Проклятие Даливентуса

9

Ночью Дикс сидел на кровати, штопая рабочий полушубок. Воск набухал шариком и струйкой плавно стекал, расползаясь пятном по деревянной подставке. Свеча тускло освещала комнату, и юноша то и дело поглядывал на соседнюю кровать, прислушиваясь к дыханию старика. Из-под медвежьей шкуры разнёсся приглушенный равномерный храп, Дикс надел меховые сапоги, обратной стороной черный плащ и задул свечу. Теперь светились его волосы и язычок огня из жаровни с огнемаслом. Дикс надел старую растянутую шапку Игиаса и вышел из дома.

На улице было не светлее. Свечные фонари еле светили. Снег мягко хрустел под ногами, а Дикс ощущал касание хлопьев на лице и руках и подступающий со всех сторон холод. Юноша шел подворотнями, стараясь держаться ближе к домам, чтобы не попасться стражникам. За низеньким палисадником, отгораживающим донжон от двора, Дикс остановился. На первом этаже еще светились окна. У парадных ворот стоял Шейтил. Невозмутимый, с ровной спиной и думающими глазами. Как всегда.

Дикс направил на него слабый поток ветра, и Шейтил повернулся. Подошел к деревянному частоколу и отпер ключами калитку.

– Все спят? – спросил Дикс, когда они оказались под дверной аркой.

– Полчаса как перестали убирать.

– Сейчас пойдем?

Шейтил открыл дверь, прислушался, и смело вошел. Дикс вошел следом.

– Как мне объяснили, без разрешения защитного мага, я могу провести одного человека, – шептал Шейтил. – И, наверное, есть какие-то потайные ходы.

– Но?

– Но я их не знаю, придется проходить по главному коридору второго этажа. Там спальни сирона и девочек, поэтому – иди тихо.

Они медленно шли по синей ковровой дорожке, стараясь не дышать, и через каждые десять шагов останавливались, прислушиваясь. Свечи на стенах ярко освещали коридор, и если бы кто-то выглянул из комнаты или захотел в «частную» комнату, они бы сразу попались. Проходя мимо одной из спален, Дикс замер. Шейтил обернулся, нетерпеливо помахивая ему рукой, но тот сошел с дорожки и прилип к резной двери. Шейтил несколько раз сильно выдохнул и подошел к нему. Дикс поднял палец, как бы говоря «слушай», и Шейтил приложился к двери. Разговаривали сирон и сирона Манис, он – тихо и устало, а она – громко и раздраженно.

– Последний месяц я следила за ними из окна. Ты бы видел, как он на нее смотрит! – возмущалась сирона.

– Как? – спокойно отвечал мужской голос, и послышалось шуршание.

– А эти странные смерчи над башнями, постоянный грохот в лесу у западной стены… ты совсем за нее не боишься?

– Я в нем уверен, – решительно отрезал сирон, и что-то заскрипело. Затем успокаивающе продолжил: – Мне нравится видеть ее счастливой, когда она возвращается. А смерчи… мне доложили, что он маг ветра. Помнишь, как она заставляла служанок набрасывать и снимать пыль? По десять раз на дню… У нее нет магии и она тянется ко всем, у кого она есть.

– Если у нас всё получится с Горпенсами, надо прекратить эти прогулки, – проговорила сирона, и послышался стук, будто на стол кинули бусы.

Шейтил, бросив на Дикса озабоченный взгляд, схватил его за руку и насильно оторвал от двери. Дикс не сопротивлялся, он безжизненно смотрел вперед и давал себя вести. Конечно, он понимал свое место. Дикс презрительно скривил губы. А еще за ними следили! Шейтил тащил его вперед, не оборачиваясь. Он видел поворот и только и думал, как повернет, а там уже лестница и библиотека, где они смогут укрыться. Но он так резко завернул за угол, что Дикс не успел затормозить и влетел в деревянный столик, который стукнулся о каменную стену, прогромыхав на весь коридор. Шейтил быстро утянул Дикса за поворот. Серые неровные камни тут же отрезвили Дикса, охладив ладони и затылок. Дикс, казалось, не дышал, а сердце колотилось, как у зажатого в угол дикого зверя. Послышался шум отодвигаемого засова. У Дикса подогнулись ноги, и он хотел закрутить смерч, надеясь, что ему хватит воздуха, доносимого с башни. Шейтил опустил его поднимающуюся руку, и приложил указательный палец к губам. Дверь открылась и закрылась, опять прошуршал засов. Они переглянулись, медленно вздохнули и оторвались от стены. Через пять минут Шейтил показал на низкую деревянную дверь с вырезанной книгой по центру. Он засунул ключ в замок, желтые полоски по стрежню загорелись, по окантовке двери пробежал желтый луч, и дверь открылась.

– Зачем ты подслушивал? – шепотом спросил Шейтил, зажигая в комнате свечу.

– А ты бы не подслушивал, если бы услышал свое имя?

– Ладно, потом… – пресек дальнейшие разговоры Шейтил и подошел к стеллажам. – Начнем с этой полки.

Через час круглый отполированный до блеска стол был завален книгами и свитками. Свитки шуршали, книги с хлопком закрывались и со стуком ставились на полки. Шейтил тер глаза и изредка посматривал на друга, который на приставленной лестнице часто задумывался. В очередной раз, когда Дикс подошел к столу с новой партией книг, Шейтил прошептал:

– Ты же понимаешь, зачем приехали Горпенсы?

Дикс неопределенно дернул плечом, и Шейтил продолжил:

– Они приехали свататься.

Дикс, не увидев и тени улыбки на его лице, затряс головой:

– Нет, ерунда… Не может быть, Нутрише недавно исполнилось четырнадцать, а Цианее вообще тринадцать или двенадцать.

– Да, брат. Я почти уверен. Всегда, когда приезжают с сыновьями и подарками, значит цель одна – посмотреть товар и показать купца. Ведь сыновей у Маниса нет, а так Горпенсы станут хозяевами двух долюров. Сирон отец останется в Горпенсе, а сына отправит сюда, чтобы ненароком его не подвинул.

– Какое мне дело? – Дикс пошел опять к полкам. – Хватит об этом…