— Быстрее! Нам нужно уходить глубже в чащу, сейчас же! — резко прошептал Эйлар, и в его обычно спокойном, мелодичном голосе впервые прозвучала металлическая нотка страха. Он схватил Алису за руку выше локтя, и его пальцы, обычно такие изящные, сжались с такой силой, что ей стало больно. Он почти потащил ее за собой в непроглядную темень леса, где стволы древних деревьев стояли как немые стражи, а ветви сплетались в плотный полог, скрывающий луну.
Бежать было невыносимо трудно. Ноги, непривыкшие к такой физической нагрузке, путались в корнях, покрытых скользким мхом, и в хворосте, который громко хрустел под каждым шагом, словно нарочно выдавая их местоположение. Ветки, словно живые существа, хлестали ее по лицу, оставляя на коже царапины. Дыхание сбивалось, сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь в ушах оглушительным стуком. Она задыхалась, но страх, погонявший ее по пятам, придавал сил.
Внезапно из глубины леса, казалось, от самого сердца ночи, донесся протяжный, леденящий душу звук. Это был не просто волчий вой — это был полный ярости, боли и обещания мести рев, от которого кровь стыла в жилах, а по спине бежали мурашки.
—Это что, волчий вой? — выдохнула Алиса, едва переводя дух, чувствуя, как ноги подкашиваются.
— Дела хуже некуда, — бросил эльф через плечо, не сбавляя темпа. Его глаза в полумраке светились тревожным изумрудным огоньком. — Они пустились в погоню в облике зверей. Я надеялся, у нас будет хотя бы несколько часов форы. Забыл, что ты совсем неумеха в своем же даре! Твой отец ведь говорил тебе развивать его, чем ты занималась все это время? Любовалась на своего сурового жениха?
Алиса, запыхавшаяся, испуганная и уязвленная, даже не сразу нашлась что ответить. В памяти, словно укор, всплыли образы их с Рейном прогулок — его редкие, скупые улыбки, моменты задушевных разговоров у камина, когда она позволяла себе забыть об опасности и видела в нем просто человека. Стыд, горький и едкий, обжег ее изнутри. Эльф был прав. Она тратила драгоценное время на пустые, наивные надежды, вместо того чтобы учиться владеть той силой, что могла спасти ей жизнь. Она была глупой, слепой девочкой в мире взрослых хищников.
— Так, стоп! — Эйлар резко остановился, заставив Алису чуть не врезаться в него. Он замер, его стройное тело напряглось, как у дикой кошки, а острые уши, казалось, вибрировали, улавливая малейшие звуки. — Убегать бесполезно, они намного быстрее и выносливее в этой форме. Тот, кто ведет свору, идет не по запаху. Он следует по следу клейма истинной. Ты должна его выжечь. Сейчас же.
— Выжечь? — Алиса смотрела на него с недоумением и растущей паникой. Ее ум, воспитанный в мире технологий, отчаянно искал логичное решение. — Огонь? Где я сейчас найду огонь? У меня даже… — она запнулась, на мгновение забывшись, мозг автоматически выдал знакомое слово из прошлой жизни, — …спичек нет!
Эйлар удивленно поднял бровь, его изумрудные глаза сузились.
—Спи-чек? — он исковеркал незнакомое слово, и оно прозвучало дико и чуждо в этом древнем лесу. — Неважно, что это. Запомни: огонь всегда внутри тебя, девочка. Ты носишь его в своей крови. А теперь сосредоточься и выжги это дурацкое начертание, пока они не нашли нас! Они уже близко, я слышу их дыхание!
Алиса закрыла глаза, отчаянно пытаясь отогнать волну паники, которая грозила захлестнуть ее с головой. Она заставила себя дышать глубже, прислушиваясь к себе, к тому, что творилось у нее внутри. И тогда, сквозь хаос страха, она ощутила его. Где-то глубоко в груди, под ребрами, теплился маленький, но живой и горячий комочек — тот самый огонек, что танцевал у нее на ладони в камине. А рядом с ним, будто черная клякса на чистом листе бумаги, пульсировало холодное, чужеродное темное пятно. Оно ощущалось как сгусток льда, вмерзший в ее естество. Она мысленно ухватилась за свой внутренний огонь, представила, как сжимает его в кулаке, и всей силой воли направила на это пятно. Она действовала по наитию, не зная правил, но ей казалось, будто невидимая, знающая рука ведет ее, мягко подсказывая, куда направить энергию. Она почувствовала резкую, жгучую боль, будто раскаленным железом прикоснулись к самому нерву, и темное пятно исчезло, растворилось без следа, словно его и не было.
В тот же миг из глубины леса, совсем рядом, донесся жалобный, почти человеческий скулеж, полный растерянности, боли и ярости.
—Он почувствовал, — прошептала Алиса, чувствуя странное смешение облегчения и вины.
—Еще одна плохая новость, — мрачно констатировал Эйлар, оглядываясь по сторонам. — Теперь он знает, что ты ведьма. А если его волчий ум еще не сложил два и два, то его человеческая половина сделает это очень скоро. Так что если нас сейчас поймают, смерть тебе гарантирована, красотка, — он едва заметно, почти по-дружески подмигнул ей, пытаясь снять невыносимое напряжение. — Как, впрочем, и мне, твоему сообщнику. А теперь, пока не поздно, попробуй спрятать нас получше. Создай укрытие.
Алиса снова закрыла глаза, чувствуя, как от предыдущего усилия ее колени подкашиваются. На этот раз она не искала врага внутри, а обратилась вовне. Она представила вокруг них не просто шар, а живой, дышащий кокон, уходящий корнями глубоко в землю. Он был похож на густой, прозрачный кисель, непроницаемый для взглядов, чутья и слуха. Она вложила в этот образ всю свою волю, все отчаяние, всю жажду жизни.
—Молодец, — с нескрываемым одобрением произнес эльф, и в его голосе послышалось удивление. — А ты быстро учишься. Настоящая природная сила. Теперь тише воды, ниже травы. Ждем.
Вскоре послышался шум приближающейся погони — оглушительный треск ломаемых сучьев, тяжелое, хриплое дыхание, низкое, угрожающее рычание. И тогда она увидела его. Из чащи, словно призрак, выпрыгнул огромный белый волк. Он был размером с молодого жеребца, его мускулистое, поджарое тело излучало первобытную мощь, а шерсть отливала призрачным серебром в скупом свете, пробивавшемся сквозь кроны. Морда его была испещрена боевыми шрамами, рассказывающими историю бесчисленных схваток, а желтые глаза, обычно полные холодной уверенности вожака, сейчас пылали дикой болью, обидой и яростью. Это был Рейн.
Отредактировано: 05.10.2025