Проклятье Холодного Короля

Глава 11

Милена

Утром я нерешительно постучала в покои короля, чувствуя, как сердце стучит в груди. Ответа, как обычно, не было, и я медленно приоткрыла тяжёлую дверь, пахнущую воском и старым деревом. Внутри было тихо, только потрескивал камин, отбрасывая золотые блики на тёмные стены. Я осторожно поставила поднос с завтраком — тёплый хлеб, мёд, чай с мятой — на стол, но замерла, не зная, как начать. Тишина давила, и я искала слова, чтобы выразить сочувствие после его вчерашней исповеди. Его боль, его вина за пожар, его одиночество — всё это эхом звучало во мне. Я закусила губу, переминаясь с ноги на ногу, и мой взгляд невольно упал на маску. В утреннем свете, льющемся через витражи, рубины горели, а бриллианты сверкали, как осколки льда. Она притягивала и пугала, скрывая его лицо, его правду.

Салазар поднял глаза от пергамента, его перо замерло.

— Что-то не так? — спросил он, его голос был ровным, но с лёгкой настороженностью.

Я покачала головой, горло пересохло.

— Нет, — выдавила я. — Просто… я не считаю вас плохим.

Уголок его рта дёрнулся в едва заметной улыбке, и я почувствовала, как щёки теплеют.

— Мне всё равно, что ты обо мне думаешь, — сказал он, но в его тоне не было привычной резкости. — Но спасибо за добрые слова.

Я кивнула, чувствуя себя глупо, и стояла, пока он не сжалился.

— Ладно, — сказал он, откладывая перо. — Пойдём в тронный зал выслушать короля Вариана.

Он оглядел меня с ног до головы. Я уложила волосы в аккуратную косу, как учила Агафья, и выбрала второе любимое платье — изумрудное, с мягкой тканью, подчёркивающей талию. Король кивнул, будто одобряя, и встал, поправляя чёрный сюртук. Его маска сверкнула, и я снова почувствовала укол страха, но подавила его.

Как вчера, я следовала за ним, словно суровый призрак, стараясь держать спину прямо и лицо бесстрастным. В тронном зале, огромном и холодном, с высокими сводами и мозаичным полом, он вручил мне серебряный поднос с единственной алой розой, её лепестки пахли сладко и горько.

— Но я думала… — ахнула я, не понимая.

Он покачал головой, прерывая меня, когда массивные двери зала со скрипом открылись.

Король Вариан вошёл бодро, но я заметила тёмные круги под его глазами и дрожь пальцев, сжимавших трость. Его красный нос казался ещё ярче на бледном лице, а ухмылка была натянутой. Он низко поклонился, и за ним вошли Тая и Кадия. Тая, как всегда, стояла прямо, её взгляд был пустым, устремлённым в никуда. Кадия, в новом платье, ещё более откровенном, выпячивала грудь и улыбалась королю, её ресницы трепетали. Вариан заметил поднос в моих руках, и его глаза заблестели. Он улыбнулся Кадии, а она ответила злобной ухмылкой, будто уже праздновала победу.

Я подавила гнев, чувствуя, как пальцы сжимают поднос. Как они смеют думать, что Салазара соблазнит эта вульгарная девчонка в нелепом платье? Я взглянула на розу и скривилась. Нет, он не поддастся. Он слишком умён, слишком холоден для таких игр.

— Король Салазар, хорошо ли спали? — спросил Вариан, его голос был громким, но с хрипотцой.

— Да, — прогремел Салазар, его тон был властным, почти угрожающим. — Простите, но хочу проводить вас, пока погода не испортилась. О чём вы хотели говорить?

Улыбка Вариана стала шире, он поманил Кадию вперёд.

— Мой король, вы знаете, как я уважаю вас как человека и правителя, — начал он, его слова звучали отрепетированно. — Я стремлюсь дать лучшее своей стране и семье. Я чувствую связь с вами и вашей землёй и верю, что вы тоже. Поэтому я предлагаю объединить наши королевства, скрепив союз рукой моей дочери.

Он низко поклонился, а Кадия присела, выставляя грудь, её улыбка была приторной. Я затаила дыхание, чувствуя, как воздух в зале тяжелеет. Союз с этой девчонкой сделал бы мою жизнь адом, и кто знает, какие беды ждали бы народ Салазара. К счастью, он знал.

— Как ни лестно ваше предложение, я отказываюсь, — сказал он, его голос был холодным, как сталь.

Я поморщилась от его тона, но внутри ликовала. Вариан, однако, побагровел, его щёки и шея налились кровью.

— Неужели вы не видите, как это выгодно? — прогремел он, его голос дрожал от гнева.

— Вам? Да, — отрезал Салазар. — Мне и моему королевству — нет. Ваша дочь — обуза, которую я не пожелал бы никому. Вы принесли своему народу лишь нищету и войны. Я не рискну заразить своё королевство.

Вариан пыхтел, его глаза метались. Кадия то притворно всхлипывала, то рыдала, затем замолчала, кипя от злости, её лицо исказилось. Тая стояла стоически, глядя поверх голов, и мне было её жаль — тяжёлая жизнь с такой семьёй. Вариан указал пальцем на меня, его рука дрожала.

— Тогда зачем роза? — рявкнул он.

— Это? — легко спросил Салазар, его голос был насмешливым. — Просто красиво.

— Роза или девчонка? — фыркнула Кадия, её глаза сверкнули ядом. — Зачем вам жена, когда можно кувыркаться с этой шлюшкой? Наверняка вы заставляете её делать то, на что порядочная женщина не согласится!

Я ахнула, чуть не уронив поднос. Щёки запылали, слёзы укололи глаза. Это было худшее, что обо мне говорили, и слова Кадии жгли, как раскалённое железо. Я почувствовала, как взгляды всех в зале — стражи, Терентия, даже Тая — устремились на меня. Салазар замер, будто не дыша, его фигура стала неподвижной, как статуя. Затем он медленно встал и спустился по ступеням трона, каждый шаг отдавался эхом. Вариан пошатнулся, но не отступил, его лицо было смесью страха и дерзости.

— Убирайтесь с вашей ужасной дочерью и не возвращайтесь, — сказал Салазар, и угроза в его голосе была такой явной, что воздух стал густым.

Я была благодарна, но слёзы всё равно жгли глаза. Тая ушла первой, с мрачной улыбкой, будто довольная провалом сестры. Кадия, хмурая и злая, последовала за ней, её каблуки стучали по мозаике. Вариан сглотнул, пытаясь что-то сказать, но лишь поклонился и поспешил за дочерьми, его трость звенела по полу.

Салазар не повернулся ко мне, его спина была напряжена.