Проклятие Чёрного Рыцаря

8

Дорогие читатели, я начала писать параллельно с "Рыцарем" еще один роман - в духе викторианской Англии, с ноткой мистики, таинственным поместьем и запретной страстью между гувернаткой и хозяином дома. Приглашаю прочитать первые главы! И не стесняйтесь оставлять отзывы, конструктивные и вежливые только приветствуются! Спасибо всем за оценки)

Утро было влажным и тусклым, будто солнце не решалось пробиться сквозь плотный туман. Элис, проснувшись раньше обычного, велела не подавать ей завтрак и отправилась в сторону того крыла замка, где вчера бушевал огонь. Она настояла, чтобы осмотр происходил без лишней суеты и без участия большинства слуг. Ей не давал покоя один странный момент: запах, который не был похож просто на гарь.

Обгоревшие стены источали резкий, чуть сладковатый аромат, который казался Элис подозрительно знакомым. Она наклонилась ближе к каменной кладке, прикасаясь к ней через платок.

— Не дым... — пробормотала она. — Что-то другое.

В этот момент рядом возникла Матильда, тихо ступая, как всегда.

— Я тоже почувствовала. Вчера. Перед тем, как начался огонь. Это масло, миледи. Пахнет орехами.

— Ореховое?

— Льняное, скорее всего. Наш старый живописец пользовался им, когда писал портреты. Оно хорошо горит.

Элис выпрямилась и посмотрела на черную, обугленную балку.

— Значит, это был поджог.

Матильда кивнула, сжав губы:

— Кто-то хотел уничтожить что-то. Или кого-то.

Позже в тот же день она встретилась с Раулем — теперь уже официально работающим поваром замка. Слуги приняли его с недоумением, а Матильда — с явной настороженностью.

— Повар, — буркнула она, сверля его взглядом. — Ну-ну. С виду ты скорее выглядишь как тот, кто людей жарит, а не уток.

Рауль улыбнулся:

— Если нужно, и утку, и заговорщика. Универсальный подход.

Матильда хмыкнула и ушла, качая головой. Элис едва сдержала смех, глядя ей вслед.

— Почему ты решил вернуться именно так? — спросила она, приглушая голос.

— Потому что после пожара в замке появились глаза. И уши. И мне лучше быть поближе. А еще потому, — добавил он, чуть наклонившись, — что ты доверяешь мне. Хоть немного.

Она ничего не ответила, но не отвернулась.

Вечером, когда солнце уже садилось, а двор заполнялся длинными тенями, Элис вышла во внутренний двор. Грегор, как всегда, тренировался с мечом. Перед ним стояла деревянная тренировочная фигура — грубая, но с отчетливыми очертаниями человеческой формы. Элис удивляло то, что ее надсмотрщик оказался столь строг к себе, что не пропускал ни дня тренировок.

Она остановилась на краю двора, не сразу привлекая его внимание. Наблюдала за его работой — за тем, как он отступал, взмахивал мечом, снова сближался. Мускулы двигались под тканью рубахи, дыхание было ровным, сосредоточенным. Он выглядел не только сильным, но и целеустремленным. И совсем не тем холодным чужаком, каким казался вначале.

Он заметил ее и приостановился, тяжело дыша.

— Миледи?

— Я… просто хотела немного прогуляться.

— Или увидеть, как я машу палкой перед бревном? — усмехнулся он, подходя ближе.

Она слегка улыбнулась:

— Не каждый делает это с таким выражением лица.

— Моя мать говорила, что я слишком серьезен с детства.

Она посмотрела на него пристальнее:

— Грегор… я нашла кое-что. Запах. Я ходила в ту часть, где был пожар. И если верить Матильде, то все там пропиталось запахом льняного масла.

Он сжал челюсти:

— Нужно быть осторожной. Если к этому причастны люди из двора, это может быть намного опаснее, чем мы думали.

Она кивнула.

— Рауль…

— Повар? — Вскинул брови Грегор. — Вы его уже по имени зовете?

Элис невольно покраснела.

— Я думаю, он может помочь.

— Значит, я прав, говоря, что он не тот, за кого себя выдает?

Элис вздохнула и опустила голову.

— Сэр Грегор…

Он насмешливо посмотрел на нее, будто бы с упреком. Какого-то “повара” она зовет по имени, а к нему, кто ближе ей по статусу, исключительно соблюдая приличия.

— И вам он нравится?

Она покраснела, но выдержала его взгляд:

— А вам — не все ли равно?

— Нет, — ответил он тихо. — Мне не все равно.

Между ними повисло молчание. Вечерний ветер тронул ее волосы. И вдруг, в этой напряженной тишине, вдали раздался крик. Один из слуг бежал, размахивая руками:

— Миледи! Госпожа! Нашли что-то… у стены старой башни! Вы должны это видеть!

Элис и Грегор переглянулись — и почти одновременно бросились вперед.

Они добрались до стены старой башни почти бегом. У подножия валялась выцветшая, обгоревшая с одного края тряпка. Один из молодых слуг держал ее за угол, глядя на Элис с испуганным видом.

— Я едва не прошел мимо… но запах, миледи… — пробормотал он. — Как на месте пожара.

Грегор присел и осторожно взял ткань. Это был кусок грубого холста — когда-то, возможно, подол рабочей туники или балахона. Один край почернел от огня, другой остался цел. Когда он поднес его ближе, запах стал отчетливым.

— Льняное масло, — подтвердил он, нахмурившись. — Тот же самый запах. И как только ваша стража могла упустить все это?

Элис кивнула, соглашаясь. Она начала понимать, что либо стражники не выполняют приказы, либо их подкупили, либо тот, кто подстроил пожар, настолько умен и осторожен. Возможно, готовя поджог, этот человек испачкал одежду, а потом, заметив, попытался избавиться от нее.

Матильда, стоявшая немного поодаль, вдруг фыркнула и насупилась. Она принюхалась, покрутилась на каблуках и подозрительно уставилась на одного из мальчишек-слуг. — Эй ты, паршивец, подойди-ка!

Парень, долговязый и взъерошенный, подошел неохотно.

Матильда обошла его кругом, словно сторожевая собака, и вдруг воскликнула:

— Вот он! Этот пахнет, как полка у живописца! Воняет орехами, как вчерашний пожар!