Проклятье Всевышнего

7 сентября эйманы - Кашшафа - Чарпад

7 сабтамбира, Хадаша

Сокол парил в небе, но даже с высоты Алет мог видеть, как Трис заходит в калитку, как доктор Декокт оглядывает ее с головы до ног. Вроде бы ничего особенного, ведь служанку берет, имеет право посмотреть. Но к горлу Алета сначала подкатывает тошнота от этого взгляда, а потом гнев. Хочется мчаться туда, набить морду этому врачу, забрать Трис, Шелу. Забрать брата даже насильно, если не захочет… Только вот это ничего не исправит. Ничего.

— Ал, позволь мне пойти служанкой в тот дом…

Когда Трис впервые озвучила эту идею, он даже вспылил. Жена эймана — служанка у людей? Никогда такого не было и не будет. Он старался не обидеть невестку. События в доме многому его научили. Сначала категорично сказал: «Нет», а потом постарался объяснить, почему это плохая идея.

— Ты представляешь, что такое быть служанкой? У тебя у самой всегда были служанки, вспомни, как твой отец с ними поступал. Даже если доктор Декокт не такой. Это тяжелый труд. К нему привыкают с раннего детства.

— Я не белоручка, Ал.

— Я не говорил этого, Трис. Мне сама мысль, что кто-то будет тобой помыкать отвратительна. Не думаю, что брат поймет, если я тебе разрешу такое.

Девушка печально кивнула и вышла из столовой. Алу нужно было пробыть в Хадаше месяц до того срока, что установила ему Ранели. Поэтому он арендовал несколько комнат в большом доме: две спальни, столовая, кабинет. Еду им приносила хозяйка.

Он надеялся что-нибудь еще придумать, чтобы пробудить память Шелы, но пока ничего хорошего в голову не приходило. Вот только такая бредовая идея Трис. Он был уверен, что нашел убедительные аргументы, чтобы больше не возвращаться к этой теме. Но на следующий день за завтраком снова услышал:

— Позволь мне пойти служанкой к доктору Декокту…

И снова по кругу.

— Он не вспомнит тебя, Трис.

— А вдруг? И даже если не вспомнит… Может, заново влюбится. Я хочу быть рядом с ним.

— Это не тот эйман, за которого ты выходила замуж. Ты разочаруешься. Ни улыбки, ни огня. Размазня какая-то.

— Он болен, Ал. Неужели ты думаешь, я могу разлюбить его, потому что он болен, потерял память? Я хочу быть рядом.

— Трис…

И снова аргументы. Убедительные, яркие, неопровержимые.

А на следующий день:

— Ал, позволь мне пойти служанкой в тот дом…

Надо отдать должное невестке. Она отступала, чтобы на следующий день снова убеждать. И однажды он сказал:

— Ну как ты себе это представляешь? Мне прийти и сказать: «Возьмите Катрис к себе?» Если бы ему нужна была служанка, он бы уже давно ее взял. Меня он запомнил, и теперь не поверит в мои добрые намерения. Осуществить твой план невозможно!

Глаза Трис вспыхнули от радости.

— Ал, — она склонила голову набок, заглядывая ему в лицо. — Не верю, что ты не справишься с этой проблемой. Ты и не с таким справлялся. Придумай что-нибудь.

В этот момент почему-то вспомнилась Ранели. Как будто не Трис ожидала от него чудес, а она. Девушка, которая никогда не отступала перед трудностями и пыталась найти свой путь, не такой, как у других.

«Ты же справишься, Ал?» — она смотрит на него лукаво.

Он ничего не отвечает. Не любит пустых обещаний. Но в этот же день начинает разрабатывать многоходовую комбинацию: убрать уже имеющуюся служанку из дома Декокта. Найти эймана, который смог бы сделать фальшивые, но убедительные рекомендации для Трис. Найти того, кто является авторитетом для доктора, кого он послушает при найме новой служанки.

Труднее всего было с первым пунктом плана. Слуги не любят менять хозяев, привыкают к их нраву, к их порядкам. Становятся практически членами семьи. Это он и по слугам эйманов знал. Никакими деньгами не переманишь. Исключения очень редки, а виноваты в том, что слуги уходят, как правило, сами хозяева.

Ал сообразил, что ему и не надо убирать навсегда служанку, женщину лет пятидесяти, которая и на кухне помогала, и дом убирала, и белье стирала. Всего лишь на два-три месяца ее удалить. Не останется же Трис и брат там навсегда.

Но даже и для этого пришлось применить немало усилий: найти сына старушки, использовать деньги и влияние, чтобы он попросил мать пожить у него хотя бы месяц… Удачно получилось, что у него жена недавно родила третьего. С остальным было уже проще.

Трис вошла в дом. Через эйма он уже следить за ней не мог. Ему самому там показываться тоже нельзя, к сожалению. Они договорились, что девушка будет присылать ему хотя бы небольшие весточки о том, как ей живется в доме. Но Ал не особенно на это рассчитывал. Разве она признается, что ей тяжело? Он ведь тогда сразу ее заберет, а Трис это не нужно. Но Сокол уже сообразил, как узнать более точную информацию: не только Декокт слуг держит. Заплатит работникам соседей, чтобы аккуратно выяснить, что рядом происходит.

Ал не верил, что у Трис получится пробудить память брата. Но он уважал ее желание быть рядом с мужем. Посмотрим, что из этого выйдет.