Проклятие Чёрного Графа.

IV.

В комнате Марианну уже ждала Абигейл, в руках он держала платье. Взгляд у девушки был осуждающим. Когда дочь губернатора протолкнули внутрь — что было довольно грубо, знаете ли! - и захлопнули дверь за её спиной, бедной Мианн некуда было деться.

- Молчи, - предупредила она служанку, которая уже собиралась было что-то сказать. Абигейл тут же захлопнула рот и, скорбно вздохнув, подошла к хозяйке. Её надо было помыть, переодеть и привести в порядок, и как можно скорее.

Работы предстоял непочатый край — грязные чёрные ступни, явно не предназначенные для ношения туфель, ободранные корой дерева ладони, грязь на щеке. Сняв с Марианны её пришедший в совершенную негодность наряд, Абигейл отправила её в чан с водой. Мианн отбивалась, как могла, словно маленький ребёнок, и лезть не хотела, но служанка была настойчива и непреклонна, и девушке пришлось смириться.

- Ну ладно, ладно! - сварливо прокричала она. - Полезу. Господи, спасу от вас нет! Лишь бы человека против его воли мучать!

Абигейл мудро промолчала и намылила мочалку.

- А-а-ай! - завопила Марианна. - Больно же! Ты что же, хочешь содрать с меня кожу, чертовка?! - она закрутилась в чане, расплёскивая пенную горячую воду. Она залила Абигейл весь фартук, и служанка не выдержала. Стараясь, чтобы её голос звучал как можно спокойнее, она начала:

- Знаете, можно было и не сбегать в столь важный день, на который назначена встреча. Не надо было бы сейчас торопиться.

- Ты что, дура? - Марианна выпучилась на неё. - Сегодня же ярмарка! А отец знает, что я хожу туда каждый год. Вот и назначил бы встречу с этим упырём на любой другой день! Я бы, может, тогда и согласилась.

Абигейл покачала головой.

- Вам пора взрослеть, - сказала она. - Не всегда мы должны делать то, что нам хочется. Когда вырастаешь, приходится выбирать более важные вещи.

- Ну так я и выбрала важные вещи! Ярмарка — это очень важно, - Марианна поморщилась, пока ей намыливали волосы. - Ай, глаза щипет!

- Так Вы их закройте, - предложила служанка.

- Ишь чего, - возмутилась девушка, - это ты мыль аккуратнее! Вот объясни мне хоть ты — мне этот граф для чего сдался? На кой?

- Вы — наследница большого богатства и титула, Вам обязательно нужен муж.

- А каким образом чужой мужчина поможет мне унаследовать богатства моего отца? - продолжала своё Марианна. - Он-то к этому делу никак не относится! Я прмяой потомок отца, а значит, и без любого идиота являюсь его наследницей.

- Прямое наследство может получить только сын, таковы законы, - мягко объяснила Абигейл. Раздражение ушло, как только ей пришла в голову мысль: ведь эта Марианна — явно недалёкая девчонка. В сущности, её даже жаль. Злая, глупая, и ничего-ничего не понимает. Оттого и злится, что ей не объяснили раньше простых вещей.

- А кто эти законы придумал? И какова их логика? На каком, собственно, основании? Х продолжала бушевать Марианна, ещё больше подтверждая мышление Абигейл. Да, ей просто никто ничего не объяснил.

Закончив мытьё, служанка обернула Мианн в большое махровое полотенце и насухо вытерла ей волосы. Теперь пора было приступать к одеваниям.

Марианна никогда не любила взрослые платья для настоящих женщин — они вечно перетягивают талию, мешают дышать и сковывают движения. Сама она до сих пор носила детские платья с короткой юбкой, что в обшем-то, было неприоично, но её не особо это волновало. Всяко её отец может испортить жизнь любому её обидчику.

Однако теперь Мианн засунули в корсет, затянули шнурки на спине, выдали подъюбник, который мешал делать удобные широкие шаги. В нём приходилось семенить, будто танцовщица.

Волосы, которые Марианна обычно собирала в небрежную косу или попросту конский хвост, сейчас распустили и завили. В уши вдели серёжки, которые болтались при каждом движении головы. Всё это начинало её раздражать.

- Ну почему быть девушкой так не удобно? - возмущалась она с каждым новым аксессуаром.

Абигейл хотела было спросить: «Разве матушка не учила Вас?», но вовремя прикусила язык. Ведь мать Марианны умерла, и стоило бы об этом помнить, иначе вышло бы...очень плохо. Поэтому Абигейл лишь пожала плечами и продолжила укладывать локоны хозяйки.

В комнату заглянула горничная. Высунувшись из-за двери, она зашикала, привлекая внимание подружки:

- Аби! Аби! Вы готовы? Хозяин уже на взводе. Скоро приедут гости.

Абигейл кивнула, завила последний локон и отошла в сторону, любуясь своим творением. Взглянув в зеркало Марианна, напротив, ужаснулась — она была похожа на праздничный торт! Трёхэтажный, кремовый, с пошлыми марципановыми цветочками! Платье ей дали розовое, что совершенно не подходило к её цвету кожи. Вся юбка пестрела оборочками и воланами, словно она кукла с прилавка!

- Я не пойду никуда в таком виде, - девушка скрестила руки на груди. Она знала, что с Абигейл может потягаться силой, и не собиралась сдавать свои позиции.

- Но, мисс… - начала было всё ещё стоящая в дверях служанка.

- Госпожа, Вы должны, - строго сказала Абигейл, и еле увернулась от удара, потому что Марианна налетела на неё с кулаками:

- Никогда не говори мне о том, что я должна, ты, чернявка! Ты вообще кто? Ты мне как приказывать смеешь?

- Зато моих приказов ты точно не имеешь права ослушаться, - послышался строгий низкий голос. Губернатор, зная свою дочь, зашёл за Марианной сам. - Отпусти девушку сейчас же. Она ни в чём не виновата. И прекрати распускать руки, как будто тебе три. Я запрещаю тебе драться.

Девушка выпустила из рук кружевной воротничок Абигейл и презрительно фыркнула. Не понять было сразу, к кому обращён столь яркий жест — к отцу или к служанке, или ко всем вместе.

- Пошли, - отец взял её за руку, крепко сцепив пальцы вокруг запястья.

Растрёпанная — ведь ей пришлось нехило встряхнуть Абигейл и встряхнуться собой, - Марианна поплелась за ним. Периодически она пыталась споротивляться — вырывалась, замедляла шаг, - но отец был непреклонен. Он вёл её в гостиную.