Проклятие Чёрного Графа.

XIII.

Абигейл честно старалась повеселиться. Она даже поучаствовала в нескольких играх, станцевала с закрытыми глазами и съела яблоко из рук незнакомца. Но всё это было не по ней. Ей было не удобно в нарядном платье из голубого шёлка, которое ей сшила мама, ноги болели от туфлей на каблуках, глаза слепил яркий свет. Шум людей, не обременённых переживаниями, её пугал и настораживал. Казалось, общество вот-вот сожрёт её, и выплюнет косточки. Опасностью пахло на каждом шагу, и с каждой минутой, проведённой в таверне, Абигейл всё сильнее охватывала паника. Они все смеются над ней, когда смотрят, как она неловко пляшет с завязанными глазами. Они отвергают её, оскаливаясь улыбками. Чем больше народ распалялся в своей мистерии, тем сильнее всё вокруг давило на Абигейл. Ей казалось, что её вот-вот накроет волна жара, пота и неконтролируемых эмоций, и это будет столь же катастрофично, словно смерть.

Воздуха становилось всё меньше, перед глазами всё плыло, и стена, на которую Абигейл оперлась, чтобы не упасть, плавилась под её разгорячённым в агонии телом.

- Абигейл! - шум издалека сливался в один монотонный звук, и она не могла понять, зовут её, или её только кажется. - Абигейл! - кто-то схватил её за руку, и ладонь незнакомца показалась её ледяной. - С тобой всё в порядке?

Девушка не нашла сил посмотреть на человека, стоящего справа от неё и дышащего прямо ей в лицо, она старалась глотнуть ещё хотя бы капельку воздуха, а то лёгкие, казалось, вот-вот слипнутся.

- Так, это никуда не годится, - сказал кто-то решительно и, перехватив девушку за талию, потащил её болтающееся тело к выходу.

Свежий воздух ударил в лицо в тот момент, когда Абигейл уже почти потеряла сознание. А ещё помогла вода, которой ей забрызгали не только всё лицо, но и всё платье. Когда холодные капли коснулись её кожи, тело стало приходить в норму. Постепенно охлаждаясь, Абигейл медленно возвращалась в сознание. Дыхание её выровнялось, сердце билось всё так же сильно, но уже не бешено, словно скачущая лощадь.

Здесь, у входа в таверну, на воздухе, на пространстве, девушка ощутила себя увереннее. Здесь уже не было всех этих голосов, сливающихся в один угрожающий рык, не было многоликого демона разврата, искажающего лица даже самых красивых людей…

Здесь был только свежий летний воздух, немного влажный после дождя, да тьма ночного неба. А ещё…

- Ты в порядке? - тихо спросили откуда-то.

Абигейл повернула голову в сторону своего спасителя, который скромно стоял и ожидал. Ну конечно же Тобби. Он выглядел насмерть перепуганным, но всё равно старался не подавать виду и излучать спокойствие и решимость, понимая, что девушке сейчас нужна опора.

Она неуверенно кивнула и перевела взгляд на ящик, где обычно сидел Гарри. Сейчас там его не было. Плохой знак.

- Что, если нам просто уйти отсюда? - голос юноши вернул её в реальность. - Пойдём, да прогуляемся по улочкам, слопаем крендель — если кондитерская, конечно, ещё не закрыта, - посидим в парке? Мне кажется, тебе не очень-то нравятся большие сборища… - резонно заметил он.

Сглотнув, Абигейл вновь кивнула, теперь уже через силу. Ей не хотелось говорить, не хотелось подавать виду, что всё в порядке, а тем более, что она вообще жива. Хотелось замереть, спрятаться, исчезнуть. Пусть всё и было теперь относительно хорошо. По крайней мере, скрипки музыкантов теперь звучали гораздо тише через толстую дубовую дверь.

- Я только скажу твоей сестре, что мы ушли, - засуетился Тобби. - Она наверняка станет переживать, что тебя нигде нет.

Абигейл собиралась было заметить, что, если бы Кэт было действительно важно, как там её сестра, то она заметила бы гораздо раньше, что Аби плохо, однако не стала. Во-первых, ей всё так же не хотелось говорить. А во-вторых, говорить о подобном невежливо, пусть даже это и может оказаться правдой.

Кэтрин — очень увлекающаяся личность, именно поэтому она могла просто-напросто забыть, что младшая сестра вообще с ней, пусть даже сама суть вечеринки была в том, чтобы растормошить Абигейл. Именно поэтому Аби не воспринимала помощь страшей всерьёз — если Кэтрин считала, что она сможет решить проблему, она вбивала себе это в голову и приступала к действиям. И процесс помощи её так захватывал, что ей было уже не важно, нужна ли такая помощь человеку. Это можно было бы назвать медвежьей услугой, но Абигейл уж слишком любила старшую сестру, чтобы так думать о ней. Всё же, Кэт старалась и делала это от всей души.

Сегодня Кэтрин разоделась, словно торт — розовое пышное платье в рюшках, золотые волосы завиты в тугие локоны. На ногах белые туфельки с бантиками. А какие она подготовила конкурсы! Участники вечеринки успели попробовать всё — потрогать лица друг друга с закрытыми глазами, выбрать себе тайного поклонника, поцеловаться по жребию, станцевать, крепко зажмурив веки, и это только то, что Абигейл застала, прежде, чем ей стало плохо.

Тобиас вернулся очень быстро — кажется, он боялся оставлять девушку на долго одну. Вдруг с ней опять что-нибудь случится?

- Я захватил тебе платок, а то вдруг будет холодно, - он заботливо накинул на плечи девушки шаль, что было кстати. Абигейл уже надышалась прохладным воздухом и начала постепенно замерзать. Она, как истинаая леди, надела сегодня платье с открытыми плечами, и это начинало не только смущать, но и приносить неудобства.

- Ну что, пошли? - разомкнув губы, спросила девушка, и коротко глянула на своего сегодняшнего кавалера.

- Да, да, конечно, - он вновь засуетился, не зная, с какой стороны встать, чтобы лучше поддержать Абигейл. В конце концов, он определился, и по обыкновению пошёл слева от девушки.

Было приятно всё сильнее отдаляться от уже еле слышного шума, топота ног, криков. Яркий свет сменился тусклым освещением уличных фонарей, а ещё можно было услышать мпение птиц. Абигейл всё больше успокаивалась, вдыхая вкусный сладкий воздух с запахом гари и остывающего неба.

- Я, наверное, пожалею о том, что спросил… - начал, запинаясь, Тобби, - но...почему...почему тебе стало плохо?