Проклятие Багровой Луны: Зов Крови

Глава 5: Призыв к земле

Оглушительное «БЕГИ!», прозвучавшее в ее сознании, еще отдавалось в висках набатом, когда Алиса сорвалась с кровати. Сердце колотилось, подгоняемое адреналином и остатками ужаса от сна. Каждая секунда отсрочки приближала тот момент, когда ее навсегда закуют в цепи долга и чужих ожиданий. Холодный пол обжег босые ноги, но она почти не чувствовала этого — все ее существо было сосредоточено на одной цели: добраться до комнаты Илдиты.

Она приоткрыла дверь и замерла, прислушиваясь. Замок спал, лишь изредка доносились отдаленные шаги ночной стражи. Длинные коридоры, освещенные редкими факелами, отбрасывали зловещие, пляшущие тени. Каждый скрип половицы под ее ногами казался оглушительным грохотом. Она прижималась к холодным каменным стенам, чувствуя, как дрожь пробегает по всему телу. Мысли путались: «А что, если я ошибаюсь? Что, если она выдаст меня?» Но воспоминание о словах отца "я доверяю ей как самой себе" заставляло надеятся, что это правильное решение.

Не думая о приличиях, она босиком, в одной тонкой ночной сорочке, выскочила из своей комнаты и ринулась к соседней двери. Рука сама потянулась к железной скобе, и она ворвалась внутрь без стука, без приглашения.

Комната встретила ее непривычной тишиной и густым, терпким запахом сушеных трав, витавшим в воздухе. У стола, при свете единственной свечи, сидела закутанная фигура. Ее голова и нижняя часть лица были, как всегда, плотно повязаны тканью серого цвета, сложенной замысловатым узлом. Видны были лишь глаза да прядь белых волос. Илдита читала какую-то старую книгу в потрескавшемся кожаном переплете, и казалось, ничто не может нарушить ее покой.

— Нам нужно поговорить, — произнесла Алиса, и ее голос, вопреки всему, прозвучал твердо, хотя внутри все дрожало от страха и решимости. — Сейчас.

Женщина медленно подняла голову. Ее глаза, ярко-зеленые и невероятно живые на фоне безжизненной ткани, устремились на Алису. В них мелькнуло не удивление, а скорее… ожидание. Как будто она ждала этого визита.

— Говори, — тихо, почти беззвучно, произнесла она.

Алиса сделала шаг вперед, к столу, стараясь не сбиться, подобрать нужные слова. Она чувствовала себя оголенным нервом, натянутым до предела. Казалось, еще мгновение — и она сорвется в истерику.

—Я знаю, что вы не та, за кого себя выдаёте. Мой отец… он не стал бы просто так приставлять ко мне компаньонку. Он сказал, что доверяет вам как себе. Я верю ему. А потому скажу прямо. Завтра — будет поздно. Если я останусь здесь, меня сломают. Перекроят под нужды этого клана, заставят забыть о себе. Я не могу этого допустить. Я решила бежать. Сегодня. Ночью.

Тишина в комнате повисла густая, гнетущая. Незнакомка не моргала, ее неподвижность была пугающей. Лишь длинные, бледные пальцы медленно, с тихим шуршанием, закрыли книгу.

— Смелая девочка, — наконец нарушила она молчание, и в ее голосе прозвучала странная нота — не одобрения и не осуждения, а скорее оценки. — Но ты должна отдавать себе отчет. Если ошиблась во мне — твой побег закончится, едва начавшись. Ты погибнешь.

Алиса подняла подбородок, глядя прямо в эти пронзительные зеленые глаза. Внутри все сжималось от страха, но она помнила глаза из сна и слова отца. Это был ее единственный шанс.

—Если я не рискну — я погибну в любом случае. Просто медленнее. И мучительнее. От сознания, что я не попыталась бороться.

На скулах за тканью обозначились ямочки — будто бы она улыбнулась. Тень удовлетворения.

Истинное лицо

— Хорошо, — произнесла она, и ее голос внезапно изменился. Он стал ниже, глубже, приобрел бархатные, мужские обертоны. Звук будто исходил из самой груди. — Ты достойна правды.

Она подняла руки и медленно, почти ритуально, стала разматывать ткань с лица. Полотно падало мягкими складками, открывая тонкий нос, высокие скулы, изящный подбородок. Черты его лица были настолько утонченными и мягкими, лишенными какой-либо грубой мужественности, что в женском платье и с длинными волосами его действительно можно было принять за высокую, худощавую женщину. Когда последняя складка ткани упала, Алиса увидела все лицо. Кожа отливала легким перламутром, волосы были белыми, как первый снег. Но больше всего поразили Алису глаза — они сияли ярким, живым изумрудным светом, а из-под серебряных прядей виднелись изящные, заостренные кверху уши.

Алиса ахнула, непроизвольно отшатнувшись. Но это был не крик ужаса, а возглас чистого, оглушительного удивления. Она смотрела на это неземное, прекрасное лицо и не могла поверить, что все это время рядом с ней находилось такое существо.

— Эльф… — выдохнула она, не в силах вымолвить больше.

— Верно, — он слегка склонил голову в элегантном, почти театральном поклоне. — Имя моё — Эйлар. Когда-то твой отец спас мне жизнь. С тех пор мой долг перед ним — долг крови — обязывает меня ответить ему тем же "жизнь за жизнь". Поэтому сейчас я здесь — чтобы сохранить твою жизнь.

— Но почему… такая маскировка? — Алиса не могла оторвать взгляд от его настоящего облика. Он был одновременно пугающим и завораживающим.

— Эльфы в этих землях — редкость, вызывающая страх и недоверие, — спокойно объяснил Эйлар. — Мужчина-эльф в покоях невесты предводителя оборотней? Это вызвало бы лишние, и, уверяю тебя, смертельно опасные вопросы. Этот наряд был… разумной мерой предосторожности. Люди склонны видеть то, что хотят видеть. Они видели служанку.

Правда о ведьмах

Алиса, стараясь прийти в себя, собралась с духом и задала главный вопрос, терзавший ее все эти дни. Она опустилась на стул, чувствуя, как подкашиваются ноги. Все происходящее казалось сном.

—Хорошо… но как вы собираетесь мне помочь? Я… я не знаю даже, кто я здесь. Я слаба, я не умею сражаться, я не знаю этих земель.