошо, и я могу остаться.

— Твоя мать тебя не любит?

Лина не ответила, лишь крепче прижала к себе кукол, как единственных друзей, способных её утешить. Художник опасался слёз, но нет — Лина не заплакала.

Они вошли в дом, стоявший посреди поляны, и Лина охнула, но теперь от досады, что внутри дома... ничего не оказалось. Одна-единственная комната, картины, и на каждой из них было нарисовано то, что Лина увидела в Заклятом Лесу. Она повернулась к художнику и посмотрела своими растерянными карими глазами в его усталые и такие же карие, как у неё, глаза.

— Это всё ненастоящее? — тихо спросила Лина, прижимая к груди кукол. Она только сейчас поняла, что краски были слишком яркими, таких чудес не бывает, они...

— Ты всё это нарисовал?

— И да, и нет, — загадочно ответил художник.

Лина снова и снова осматривала комнату. Деревянные дощечки, кусочки угля, банки красок, небрежно брошенные кисти в одном углу, и... книги с чёрными обложками в другом, а рядом на подставке стеклянный шар размером с ладонь взрослого человека. Того, что молча стоял перед Линой.

— Мне мама раньше сказки рассказывала. — Голосок Лины чуть дрогнул. — Такие чёрные книжки и шар только у злых колдунов бывают...

Как только она произнесла эти слова, так и посмотрела вокруг новыми глазами. Ей стало трудно дышать, а по стенам и полу вовсе не дома, а некрасивой бедняцкой хижины пополз чёрный туман.

— Да. — Художник подхватил ослабевшую Лину. Глаза её закрывались сами собой, а куклы выпали из рук.

— Совсем забыл. Меня зовут Райне, — услышала Лина перед тем, как веки её сомкнулись и стало темно.

Прошлое

Райне держал в руках стеклянный шар, не зная, что с ним делать. Он надеялся, что в книгах мёртвой ведьмы отыщет разгадку, а пока сидел тихо.

Невдалеке слышались голоса, и высунься Райне из-за дерева, увидел бы пламя факелов. Однако он был осторожен.

Райне очень хотел, чтобы погоня оставила его в покое, но они твёрдо намеревались отыскать беглеца и с позором притащить в деревню. Чтобы потом наскоро судить и казнить — Райне был в этом уверен. Голоса приблизились, и он замер, стиснув шар дрожащими пальцами.

— Здесь мы ещё не искали.

— Мальчишка не мог далеко уйти, хоть он и колдун.

— Нельзя позволять ему скрыться. В другой раз он не дом, а людей подожжёт!

Райне стал тихонько отползать, держа шар в руке, а тот вдруг засветился, и Райне с ужасом прикрыл его ладонью. Ничего не случилось, и, не совладав с любопытством, Райне отвёл ладонь от шара... в котором появилась картинка. Маленькие фигурки в белом, с факелами, и Райне узнал своих преследователей, а потом один из них указал пальцем в сторону: